СССР-2010. На пыльных тропинках далеких планет - Алексей Викторович Широков

пор. Но вся наша суть с самого начала связанна с путём Возвышения, так что мы очень быстро развиваемся, сначала принимая физический облик нашей расы, вне зависимости от того, какой был исходник, а потом снова переходим в духовный облик и возвращаемся в Нирвану. Знания же, приобретённые в этом походе, делятся между всеми «Я». Поэтому моё «Я» никогда не бывало в твоём мире. Но то «Я» что бывало помнит, что там очень вкусное сливовое вино.

— Будда. — я наконец, смог произнести это имя.

— Да, — улыбнулся толстячок. — во многих мирах мы известны под этим именем. Но оно слишком громкое и ко многому обязывает. Поэтому я предпочитаю зваться Анамеш.

— Очень приятно, — я слегка поклонился и снова хлебнул вина, собираясь с мыслями. — Меня зовут Семён Павлович Калинин, ранее Чеботарёв, по прозвищу Чобот. Думаю, нет смысла играть в секретность с существом, чей уровень развития я не могу ощутить даже краем сознания. Сюда я попал из-за угроз Посланника, шантажом заставившего меня участвовать в Испытании. Зачем ему это было надо я так и не понял, но надеюсь, вы объясните мне, что здесь происходит.

— Это не является секретом, — грустно вздохнул… Анамеш. — Эта гробница должна была путешествовать по Грёзе, в поисках наследников, достойных мастера, погребённого здесь. Пройдя серию испытаний претенденты возвращались, получив достойную награду, либо оплакивая горечь поражения. Мастер не был жесток, но и добрым я бы его не называл, так что трагедии случались, однако главной его целью был всё же поиск наследника, поэтому чаще всего участники испытаний выживали. И так было до тех пор, пока в гробницу не попал тот, кого ты знаешь как Посланника.

— Так и знал, что с этим ублюдком что-то не так. — я скрипнул зубами, с трудом беря себя в руки, настолько сильной была вспышка ярости. — И какого хрена ему здесь понадобилось… прошу прощения за грубость.

— Как и остальным — сила, — сделал вид что не заметил моего гнева толстячок, потягивая вино. — Но в отличии от остальных он не охотился за наследством. Его интересовали души претендентов. Да, он из тех, кого называют демоническими мастерами. Его способности имеют ту же природу, что твои, но более осознанны.

— Вы знаете, — меня словно холодной водой окатило. — Но я не просил…

— Верю, — ничуть не поменялся в лице хозяин пирамиды. — Ты не просил ни этих способностей, ни второй жизни. Так бывает. Грёза иногда шутит со смертными, но получив возможность, ты даже не думал о том, чтобы устроить резню ради силы. Даже бывало, отказывался от зерна, если считал, что оно может направить тебя на тропы тьмы. Если бы не это, мы бы с тобой сейчас не говорили. Но, к сожалению, Посланник был не таков. В Испытании он увидел свой шанс и захватил гробницу, используя её как ловушку.

— Если он настолько силён, почему не перебил нас ещё в самом начале? — не то, чтобы я не верил, но некоторые нюансы стоило прояснить. Да и во время первого испытания я его не встречал.

— Называемый Посланником хитёр и опасен, но всё же ему не тягаться с создателем гробницы. — с улыбкой покачал головой Анамеш. — Поэтому он вынужден действовать исподволь, ждать пока претенденты сами погибнут или придут к нему в руки. Попытайся он вмешаться напрямую, гробница просто уничтожит его. К сожалению, этот подлец слишком хорошо научился скрываться.

— Тогда почему вы сами с ним не расправитесь. — я предполагал каким будет ответ, но не спросить не мог. — Не думаю, что для Будды это было бы сложно. Да, я знаю о равновесии, но этот урод явно его нарушает. К тому же вы и сами застряли здесь и не можете вернуться.

— Меня и здесь всё устраивает, — вынул из воздуха новую банку вина толстячок. — К тому же для меня тоже есть ограничения. Я укрываю от его взора этот сектор. Собираю тех, кто прошёл первый барьер и оберегаю их от угроз. К сожалению, этим моим возможности и ограниченны.

— То есть, отсюда нет выхода? — я почувствовал, как внутри поднимается волна отчаянья. Не спорю, возможно здесь я очень быстро смогу стать Архонтом, но… зачем мне всё это без свободы? Без моей семьи, мамы, девочек, деда, наставница, друзей? Без моей страны в конце концов? Что толку быть самой крупной лягушкой на дне колодца?

— Есть, — широко улыбнулся Будда. — И для этого нам нужен именно ты!

Глава 23

— В смысле? — мне казалось, я уже потерял возможность удивляться, но толстячок сумел доказать, что это не так. — Я что Избранный?

— В какой-то мере — конечно, — невозмутимо кивнул Анамеш. — Такие подарки Грёза раздаёт очень редко и каждый отмеченный ей может считаться Избранным. Но мне неведом замысел её, да и значения это в данный момент не имеет. Хотя дар твой очень пригодится, чтобы стать сильнее. Однако, главное, почему я обратился именно к тебе, это не твой ранг. Здесь хватает тех, кто уже превзошёл его. Но все они оказались заражены ядом называемого Посланником.

— Пилюли, — мне даже сатори не требовалось, чтобы прийти к правильному выводу. — Всё же в них что-то есть.

— Верно, — подтвердил мою догадку хозяин пирамиды. — К сожалению, далеко не все оказались столь предусмотрительны как ты. Тех, кто всё же не решился попробовать подарки оказались единицы, а до посёлка дошло и того меньше. Те же, кто был осквернён уже не могут покинуть это место. Даже если они дойдут до самого конца, дух гробницы никогда не признает их наследниками, поскольку ненавидит назвавшего себя Посланником. А без наследника нет возможности закончить испытание и сюда попадают новые претенденты.

— Которых встречает этот ублюдок, вручая подарки. — я сжал кулаки, понимая, в какой ситуации оказался. — Но я не принимал пилюли и могу попытаться вырваться, так?

— Верно, — кивнул Анамеш. — Однако, для этого тебе надо стать сильнее, потому что названный Посланником попытается тебе помешать. Вмешаться напрямую он не посмеет, но иногда достаточно даже небольшого камушка, чтобы вызвать лавину. И ты должен быть готов к этому… если, конечно, согласишься помочь себе и всем, кто заперт в этой гробнице.

— Зачем спрашивать, если и так уже ясно, что я согласен, — глупо было отрицать, что больше всего мне хотелось переложить ответственность на чужие плечи, но при этом я прекрасно понимал, что в таком случае домой вернуться могу лет через сто. И то если повезёт. А меня это не устраивало, у меня вон две невесты дома не пожененные. Как я им в глаза буду