Авантюрист - Владимир Геннадьевич Поселягин

болоту – выгрузил землю. Часть сразу тонуть начала. Обратно, вторую ходку. Мусорить у маяка не хочу. В прошлых мирах делал это вынужденно, из-за метелей. Тут сруб сделаю с дверью и крышей. Или крышку замаскирую дёрном – лучше. Окрестности Воркуты, осмотреться надо. Маяки всегда в одном месте – расчёты пространства, без помех для порталов.

Вернулся, продолжил извлекать землю из портального зала – единственного помещения маяка. За три дня вернул в строй. Силовая дверь – те же повреждения. Как и говорил. Ещё сутки обустраивал крышку с дёрном: аккуратно легла на проём туннеля, замаскировала – будто ничего и нет. Собрался, и наутро полетел на одеяле к косе. Две медитации – и добрался. Вид непривычный, коса мельче, чем помню. Взлетел, потянул на юг над рекой, на километровой высоте.

Встретил живых – аборигенов. Лодка-долблёнка, в бинокль разглядел: трое, ладонями от солнца прикрываясь, глазели на жужжащее в небе. Одежды знакомые. Зыряне? Народ Коми. Цивилизацией не пахнет. Летим дальше. Замечал стоянки: избы, чумы. Садился на песчаные косы, заправлялся, двигался юг. Один раз за косу с медведем подрался – рыбачил там. Битва в мою пользу: зверь встал на задние лапы, рыча угрожающе, а я его телекинезом повозил по песку. Сбежал. Шкура мне его не нужна, летний подшёрсток жидкий, зимний гуще. Полетел к Казани: древний город, по нему год определю.

За два дня с ночёвкой добрался. Ни с кем больше не встречался. Подлетел, сделал круг над городом. На крепостные стены высыпали смуглые, узкоглазые воины.

– Прекрасно, здесь ещё и Иваном Грозным не пахнет. Казань он, видать, не брал. Интересно, какой же год? Хм, спрошу у местных.

Опасности для себя я особо не чувствовал. Отобьюсь, сбегу. Мои возможности как псиона, после изучения профессии мастера-ремонтника, значительно возросли. Хотя для него это, скорее, смежные знания – чтобы выживать в диких мирах, где маяки разбросаны. А для меня – чуть ли не основа выживания.

Удивительно, что мастерам-ремонтникам медицинские знания дают, хоть и урезанные, из пакета военно-полевой медицины. Чтобы, если ранен, сумел привести себя в порядок. Так вот, меня поразило, что я, как лекарь, многие из этих знаний уже имел. Основа-то одна! И как лекарь я был на голову выше любого ремонтника. Значит, те книги по пси-лечению писал кто-то из псионов Создателей. Или переписали их книги и перевели на свой язык… Тот был на языке мира Альнос, где я принцем был. В общем, оттуда ноги растут у моих знаний. Вообще, эти Создатели – псионы-инженеры. Или техно-псионы. Вышли на такой уровень, что я первое время просто ошалел, когда получал новые знания ремонтника. Только я – мелкая сошка, сам создавать не могу. Поэтому так сильно хочу найти материковый мир этих Создателей, чтобы получить, или хотя бы попытаться раздобыть, частицу их знаний.

Шансов, правда, немного. В реестре миров его нет, только найденные. Я спрашивал: искины фиксировали, как мастера приходили откуда-то, но координаты не сохранялись. Просто вводили индивидуальный код специалиста и перемещались. У меня такого кода нет, а чужой не подойдёт. То есть, искины не знают эти координаты. Да даже если бы знали, мне бы не сообщили – программный запрет. Ну, и ладно. Я ведь двести лет прожил в мире магии, на ветке Альнос. Там же я нашёл книги для псионов? Как раз знания Создателей. Урезанные, вручную переписанные, переведённые… обрывки. Только по лечению и иллюзиям более-менее полные. Может и в других мирах будут такие находки? Я бы купил эти книги! Вот почему я и совершил посадку здесь. В древней Казани была библиотека, которая потом пропала. Есть шанс, что здесь она ещё. Надеюсь, договорюсь. Ещё бы Александрийскую библиотеку посетить. Но лететь далеко.

Я нашёл подходящее место и совершил посадку у дороги. Потрясло, конечно, но сел. Заглушив двигатель, занялся обслуживанием машины и заправкой. Можно сказать, с сухими баками садился, мотор на парах работал. Только успел, как увидел конников. Около трёхсот всадников. Большая часть стала кружить в стороне, держа луки наготове. А около пятидесяти воинов, десяток из которых в богатых одеждах, направились ко мне. Я как раз спрыгнул с крыла и убрал самолёт в хранилище. Его внезапное исчезновение явно ошарашило приближающихся всадников, те остановились. Ко мне отправили лишь одного. Видать, послали проверить, съем я его или нет?

Всадник оказался толмачом. Худой старичок с козлиной бородкой, тоже из татар. Знал около двадцати языков, старославянский тоже. Мы проверили знания друг друга, и с уважением кивнули, признавая, что на равных. Я старославянский знал плохо, но нашёл его в памяти на ауре. Переключился на этот язык, и общаться мы могли вполне свободно. Сообщил ему, что я маг, но пока ещё ученик. Ищу книги по магии, надеюсь, тут у кого найдутся свитки или что-то в этом роде. Готов платить золотом. Тот покивал и, встав с колен, на которые рухнул, узнав, что я сильный шаман, усадил на своего коня. Взяв его под уздцы, повёл к хозяину.

Тот работал на местного хана. Причём, хан был в той группе в пятьдесят воинов, среди тех, что в богатых одеждах. Да там все в кольчугах были и в железных шлемах. А то, что сам выехал, ничего удивительного. Тут не принято прятаться за спинами подчинённых. Хан и воин сильный, коим иногда приходится быть, чтобы смуты не было. Хм, это я из урока истории слова преподавателя цитирую. Всплыли как-то.

О чём они говорили, я не слышал. Возможно, толмач передавал мои слова и предложения насчёт библиотеки. Но чуть позже они двинулись ко мне. Я стоял и спокойно смотрел. Да, одет был я легко. Понятно, не в шорты и футболку – тут такой одежды не поймут. Был я в синих брюках из комплекта школьного костюма, белой рубахе, чёрных туфлях. На голове – соломенная шляпа. Очень жарко было. И всё. Жаль, плаща нет. Накинуть бы на плечи, а то по-деревенски выгляжу. Но ничего лучше у меня не было, это и есть лучшая одежда. Надо будет озаботиться.

Между тем, всадники подъехали: часть покинула сёдла, хан тоже спешился. Толмач переводил. И я, в честь знакомства, достал из хранилища шашку, протягивая хану. Одна у меня была, в схроне нашёл. Хорошая. Вот и выдал в дар её. Тот обнажил клинок и залюбовался игрой солнечных лучей. Было видно, что доволен. Оружие хорошее. Сам же через толмача спросил, как я из воздуха вещи делаю? Ответил, что при мне есть невидимая сумка, к душе