Несгибаемый граф-2 - Александр Яманов

— В сутки уйдёт пудов восемь-десять, в зависимости от того, сколько воды надо выкачивать. Это немало, но если шахта даёт свой уголь, то терпимо. Главное, чтобы машина не останавливалась, потому что запуск после простоя требует много пара и времени. Лучше пусть работает без перерыва, даже если воды немного, чем останавливаться и потом снова раскочегаривать. Остановка и есть ремонт, требуемый примерно каждую неделю. Насчёт людей: нам потребуется два мастера, лучше больше, разбирающихся в механизме. Остальные — обычные рабочие. Зато мы можем подготовить настоящих механиков, способных помочь с другими машинами и инструментами. Кстати, они вписываются в вашу идею технического училища при заводе. Вот вам готовые наставники.

Надо признать, что мне снова повезло с человеком. Они прямо падают на меня с неба. Такие вот выверты судьбы, положительные.

Тем временем Сергей показывал на чертеже, как пар будет передаваться от котла к цилиндру. Трубы надо делать из кованой меди, чтобы выдерживали давление. По словам инженера, в Англии такие трубы служат по пять лет, если не перегревать котёл. А перегрев — главная опасность. Если давление поднимется слишком высоко, котёл может разорвать. Поэтому нужен хороший клапан, который будет стравливать лишний пар. Я спросил, есть ли чертежи всех деталей. Самойлов подтвердил, что проблем не будет.

Олешев слушал нас с удивлением. Андрей Владимирович знает о существовании паровых машин, но пока не готов к тотальной механизации. Ему надо переварить мои революционные идеи.

— Первую машину мы сделаем для шахты. А потом можно поставить вторую для подъёма угля на поверхность, — продолжил неугомонный инженер. — Это сэкономит массу ручного труда. Хотя пока лучше использовать обычные вагонетки и механический подъёмник. Лучше не спешить и внедрять машины по мере их проверки. Пар не любит спешки. Если всё сделаем правильно, машина проработает лет десять. Ошибёмся — взорвётся в первый же месяц.

Я кивнул, подумав, что сначала бы одну запустить. Честно говоря, не верится в быструю постройку столь нужной техники. Мы ведь создаём её на ровном месте, используя одни только чертежи. Это хорошо, что у меня подобралось настоящее конструкторское бюро в лице дю Пре, Горюшкова и Самойлова. Последний снова напомнил о себе.

— Стройка займёт не меньше двух лет. Сначала шахта и коксовальные печи. Потом новые домны и водяные колёса. Всё вместе запускать нельзя, потому что не хватит рабочих, которых придётся учить. Хорошо, что вы купили кирпичный завод в Козельске. Пусть доставка отнимет лишнее время и деньги, зато мы уверены в наличии материалов для строительства. Андрей Владимирович уже приказал увеличить производство кирпича и начинать завоз в посёлок, — упомянутый Олешев сразу закивал. — Также мы пригласили большую группу каменщиков. Ведь здания цехов и складов можно начать возводить уже сейчас.

Такие подробности мне без надобности. Зачем нужны управляющие, если ты сам лезешь в каждую мелочь?

— Для лесопилки, кузницы и работы вспомогательных механизмов лучше использовать водяные колёса. Нам в любом случае нужны доски, балки и множество металлических изделий, — Андрей Владимирович, наконец, взял слово и достал свои записи. — Река в Ясенково позволяет поставить несколько больших колёс, которые приведут в движение мехи, молоты и токарные станки. Пар же пока оставим для шахты. Также летом нам придётся строить новую плотину. Благо пока старая позволяет работать, и мы можем провести замену в короткие сроки. Позже я передам вам смету, Ваше сиятельство.

Управляющий показал на карте места для плотины. Нужно дополнительно поднять уровень воды, чтобы новые колёса крутились даже в июльскую засуху. Это означает, что придётся затопить дополнительную территорию и часть старых построек. Хорошо, что я отдал всё профессионалам и не стал строить из себя великого заводчика. Каждый должен заниматься своим делом.

После долгого совещания меня накормили простым, но сытным ужином. Борщ, котлета с картошкой и одуряюще пахнущий свежий хлеб. Что ещё нужно вменяемому человеку? Далее я вымылся в местной купальне, отпустил Антипа и поднялся в предоставленную мне комнату.

Оставшись один, я посмотрел в окно на старую заводскую трубу. Вдруг пришла мысль, что это, пожалуй, самое правильное дело из всех начатых мной. Металл, уголь, машины — это не интриги и заговоры. Даже не сельское хозяйство. Это то, что действительно тянет экономику страны. И если у меня получится, то не только мои заводы заработают по-новому. Может, и другие потянутся. Дадут ли мне нормально развернуться? Пока не знаю.

Глава 19

Март 1774 года. Таруса, Московская губерния, Российская империя.

Естественно, по дороге домой я не мог миновать Тарусу. А это Болотов, с которым надо обсудить много дел. Заодно необходимо согласовать позиции на предстоящем собрании МОП. Очень повезло с погодой. Снова выпал снег и ударили морозы, позволив спокойно передвигаться без опасения, застрять в грязи. Я буквально погрузился в свои мысли, поэтому четыре дня дороги прошли незаметно.

Но всё равно приятно, наконец, добраться до поместья учёного, хорошенько попариться в бане, съесть лёгкий ужин и лечь спать. Переговоры решено было провести завтра.

Мы сидели в кабинете Андрея Тимофеевича, пили чай и разговаривали обо всём. С момента нашей последней встречи прошло много времени, поэтому новостей хватает. Здесь дела личные, общественные и, конечно, коммерческие. Болотов давно не просто мой знакомый, а человек, с которым я советуюсь по самым разным вопросам. Ум у него острый, хозяйственный, ещё помещик не стесняется говорить правду, даже если это идёт вразрез с моими мыслями.

В кабинете Андрея Тимофеевича царил творческий беспорядок. На стенах висело несколько карт разного масштаба с изображением участков нашей будущей Земледельческой академии. Предприятие начало обретать очертания, и вскоре начнутся сельхозработы. Несколько посёлков уже построено, инвентарь и семена завезены. Сейчас на юг постепенно завозят людей, пока из крепостных Шереметева, Разумовского, Голицына и Трубецкого. Сам Болотов после заседания МОП сразу выдвинется в Старый Оскол, откуда он недавно вернулся. Значит, за проект можно быть спокойным. Поэтому я не лез с расспросами и просто слушал хозяина поместья, с энтузиазмом описывающего проделанную работу.

Выпив целый чайник и обсудив множество тем, мы решили пройтись перед обедом. Болотов расположил теплицы прямо рядом с домом, откуда и началась прогулка.

Что я могу сказать? Сложно сравнить хозяйство тарусского помещика с Останкино. Здесь всё весьма скромно и уютно. Чувствуется, что Андрей Тимофеевич сам любит копаться в земле. У меня же на севере Москвы огромное хозяйство, занимающееся промышленными поставками сельхозпродукции.

— Я присутствовал в Останкино, когда ваш покойный батюшка закладывал большую теплицу, — произнёс Болотов, будто прочитав мои мысли. — Это грандиозное сооружение больше, чем