Звезды, пламя и сталь. Книга 4 - Игорь Викторович Лопарев

— Дело в том, что тот, кто обратился к нам… — тут Карс опустил глаза в пол, — это, скорее всего, либо кто-то из высокопоставленных эсбэшников этой станции, либо представитель высшего управленческого звена.

— Почему вы так думаете? — тут же спросил аграф.

— Ну… — немного замялся Карс, — этот человек готов сотрудничать с нами на тех же условиях, что и покойный агент. А это значит, что: либо того агента раскрыли и он раскололся — а потому и стал «покойным». Либо же он просто кому-то проболтался — и с ним тут же случилась досадная неприятность, вследствие которой он лишился возможности выходить с нами на связь, ну и жизни тоже за одно лишился… Знаете же, как оно порой случается… — Карс ещё раз вздохнул, — Ведь само собой, если разговор зашёл за условия, на которых он с нами согласился работать, то эти условия стали известны третьим лицам, включая и того, от кого предложение, что мы с вами сейчас обсуждаем, и исходит.

— Ага, — голос Соуро обрёл обличающие оттенки, — и вы, опасаясь, что вступаете в контакт со столь мутными людьми, решили перевалить ответственность на меня?

— Помилуйте, как можно… — Карсу было неприятно, что его раскусили. Но, вопрос-то всё-равно надо было решать, потому он пустился в дальнейшие объяснения:

— Я понимаю, что этот человек может оказаться двойным агентом… — лицо аграфа, который до этих слов относился к теме разговора с лёгкой насмешкой, стало серьёзным:

— Так с этого бы и начинали, а то вихляете, как маркитантский шаттл, который изо всех сил старается не отстать от походного ордера имперского экспедиционного корпуса, — теперь прелат смотрел на мастера Карса с прямо-таки отеческим укором во взгляде. — с другой стороны, — тут он возвёл очи горе. Мастер Карс, смотревший на эту пантомиму, отметил про себя, что картина без нимба, который будет светиться мягким светом вокруг макушки Соури, какая-то не полная выходит…

— Так вот, — продолжил Соуро, — с другой стороны, обманули того, как вы выразились, покойного… Так что нам, в таком случае, мешает обмануть и этого? Пусть он даже и будет двойным агентом? — он опять уставился немигающим взглядом в переносицу Карса, — чего вы-то боитесь?

— Так я же не могу без вашей санкции принять такие условия… — и опять напустил на себя до нельзя смиренный вид.

— Считайте, что этот момент вы со мной согласовали, — мягко, по отечески улыбнулся тонкими губами прелат.

— Так, стало быть, вы даёте добро? — встрепенулся Карс, по детски радуясь тому, что всё-таки перевалил бремя принятия решения на вышестоящего начальника.

— Нет, — всё так же мягко и всепрощающе улыбнулся Соуро, — решение вы примите. И ответственность за лояльность нового агента будете нести вы, и только вы… А я просто снимаю с вашей души бремя греха лжи, которое вам приходится брать на себя ради достижения целей нашего братства. Иди с миром… — и руку для поцелуя протянул.

Мастеру Карсу ничего не оставалось, как прикоснуться губами к большому рубину на перстне иерарха, после чего смиренно удалиться.

Хитрый змей Соуро опять взвалил на него ответственность… И, хоть эта неудача и была прогнозируема, но попытаться всё равно стоило.

Дверь покоев прелата закрылась за ним. Он поднял глаза и тут же встретился взглядом с бессменным секретарём Соуро, старцем Орро.

Старец, это, если что, было звание этого дядьки, а так он выглядел лет на сорок, не больше. Хотя реальный его возраст был для всех тайной. Ходили в секте слухи, что он пребывает секретарём Соуро уже лет триста как…

— Так быстро? — старец изобразил удивление. Получилось не очень. Карс оценил его лицедейство на троечку. Было видно, что почтенный Орро просто потешается над мастером — не иначе, как имел возможность слушать разговор. Давно уже ходят слухи о том, что прелат секретарю своему доверяет всецело и тайн у него от Орро нет никаких. Хотя тут наверняка утверждать сложно. Может и есть какие тайны, но случай с мастером Карсом на то, чтобы стать тайной, явно не тянул.

— А чего рассусоливать-то? — с деланным оптимизмом отозвался Карс, и, собрав свои морщины в фальшивой улыбке, направился к выходу.

Он, конечно, сейчас матерился бы во всю… Но лицо терять было нельзя.

Теперь ему придётся принимать решение и отвечать за последствия. А для этого надо было встретиться с этим кандидатом в агенты и хотя бы понять, кто это и что из себя представляет…

Значит, надо посылать утвердительный ответ, но с непременным условием, что договор вступает в силу после личного знакомства и очень серьёзной беседы. Встречу, опять таки, устроить надо будет…

И снова вся ответственность, будь она неладна, лежит на нём… А прелаты и прочие иерархи будут только стричь купоны в случае удачи. Ему же, как всегда, отдуваться за всех, если что…

* * *

Проснулся я, скажем так, без всякого желания. Сон после вчерашнего дня вышел беспокойным. Нервное напряжение не отпускало, а Доминатор, хоть и мог унять бушующую в моём мозгу бурю, делать этого не стал.

И когда я ему попенял на это, он возразил, что типа надо отвыкать от костылей и самому брать под контроль свои железы внутренней секреции и прочие процессы, связанные с гомонами.

В общем, все обо мне забоятся, о моём прогрессе… Только почему я не радуюсь?

А, ладно. Завтрак, утренние тренировки… И к десяти часам я уже вполне раздуплился и пришло время окунаться в дела, которых было, как обычно, вагон и маленькая тележка.

Пробравшись в комнатушку, которая была выделена под мой кабинет и, в то же время, являлась комнатой для совещаний, я включил терминал и погрузился в инфу, которая, кстати, здорово обновилась со вчерашнего вечера.

Начнём с того, что вчера я договорился с Бо́бером, и он согласился взять на стажировку моих новых техников — то есть бывших рабов. И уже сегодня все они отправились к нему.

А он их пристроил сразу к нашим корабликам.

Если с «Мавром» у них проблем никаких не возникло, то с «Беглецом» всё обстояло далеко не так радужно.

Ну, это нормально — «Мавр» это арварский фрегат, и все базы знаний, которые были нужны для работы с ним, у них имелись. А вот «Беглец» им был совершенно незнаком.

Почему я вдруг этим озаботился? Тут всё просто — одним из первых документов, которые требовалось немедля отработать был счёт, выставленный меркантильным Бобером. Это был счёт за покупку и установку баз знаний.

Я тяжело вздохнул, но деньги перечислил.