Хогвартс по ГОСТу - Сералай

нашей священной семейной реликвии! Он превратил историческую школу магии в какую-то суровую каторгу! Мой собственный сын строчит мне письма о том, как он теперь счастлив в этом вашем хозблоке, и наглым образом приписывает в конце, что в здоровом теле — здоровый дух, и что надо бы мне… МНЕ, Люциусу, срочно заняться собой и пойти на турники!»

Дамблдор на это представление только печально вздохнул, уныло сгорбился и закинул в рот очередную лимонную дольку, которая, судя по его кислой мине, была старику уже совсем не в радость. Я четко, по-армейски развернулся на каблуках, чувствуя, как родная Система в черепной коробке устроила настоящий праздник и со звоном накручивает мне призовой счетчик:

▷ Система: Вы довели высшую элиту магического мира до состояния затяжного коллективного инфаркта.

▷ Эффект: Люциус Малфой теперь в тихой панике проверяет свою трость на наличие скрытых жучков и отпечатков пальцев каждые пять минут, а Дамблдор всерьез и на полном серьезе подумывает о введении в штатное расписание Хогвартса официальной должности «Заместитель директора по вопросам хозяйства».

▷ ЮБИЛЕЙНЫЙ БОНУС: За создание военизированного хоз-подразделения из потенциальных спасителей мира и публичное опускание аристократии под плинтус.

▷ Награда: Золотой Осколок «Возврат молодости»: 80/100 (+5 шт.).

. .

Я выполз на крыльцо, по-хозяйски поправил воротник шинели и прищурился на закат. Хогвартс после моей генералки сиял так, что глаза резало. Стены отдраены до блеска, газоны пострижены ровно под ниточку, а со стороны качалки доносился глухой, правильный стук блинов и чей-то зычный ор: «И-и раз! И-и два!».

«Миссис Норрис, чуешь?» — я глубоко хапнул ноздрями вечерний воздух. — «Это запах чистой победы. Я про смесь свежескошенной ботвы и ядрёной хлорки». Кошара одобрительно боднула меня в колено и потерлась о тяжелый рабочий сапог.

Но пока мои орлы из Ордена Хлорки радостно заливали футболки потом, тягая железо, в подвалах у змеёнышей назревал конкретный такой путч. В личной каморке Снейпа духан стоял — не продохнуть. Причем смердело не его погаными зельями, а чистокровной, концентрированной обидой местной элиты, которой наконец-то показали, откуда выделяется пот.

За столом нарисовался Люциус Малфой. Видос у заезжего гастролёра был такой, словно его сначала прокрутили в промышленной бетономешалке, а вытащить забыли. Дорогая мантия пошла какими-то позорными разводами от мыльной пены, патлы блондинистые, обычно зализанные волосок к волоску, теперь торчали во все стороны, как солома из старого матраса, а холеные клешни конкретно так ходили ходуном, едва удерживая пижонскую трость.

«Северус, это же чистый беспредел! Это… это просто подрыв всех вековых устоев!» — Люциус сорвался на петушиный фальцет и затыкал своими покрасневшими, разъеденными щелочью ладонями прямо в лицо зельевару. — «Этот сквиб заставил меня! Меня, Малфоя! Лично драить очко в туалете у этой завывающей дуры Миртл! Заявил, чисто по-хамски, что раз я приперся на территорию режимного объекта без бахил и спецдопуска, то обязан отработать какую-то там нагрузку на экосистему. А потом этот упырь обозвал мой рабочий жим лежа позором аристократии, всучил мне корявую щетку на короткой ручке и рявкнул в свой рупор, чтобы я, цитирую, почувствовал близость к земле-матушке и осознал, какое я ничтожество перед лицом санитарных норм!»

Снейп медленно, как привидение из склепа, отлепился от стула. Морда в полумраке — вылитый покойник, которому в гроб забыли положить любимые тапочки.

«Уймите фонтан, Люциус», — процедил он сквозь зубы, и яда в этом шепоте было больше, чем в канистре с тормозухой. — «Вы тут не один такой обтекаете. Этот чертов завхоз превращает величайшую школу магии в суровый исправительно-трудовой лагерь. Но это еще полбеды. Самое паршивое — он наглухо промыл мозги вашему сыну!»

Малфоя аж перекосило. Перед глазами у него снова всплыла утренняя картина маслом: Драко, облаченный в оранжевую жилетку с жирным штампом «ХОЗБЛОК» на всю спину, с диким энтузиазмом натирает старые доспехи суконкой и орет на весь коридор: «Отец, шагай аккуратнее, не топчи! Тут Аргус только-только всё обеззаразил! И вообще, шел бы ты лучше на турник, а то осанка как у старой вешалки, спина колесом!».

«Он же превращает нормальных волшебников в каких-то зачуханных магловских разнорабочих!» — продолжал исходить на говно Снейп, нервно перебирая флаконы на полке. — «Это же чистый подрыв всех устоев нашего мира! Если мы сегодня спустим ему на тормозах эти его штанги и качалки, то завтра этот упырь заставит нас сдать волшебные палочки в утиль за плохое влияние на общую производительность труда».

В самом темном углу каморки уныло терлась еще пара "пострадавших" от моей генеральной инспекции. Пэнси Паркинсон тихо размазывала сопли по лицу, рыдая над сломанным ногтем — побочный эффект отдраивания котлов речным песком, а рядом кисли двое старшекурсников, которых я с утра пораньше загнал бегать лютый кросс вокруг озера. А нехрен было щелкать клювом и нарушать правила пожарной безопасности при обращении с драконьим навозом на хоздворе.

«Министерство этот беспредел просто так не схавает», — Люциус брезгливо вытер взмокшую шею шелковым платком, который, к его лютому ужасу, теперь наглухо пропитался исключительно чебоксарской хлоркой. — «Нам нужно кровь из носу выставить Филча, как прямую угрозу всей национальной безопасности! Старик втихую штампует личную штурмовую гвардию из наших же детей!»

Том 4 Глава 6

Под этим опусом стояли жирные подписи Снейпа, Люциуса, Паркинсона и еще десятка обиженных чистокровок, у которых мозоли на нежных ладонях до сих пор не сошли. Сова с доносом улетела в Министерство мгновенно, аж перья по коридору полетели.

Прошло всего пару часов, аккурат до ужина. Я как раз проводил инструктаж для Гарри, Невилла и Драко на тему "Как правильно распределять вес ведра с раствором, чтобы наглухо не сорвать поясницу", когда дубовые двери Большого зала распахнулись с таким грохотом, будто по ним из пушки влупили, аж штукатурка с потолка посыпалась.

В замок тяжелой походкой ввалился Барти Крауч-старший. Морда — чистый кирпич, в глазах — холодный блеск бюрократического фанатизма, не сулящий ничего хорошего. А за его спиной чеканили шаг двенадцать мракоборцев в полной боевой выкладке, упакованные по самый не балуйся. Местный спецназ Министерства, короче.

«Где он?!» — прорычал Крауч на весь зал, аж эхо пошло. — «Где этот самозваный диктатор подсобных помещений?»

Я вышел вперед, ни разу не спеша, и привычным, отработанным движением поправил жесткий воротник шинели. Мой личный спец-бонус на +20 к пафосу включился на полную катушку — в зале аж воздух потяжелел, а у пары кадетов жилетки зашуршали сильнее.

«Ну, я здесь», — я лениво сплюнул в сторону, зыркнув на незваных гостей. —