Мастер Алгоритмов. ver. 0.4 - Виктор Петровский

полностью уверен в своей готовности и знал материал назубок. Захотелось рассмеяться. Да если бы я тогдашний знал, какие именно дела будут лишать сна меня нынешнего, то дрых бы сном младенца перед чем угодно, хоть зачетом, хоть экзаменом, хоть защитой курсача или диплома. Нервничать из-за оценки в зачетке на фоне перспективы получить молнией промеж глаз или заживо сгореть в магическом пламени — просто смешно.

Под спокойные воспоминания о той, прошлой жизни и тех временах, незаметно отвлекшие меня от предстоящей в ближайшие дни бойни, я наконец-то провалился в сон.

* * *

Князь Владислав Петрович Милорадович положил трубку телефона и убрал устройство во внутренний карман пиджака. Затем опустился в свое рабочее кресло и сложил руки домиком, глядя на напольные часы в углу кабинета.

Ждать оставалось недолго.

Не прошло и пяти минут, как в его сознание бесцеремонно вторгся чужой, скрипучий голос, перекатывающий согласные.

«Здор-рово, Милор-радович!» — прокаркало в голове.

Тон был весьма фамильярным, но князь давно привык к подобным манерам своей собеседницы.

«Добрый вечер, — вежливо отозвался Владислав Петрович. — Докладывай».

«Скинули! — сообщила Зефир. — Коор-рдинаты передали. Ждут. Как подтве-р-рдят, а крыса вер-рнется — в р-расход пустят. Всех пустят».

Милорадович ничуть не удивился. Иного от подобной публики странно было бы ожидать. Даже если бы про этих конкретных злоумышленников он не знал ничего, наемники, использующие в качестве рычага давления гражданских — женщин и ребенка, — не стали бы оставлять за собой живых свидетелей, когда надобность в инструменте отпадает. А эти, как стало известно, даже своих не стесняются устранять в рамках зачистки хвостов.

А значит, до жилища господина коллежского секретаря следовало добраться раньше него самого. К счастью, это не составляло проблемы.

Князь поднялся, поправил манжеты, приосанился. Снял с вешалки пальто, надел его и решительным шагом покинул кабинет, на ходу отправляя телепатическое предупреждение Волконскому.

* * *

Князь остановился у нужного подъезда. Металлическая дверь с магнитным замком преграждала путь. Ключа у него не имелось, тратить время на звонок с целью узнать код или ожидание случайного жильца было нецелесообразно.

Придется заходить своими методами. Однако отсутствие визуального представления о том, что находится прямо за металлической створкой, несколько мешало — требовалось тщательно отсканировать пространство.

На голой ветке старого тополя, растущего вровень с окнами нужного этажа, сидел крупный ворон. Птица скакнула на ветке и повернула голову.

«Я сама! — ворвался в разум князя телепатический клекот Зефир. Хоть она и могла принять форму любого пернатого, хоть воробья, хоть страуса, хоть птицы Рух, именно форма ворона больше всего приходилась ей по душе. Оттого даже в ментальной речи она подражала карканью. — Окно вдр-ребезги! Глаза — вон! Печенки — р-рвать!»

Милорадович улыбнулся краешком губ.

«Вынужден возразить, дорогая моя, — невозмутимо ответил он. — В квартире находятся гражданские, две женщины и ребенок. Не пристало травмировать их психику столь, прямо скажем, неэстетичными расправами. Кроме того, кто же ходит в гости с намерением оставить после себя кровавый бардак и выбитое окно? Это дурной тон».

«Ску-у-учный ты!» — разочарованно протянула ворониха.

Князь знал: ее показная кровожадность проистекала исключительно из праведного гнева. Зефир имела скверный, сварливый характер, но душу при том добрую. Наблюдение за тем, как жизнь трех невинных людей и даже одного Игоря Сухова день за днем висела на волоске просто потому что два человекообразных существа ей было нелегко. За это преступление она жаждала расплаты.

Из-за угла дома вынырнула сутулая фигура. Игорь Константинович Сухов, втянув голову в плечи, торопливо шагал к подъезду. Заметив стоящего у двери Милорадовича, чиновник замер как вкопанный. Князь не мог рассмотреть, но мог поклясться, что даже лицо у него побледнело. Сухов дернулся, явно пытаясь ретироваться обратно под прикрытие спасительного угла.

— Игорь Константинович, — негромко, но властно окликнул его Милорадович. — Как поживаете?

Сухов нервно сглотнул, сделав неуверенный шаг вперед.

— В-владислав Петрович… Добрый вечер. Живу… Потихоньку.

— Рад слышать, — князь тепло улыбнулся. — А я вот решил наведаться к вам в гости. Вы ведь не возражаете?

— Н-нет… Никак нет… Не возражаю, — залепетал коллежский секретарь, дрожащими руками хлопая себя по карманам в поисках ключа.

— В таком случае, сделайте одолжение, откройте дверь, — попросил Милорадович. — А сами присядьте вон на ту лавочку. Подышите свежим воздухом, насладитесь видом вашего прекрасного дворика. Подумайте о вечном. Домой вам пока спешить совершенно ни к чему.

Магнитный замок пискнул. Князь придержал дверь, вежливо кивнув в сторону оцепеневшего подчиненного, и шагнул в подъезд. Сухов, пошатываясь, побрел к указанной скамейке.

Поднявшись на нужный этаж, Милорадович остановился у обитой дерматином двери. Прислушался — ни звука. Применять сканирующие чары сквозь стену он не рискнул, дабы не насторожить наемников. За себя князь не боялся, но там находились заложницы. Кто знает, что подобному сброду может прийти в голову в случае опасности?

«Поделись изображением», — телепатически попросил он фамильяра.

Зефир не заставила себя ждать. В сознании Милорадовича возникла четкая картинка, транслируемая через птичьи глаза с ветки тополя. Кухня. Обои в цветочек, дешевый линолеум. Три фигуры — мать, жена и дочь Сухова — живы, целы, занимаются бытовыми своими делами, но лица их при том выдают страх, испытываемый не первый день. За столом сидят двое крепких мужчин в неприметной гражданской одежде. Пьют чай и над чем-то посмеиваются. Оружие обоих — на расстоянии вытянутых рук.

Милорадович сопоставил картинку со своим текущим положением в пространстве подъезда. Учел толщину стены и прочие нюансы, после чего совершил первое плетение.

Для любого другого мага телепортация была делом проблематичным. Одна ошибка — и можно врасти в бетон, потерять конечность, материализоваться внутри мебели, либо и вовсе не материализоваться. Но для рода Милорадовичей предрасположенность к пространственным скачкам, особенно на короткие дистанции, была в крови. Родовая магия позволяла им совершать такие переходы интуитивно, расходуя меньше резерва, просто имея визуальное представление о конечной точке назначения.

Милорадович появился прямо посреди кухни, сопровождаемый лишь хлопком стремительно вытесняемого воздуха. Он мгновенно выпустил второе, заранее подготовленное плетение. Три заложницы в квартире одновременно закрыли глаза и мягко опустились на пол, погрузившись в глубокий сон. Гражданские нейтрализованы. Теперь они не закричат, не бросятся под руку и, что самое главное, не увидят чужой смерти.

Наемники среагировали с приемлемой скоростью. Тот, что сидел ближе к окну, резко дернулся к своему оружию, второй вскочил, на ходу формируя вязь боевого заклинания.

Поздно.

Князь простер обе руки, будто держал перед собой дно огромного