СССР-2010. На пыльных тропинках далеких планет - Алексей Викторович Широков

— Пранар! — крепкий, пожилой мужик за прилавком ничем не отличался от обычного человека, кроме небольших бараньих рогов на кучерявой голове. В сочетании с именем выглядело это крайне иронично, но шутить над незнакомым Командором я не спешил. Да и в целом зачем портить отношения, не успев их построит. — Смотрю, ты сегодня с добычей. И новым другом! Добро пожаловать в Зион, путник! Здесь ты найдёшь укрытие и утешение.

— Боюсь, ни то, ни другое мне не нужно, — я скинул тушу на прилавок, куда уже уложил свою ношу синешкурый. — Но всё равно спасибо. Меня называют Чобот.

— Даже если так, всё равно добро пожаловать, мастер Чобот, — кивнул Шаран, и взявшись за тесак, ловко крутанул тушу, одним движением отделив окорок. — И в честь этого приглашаю на жаркое. Нет ничего лучше, чем жаркое из молодого кабира по моему личному рецепт!

— Это пр-равда, — шумно сглотнул слюну Пранар. — Сегодня будет пир-р!!! Но сначал-ра надо встр-ретиться с Анамешем. Идём. Он ждёт.

То, что главному передали о новом человеке, я не сомневался, иначе он не был бы главным. Поэтому попрощавшись с мясником и пообещав обязательно быть вечером, мы снова двинулись по улицам. А я опять поразился разнообразию рас, здесь обитавших. Шаргоров мы видели всего один раз, и то мельком, зато родичей Шарана хватало. А кроме них были люди с чешуёй на щеках и волосами, слипшимися в единый гребень. На руках у них были тонкие перепонки, намекавшие, что раньше эта раса обитала в воде, ну или скорее являлась земноводной, в плане заселения сразу двух сред.

Так же встречались гуманоиды с очень мощными лодыжками. Они передвигались упругой, пружинистой походкой, а один на моих глазах легко сиганул метров на десять вверх. И вроде бы в этом не было ничего особенного, я и сам так могу, но я усиливаю себя энергией, а этот ногастый мог провернуть подобное чисто за счёт физических возможностей. Ещё мы видели бледных людей с повязками на глазах, которые, впрочем, не мешали им провожать нас взглядом. Как пояснил Пранар, фироны до попадания сюда обитали в мире, где царит вечный полумрак, поэтому днём закрывают глаза повязками, защищая глаза от прямых лучей. Но при этом прекрасно видят, даже может быть слишком хорошо.

Лично мне больше всех понравились практически ничем не отличающиеся от людей атриды, чья кожа была имела тончайший перламутровый узор из линий. Смотрелось очень красиво и это точно был не бодиарт или как оно там называется, когда на теле рисуют узоры или временные тату. Волоса у них тоже отливали перламутром, создавая потрясающую картину в сочетании с естественной красотой атрид. И да, каюсь, я даже подумал заполучить одну перламутровую красотку в гарем, но потом решил, что сохранность яиц всё же важнее, а Соня с Леной не остановятся, пока меня их не лишат. Мои невесты готовы мириться с тем, что я бабник и кобель, но лишь при условии, что они остаются единственными. И что будет если этот паритет нарушить я проверять не спешил.

— Сюда, — синешкурый привёл меня к пирамиде, напоминавшей ацтекскую, только без характерных украшений, хотя возможно, они были скрыты под слоями мха, покрывающим камни. — Поднимайся. Анамеш ждёт.

Ступени оказались чистыми, будто ими постоянно пользовались, а главное, без бурых пятен. Если здесь и приносили жертвы, то таскали точно не этой дорогой. Ну или они тут поднимались, вот прям как я, а тела сбрасывали с другой стороны. Или вообще прямо на вершине пирамиды разбирали на запчасти. Я поймал себя на мысли что несу всякую чушь и улыбнувшись, нырнул в сатори. Чуть-чуть, лишь чтобы убрать нервозность.

Да, мне не слишком нравилась ситуация, когда в одном месте оказалась куча народу из тех, кто проходил Испытание раньше. Получается, что все они застряли здесь без возможности вернуться. Я крутил эту мысль с самой встречи с Пранаром, когда убедился, что он не местный житель, а такой же попаданец, как и я сам. И хороших мыслей на этот счёт у меня не имелось. Ведь что-то заставило его остаться в этом секторе, а не пытаться пройти дальше, и это очень меня волновало. И возможно, сейчас я получу некоторые ответы. Вот только я точно не ожидал увидеть на вершине пирамиды этого… человека.

— Приветствую, Благословенный. — впервые за вторую жизнь я согнулся в поклоне и не чувствовал при этом никакого унижения. Как по мне, если кто и был достоин уважения, так это сидящий передо мной лысый толстячок с весёлой улыбкой на лице, в распахнутом халате и ушами с настолько большими мочками, что они лежали у него на плечах. — Для меня честь лично узреть твой лик.

— Ой, да прекрати, — замахал руками… Анамеш, едва не уронив чётки, — Проходи, путник, присаживайся! Чем гнуть спину, давай лучше выпьем вина и поговорим. У меня есть отличное сливовое! Кажется, в вашем мире его делали очень приличным.

— Как пожелаешь, Благословенный, — я выпрямился, и, подойдя к хозяину, опустился на подушки, разбросанные поверх ковра, на котором тот сидел. — Прости, я не помню твои титулы. Когда был в Индии практически не слушал гида. Траванулся тогда в гостинице и мне было не до экскурсий.

— Титулы пыль, — улыбнулся толстячок и лично разлил вино из глиняного кувшина, запечатанного красным сургучом по стаканам. — К тому же моё личное «Я» никогда не было в твоём мире. Наша раса обычно обитает в Нирване.

— Великое ничто, — я был не совсем уж тупым и основы знал. — Пустота и всё такое к которой надо стремиться.

— И да и нет, — покачал головой мой собеседник и отхлебнул вина. — М-м-м… отлично! Попробуй!

— Да, весьма неплохо, — вино на самом деле оказалось великолепным. Мне не доводилось пробовать что-то подобное, вкус буквально взорвался на языке фруктовыми нотами, сладостью, кислотой и чем-то ещё, название чему я подобрать не мог. Но мне простительно, я никогда не замечал все эти нотки дуба и прочей карамели в напитках. — Но как тогда вино оказалось у вас?

— Я его создал, — ничуть не смутился Анамеш. — Понимаешь, иногда, одному из нашего «Я» становится… ну не то, чтобы скучно, всё же в Нирване обычных эмоций мы не испытываем, но что-то вроде этого. И это «Я» отправляется в путешествие по Грёзе. Найдя подходящий мир, это «Я» встраивается в его колесо Сансары и рождается как обычный смертный. Даже память блокируется до некоторых