Главный инженер 3 - Вадим Фарг

от слова совсем. Люди, порой, любят себя добивать что морально, что физически. Загружают себя работой, не спят, не едят, и при этом ещё говорят, что всё нормально. Да, отчасти, я тоже отношусь к этой категории, но мне бы хотелось честных деловых отношений, потому что смотреть на сонного диспетчера, который клюёт носом за столом, такое себе удовольствие.

— Сделаю вид, что поверил. Но давайте обсудим всё в другом месте, здесь за углом есть неплохое кафе, — предложил я, указывая водителю на небольшой кирпичный дом в конце улицы.

Рита согласно кивнула, и такси, проехав ещё пару сотен метров, остановилось у скромного заведения с яркой вывеской в виде кофейной чашки. Я расплатился с водителем, вышел на улицу, придерживая дверцу, и помог Рите выбраться из машины. И именно в этот момент, когда мы уже стояли на тротуаре, я краем глаза заметил знакомую фигуру, стоявшую в тени между старым газетным киоском и углом жилого дома.

Это был Игорь, её брат, стоявший в грязной куртке, и с помятым, опухшим лицом. Не надо быть гением, чтобы понять, этот маргинал уже успел приложиться к бутылке. Он смотрел исключительно на Риту, игнорируя моё присутствие, и в его позе читалось явное намерение подойти и устроить очередной скандал. Но больше всего меня удивило самло по себе его появление. По идее он уже должен был готовиться отбыть в места «не столь отдаленные».

Рита тоже заметила брата, и её лицо из бледного стало абсолютно белым. На короткое мгновение мне показалось, что шум большого города просто затих. Я не стал устраивать сцен на глазах у прохожих, а просто сделал шаг вперёд, заслоняя собой Риту, и посмотрел Игорю прямо в глаза.

Он дернулся, словно его неожиданно ударили током. В его глазах промелькнула смесь злости и желания поскорее оказаться как можно дальше. Видимо, узнал меня. Он неловко повернулся, зацепив плечом край киоска, и быстро пошёл в сторону дворов, постоянно оглядываясь назад и ускоряя шаг.

— А почему он на свободе? — спросил я, поворачиваясь к Рите и замечая, как её плечи мелко дрожат.

— Не знаю, — призналась та, — но его выпустили. Сама не знаю что там случилось… вот теперь он около меня и вьется.

— То есть он вот так приходит или караулит вас? — уточнил я. — и как часто?

— Не каждый день, но довольно часто, он обычно крутится где-то поблизости, то у детского сада дочку высматривает, то у подъезда стоит, — тихо ответила она, глядя в землю. — Просит денег, обещает, что это в последний раз и он скоро устроится на работу, а если я отказываю, начинает злиться и сыпать угрозами. Я уже снова собиралась в полицию идти, но что я там им скажу? Они итак его почему-то выпустили.

Я проводил взглядом удаляющуюся фигуру и мысленно сделал пометку, что с этим выродком тоже стоит разобраться. Всё же это была моя ошибка, когда я решил, что он загремел за решётку. И выяснить что там не так с уголовным делом, с которым вроде все было ясно.

— Он руки не распускает? — спросил я, стараясь говорить как можно спокойнее, чтобы не пугать её ещё сильнее.

— Нет, пока обходится только словами, но я вижу, что он становится агрессивнее, особенно когда выпьет, — ответила она, поднимая на меня испуганные глаза.

— М-да, проблема, — задумчиво пробормотал я. — Но я разберусь с этим, обещаю. А сейчас давайте зайдём внутрь, а то как-то прохладно стало, — я указал на дверь кафе. — Выпьем чаю и обсудим наши вопросы.

Внутри кафе было тепло и уютно, а разнообразные ароматы создавали приятную домашнюю атмосферу. За дальним столиком у стены сидели две молодые девушки, которые увлеченно обсуждали что-то в своих телефонах, а у окна пожилой мужчина неторопливо ел суп. Мы выбрали столик в самом углу зала, откуда хорошо просматривался вход и улица через широкое окно, эта привычка контролировать пространство осталась у меня на уровне инстинктов, и я не собирался от неё отказываться.

Рита аккуратно повесила плащ на вешалку у стола и села напротив меня, сложив руки на коленях и стараясь казаться спокойной.

— Что будете пить, Рита? Здесь делают неплохой чай, да и выпечка выглядит свежей, — спросил я, изучая скромное меню.

— Мне просто чаю, если можно, обычного чёрного, без ничего, — тихо ответила она, скромно прижимаясь к краю стула.

— Просто чай в таких заведениях представляет собой горячую воду с дешёвым пакетиком внутри, так что давайте возьмем нормальный заварной чайник и пару свежих пирожных, — настоял я, замечая, что она явно стесняется делать заказ за мой счёт.

— Максим, правда, не стоит тратиться, я не голодна, — попыталась возразить она, но я лишь покачал головой.

— У нас сейчас деловая встречу, Рита, а на таких встречах принято пить чай и обсуждать условия будущего сотрудничества, так что пирожное будут очень кстати,, — с лёгкой улыбкой ответил я, поднимаясь из-за стола.

Я подошёл к стойке, сделал заказ у сонной девушки-кассира и вернулся на место, стараясь двигаться плавно, чтобы не тревожить больное плечо. Плечо под курткой продолжало неприятно пульсировать, но я привык терпеть и не собирался показывать слабость перед будущим сотрудником, которому сейчас была нужна моя уверенность, а не жалобы. Перед началом любого дела люди должны видеть руководителя, который способен решать проблемы, а не страдающего человека, мечтающего просто лечь на диван.

— Давайте начнём с главного, Рита, — заговорил я, когда официантка принесла нам фарфоровый чайник. — Я не предлагаю вам какую-то помощь из жалости или лёгкие деньги за красивые глаза, мне действительно нужен толковый и надежный человек на должность диспетчера, это чистый бизнес.

Рита подняла на меня глаза и тихонько кивнула, показывая, что готова слушать дальше.

— Я понимаю вас, Максим, и поверьте, я не ищу лёгких путей, мне просто нужна стабильная работа, — ответила она, обхватив ладонями чашку.

— Отлично, тогда я сразу вам круг ваших будущих обязанностей, чтобы потом не было сюрпризов, — продолжил я, открывая свой блокнот. — Ваша основная задача заключается в приёме входящих звонков, вам придётся подробно записывать их заявки, уточнять адреса, отсеивать неадекватных людей и вежливо, но твёрдо пресекать попытки сесть нам на шею. Работа нервная, потому что люди у нас звонят самые разные, они будут врать, пытаться сбить цену, давить на жалость