Полукровка 4 - Василий Горъ

В общем, эта часть перелета прошла терпимо. Причем как для них, так и для меня. А потом мы вышли в знакомую мертвую систему, «огляделись», в темпе синхронизировали корабли, прыгнули в произвольно выбранную точку, состыковались и порядка часа радовались воссоединению команды, ужиная в моей каюте. Увы, ощущение неумолимо надвигающейся Задницы действовало на нервы не только мне, поэтому после трапезы я привлек к себе внимание и постарался поднять девчатам настроение, предложив Красоткам «выбор»:

— Мы практически добрались. Но между нами и Нью-Вашингтоном — струна с коэффициентом сопряжения три-шестьдесят шесть. Вы ее, понятное дело, пока не потянете даже на «Наваждениях», поэтому доставлять «Жала» в пояс астероидов амеровской столичной системы будем мы с Карой. Компанию составите, или повисите тут?

— Издеваешься⁈ — хором воскликнули они, заметили в наших глазах смешинки и атаковали. Увы, скафандры не позволяли ни щекотать, ни щипать, так что на нас просто попрыгали. Потом разыграли в любимую игру место в рубке Завадской и заявили, что готовы.

— Тогда вперед! — скомандовал я, надел шлем, встал, попросил Феникса откачать воздух из корабля и в компании девчат спустился на летную палубу своего «Жала». А там Марина с Дашей потопали к аппарели и усвистели на соседнюю, а мы с Машей поднялись в рубку корабля-матки, завели движки и ушли сначала во внутрисистемный прыжок к нужной зоне перехода, а затем и на ту самую струну.

Кстати, затягивая на нее ни разу не легкий борт, я пришел к выводу, что мой потолок возможностей приподнялся еще чуть-чуть. Но порадоваться этому факту удавалось только до получения сообщения Кары: возникнув в отдельном окне моего ТК, девчонка виновато заявила, что эта струна по какой-то причине далась ей настолько тяжело, что тянуть на нее второе «Жало» страшновато.

Иссиня-бледное лицо, искусанные губы и бисеринки пота на крыльях носа неопровержимо свидетельствовали о том, что она сильно преуменьшила масштаб проблемы, поэтому я справился с накатившим страхом, и записал ответ, пребывая в видимом спокойствии:

— Ничего страшного: те два корабля протащу я. А твоя задача — отдохнуть и прийти в себя. Поэтому перебираешься на «Наваждение» прямо сейчас, принимаешь душ и укладываешься спать. Причем не выставляя будильников — на той стороне борт поведет Даша. Под моим чутким руководством.

Следующее сообщение прилетело минут через тридцать пять и уже от Темниковой:

— Все, заснула. После горячего душа и массажа воротниковой зоны. Я лежу рядом и, если что, на связи…

Я облегченно перевел дух, услышал, как выдыхает Маша, нервничавшая не меньше меня, сгреб ее в объятия, зарылся носом в волосы и закрыл глаза.

Она обхватила меня за талию, закинула колено на бедро, вжалась в бок изо всех сил и глухо заговорила:

— Во мне — безумный коктейль из взаимоисключающих чувств. С одной стороны, трясет от страха за Марину и Дашу. Ведь, ошибись первая хоть раз, мы бы их потеряли. С другой переполняет счастье — раз все обошлось, значит, всего часа через четыре мы их увидим и затискаем. С третьей — как ни безумно это прозвучит — дико радует то, что эта струна далась настолько тяжело: да, девчата чуть не погибли, но я почувствовала, как сильно ты за них испугался. А с четвертой вот-вот пробьет на слезы. Ведь вы — то есть, Кара, Даша и ты — так же сильно любите и меня…

Сообразив, с чего ее так плющит, я мысленно вздохнул, ласково провел ладонью по чуть подрагивавшей спинке и мягко заворковал:

— Все правильно: мы любим и тебя. Но плакать-то зачем? Закрой глаза и мысленно улыбнись этому чувству. Ведь оно рядом уже давно и не собирается никуда исчезать…

Она послушалась, полностью расслабилась и минут пять-шесть млела от каких-то мыслей. Потом переползла повыше, благодарно поцеловала в щеку, приподнялась на локте и переключилась в рабочий режим:

— Ладно, вашим чувствам порадуюсь после рейда. Скажи, пожалуйста, чем я, по-твоему, должна заниматься в идеале на этапе доставки «Жал» в Нью-Вашингтон?

Вопрос был нужным. Вот я и сказал чистую правду:

— Ближайшие три часа радовать меня своей компанией. Потом махнуться местами с Дашей и помочь Марине полностью восстановиться…

Глава 23

23 июля 2470 по ЕГК.

…К Нью-Вашингтону подошли в ночь с двадцать второго на двадцать третье июля и разошлись нарезать стандартные спирали. Я пришел к выводу, что амеры вконец охамели, еще на середине первого витка, так как сравнивал картинки со сканеров с теми, которые остались в памяти с прошлого визита. Что именно было не так? Да практически все: защитные сферы вокруг мест дрейфа флотов и орбитальных сооружений зияли десятками лакун, в каждую из которых можно было затолкать монитор или два; сети низкоорбитальных анализаторов и масс-детекторов над планетой не обновляли как бы не со дня фактического завершения войны; количество транспортов, летающих между орбитальными предприятиями ВПК, складами РАВ и тяжелыми кораблями, превышало все разумные пределы; часть МРК и МДРК висела без «шапок»; гражданские калоши совершенно спокойно позволяли себе проходить между военными и так далее.

Нет, о том, что мирный договор, фактически связывающий нам руки, позволяет и не такое, я, естественно, не забывал. Просто офигевал от наглости государственного образования, проигравшего войну и открыто готовящегося к следующей. И, в то же самое время, документировал каждую обнаруженную Возможность для наказания. Чтобы не терять времени на этапе планирования.

Предвкушал это самое наказание и после того, как свел в один общий архив данные, собранные девчатами, «подбил бабки» и пришел к выводу, что мы готовы. Поэтому записал и отправил Цесаревичу лаконичное сообщение:

— Доброго времени суток, Игорь Олегович. «Чудо-оружие» продвинутой модификации готово к применению. На подготовку к Очень Впечатляющему Удару потребуется порядка двух часов. Ждем отмашки…

Его ответ из двух слов — «Принято. Начинайте…» — не заставил себя ждать, так что я спустил с поводка и двадцать четыре «Химеры», болтавшиеся «чуть в стороне», и Марину, и Ослепительных Красоток, которых готовил к этой акции со дня смены вектора полета с Белогорья на Индигирку.

Кстати, заниматься дуракавалянием, играя в «боулинг» и уничтожая амеровские корабли небольшими пачками, не собирался. Поэтому отправил к каждой из восьми сфер с флотами по три МДРК с приказом минировать все тяжелые борта и корабли управления «связками» из четырех «Гиацинтов», а себе и напарницам оставил орбитальные предприятия. Костиной поручил высадить десант из «Буянов» и «Техников» со «спецгрузами» на корпус