Авантюрист - Владимир Геннадьевич Поселягин

привязана, всегда со мной. Когда надо – достаю, когда надо – убираю. Готов за доступ к библиотеке (забирать книги-свитки не буду, только скопирую), хану и десяти его приближённым установить такие же сумки. Тот задумался и пригласил к себе. Мне выдали коня одного из воинов, и вот мы уже скачем к крепости. Да, я узнал какое сейчас время. Подсчитал, тут не привычные мне годы от Рождества Христова, вот и перевёл. Получается, середина тринадцатого века.

А на третий день я банально сбежал на одеяле. Сам хан не рискнул себе такое на душу цеплять, а восьми приближённым и двум сыновьям сделал. Библиотека не его была, общее достояние, но доступ он дал. За мной архивариус по пятам ходил, следил, чтобы я ничего не сделал с его драгоценными свитками. Нашёл несколько на языке Создателей (я его уже знал), но это записки охотника были. Ничего интересного я не нашёл. Хотя Взор показал ещё одну библиотеку, малую, тайную. Мне о ней не сообщали. Я её ночью незаметно изучил. Тут записей, нужных мне, по псионике, вообще не было. Вот и не стал задерживаться.

А задержать меня в Казани старались всеми силами. Если бы был чуть взрослее, и наложниц подарили. Так что полетел я к Александрии. В Египет. Двадцать дней заняло всё про всё. Там ещё отдохнул на берегу моря, пирамиды посетил. Это копии маяков: не работа Создателей, местные поделки. Ночью незаметно проник в библиотеку, перед этим пять дней её искал. Несмотря на название, в Александрии её не было. В другом городе, но нашёл всё же. Тут было кое-что интересное, на глиняных табличках, полустёртые записи ещё одного Создателя. Это записи алхимика, по травкам. Записи не полные, мне не интересные: основы нет. Но то, что уже есть такие находки, обнадёживает. Не зря ищу. Нужно в других мирах побывать, начну с Альнос. А пока, отдохнув, полетел обратно на Север, к маяку. Загорел до черноты.

Путь занял пять дней. Я не мешкал, лишь с наступлением сумерек находил укромное место для ночлега. Так и добрался. Там я приподнял крышку и спустился вниз. Силовая плёнка, пропустив меня после сканирования, позволила быстро облачиться в зимнее снаряжение и перейти на «единицу». Я с трудом выбрался наружу – всё замело снегом. Мела позёмка, хотя температура была не под семьдесят, а ближе к пятидесяти. Тем не менее, дышать ещё было тяжело. Оглядевшись, я поправил брезент и решил рискнуть. Если непогода усилится, у меня есть где укрыться – кибитка поможет. Более всего я жаждал вернуть свой автодом. Тот, армейский, бронированный, с камерой дезактивации. Предназначенный для мест, заражённых радиацией. Когда я освобождал хранилище, прежде чем лететь к Казани, затем в Алексеевское, потом в Москву, я оставил его в бункере. И когда я летал в Египет, не раз вспоминал своё убежище. Да и вообще, часто вспоминал, живя под открытым небом, под телегами или в кибитке. Я этот автодом не раз модернизировал; в последний раз – в две тысячи восьмом. Камеру дезактивации я давно выбросил. Теперь там у меня ванная комната с джакузи. Вход сбоку, прямо в кухонную зону. Затем четыре лежанки. Те, что справа, от кормы, я убрал вовсе – там сверху полки для книг, внизу компьютерный стол с мощным компом и креслом на вертушке. Слева, внизу, мягкий диван, светильник – полежать и почитать можно. А наверху, над диваном, уже нормальная кровать. Два плазменных телевизора повесил, «дивиди». Остальное особо не трогал, всё вполне неплохого качества. Дом для одного. А у меня там огромная подборка фильмов и музыки, да литературные произведения. Как же я по ним скучаю!

Так что дом однозначно забираю. Тем более, после всех модернизаций он стал почти на полтонны легче, сейчас весит двадцать тонн. У меня уже накачалось двадцать четыре. Теперь либо «Ирокез» брать следующим, либо второй запасной гидросамолёт на поплавках «Сессна» – он две тысячи девятого года выпуска. Часть систем управления показывает данные на плазменных экранах. Новинка. Так что будем выбирать. Танкетку оставлю, что-то другое вместо неё возьму. А может, и вертолёт, и гидросамолёт с запасами топлива – хватит места, если «Т-40» оставлю. «Белл» жалко – у меня была одна такая машина, сгинула, когда я погиб. Надо будет поискать такой вертолёт в других мирах.

Хотя, чего я планы строю? Конечно, этот мир после ядерной войны – неплохое место, чтобы держать часть имущества, но не факт, что всё на месте. Загадывать нельзя. Может, нашли давно мой схрон? Этого я боялся больше всего. Летел над поймой реки на одеяле, поддерживая вокруг себя нормальный климат. На самолёте точно не долечу: топливо замёрзнет. На третий день полёта пришлось уходить в лес, доставать кибитку – снова сильно упала температура, и ветер поднялся. В такое время лететь сложно даже пси-способным. Как тут вообще люди выживают? Не понимаю. Двое суток пережидал, потом осторожно двинул дальше. Ветер стих, но мороз никуда не делся. Температура не поднималась. Однако ничего, за следующие три дня добрался. С трудом, чудом без обморожений, но на месте.

Все ходы-выходы изучил, свежих следов нет. Полтора года меня не было, неужели дождались мои припасы? Стал вскрывать люк запасного выхода. Потратил час, но сделал. Быстро спустившись, добрался до нужного склада и издал ликующий клич. Всё, что я оставил: машина, грузовики, «Комета», часть имущества, арктическая техника и мой любимый автодом – было здесь. Моя прелесть.

– Я вернулся!

Первым делом я убрал автодом в хранилище. Всё в схроне было покрыто пылью. Откуда только взялась? Проведя рукой по боку «Жигулей-пятёрки», я прошёл дальше. Тут, на полозьях, стоял вертолёт «Хьюи», военная машина, с пулемётами на станках. Шестиствольные «Миниганы». Транспортный, для высадки десанта. В стороне виднелся хвост «Сессны». Медлить я не стал, достал «Т-40» и пристроил его. Затем убрал «Хьюи» и «Сессну», ну и запас топлива к ним, что оставил в бункере. Кстати, запускать автодом и давать ему прогреться я не стал, только зарядил аккумуляторные батареи. Причина банальна: тут всё выхлопом пропахнет, оно мне надо? Я всю технику на одном складе держал, а топливо в бочках – на другом. Вдруг протечка? Тоже чтобы не пропахло.

Подумав, ещё взял надувную лодку с мотором, снегоход и аквабайк. Всё. Достаточно, хранилище забито под завязку. С сожалением посмотрел на арктическую технику – трёхосные автомобили, в одном из которых неплохой домик, но места нет. А эти штуки весят по шесть и семь тонн. Блин, лет пятнадцать копить, чтобы