Псы Господни 4 - Олег Велесов

ну и я тоже куда-нибудь. Куда вот только? Душа рвалась в Орлеан, но интуиция подсказывала: основные передряги намечаются в Бурже. После всех предыдущих событий, история перебралась на другие рельсы и катиться теперь в новом направлении. Куда оно приведёт не известно, но очень хочется думать, что станции по пути будут знакомыми.

Герольд поклонился и ушёл. Я расстегнул ремень, положил на сундук рукоятью меча к себе. Щенок сел на краешек нар, глаза светились грустью.

— Чего не весел? Мы же победили.

— Да, хороший был бой, — кивнул Венсан. — Но вы тоже не выглядите счастливым, господин Вольгаст. Мне показалось, — он замолчал на мгновенье, — мне показалось, что вы не хотели убивать сеньора де Бодрикура. Хотя он ваш враг, и таких врагов — ого! — поискать. Он возненавидел вас с самого начала, потому что госпожа Марго относилась к вам с бо́льшим вниманием.

И посмотрел на меня выжидательно.

— Ты прав, малыш, не хотел. Он мог бы принести пользу Франции. Хоть какую-то. Но пошёл на поводу у Чёрного барона, поэтому… И ты же слышал главного судью: остаться должен только один.

— Господину Гокуру это не понравится, и госпоже Катрин тоже не понравится. И господину Тремую. Робер де Бодрикур был их человеком. Они постараются избавиться от вас.

— Но королева Иоланда на моей стороне, она возьмёт меня под защиту. Надеюсь. Да и коннетабль относится ко мне доброжелательно.

Щенок скорчил недоверчивую рожицу.

— Знаете, господин Вольгаст, я немного потёрся вокруг дворцовых слуг… Коннетабль не пользуется благосклонностью дофина, а королева Иоланда всё время ругается с госпожой Катрин, ей будет не до вас. Мне кажется, нужно уезжать отсюда. Если не сегодня, то завтра непременно.

Я погладил его по голове, взъерошил жёсткие волосы.

— Марго сказала, что ты взрослеешь. Я и сам это вижу. Но ты ещё маловат, чтобы правильно оценивать подобные вещи.

— А когда я смогу правильно оценивать?

— Когда станешь настоящим рыцарем.

— А я стану?

— Конечно. Ведь ты же стал настоящим пажом, значит, станешь и настоящим рыцарем.

— Быстрей бы.

— Не торопись. Всему свой срок. Знаешь, сходи-ка на кухню, принеси поесть. В животе уже урчит.

Щенок послушно кивнул и выскочил за дверь.

Я прошёлся по комнате, прислушиваясь к пульсирующей боли в подмышке, потом не разуваясь забрался на нары и выглянул в бойницу. Внизу вяло текла река, приток Луары. Несколько лодок барражировали вдоль берега, рыбаки тащили сеть, горели костры, где-то пели. Водная пастораль. Всё это навевало скуку. Похоже адреналин в крови до сих пор не улёгся. Мне нужно поесть, впасть в дрёму.

— Господин…

Вернулся Щенок, за ним несмело вошли трое, а позади по шарканью и вздохам угадывалась целая толпа.

— Я не звал гостей.

— Это не гости, это… повара, мясники… на кухне кто работают. Поесть вам принесли.

— Сразу все?

— Ага. Как узнали, что вы капитан псов, что это вы дрались утром, — и шепнул. — Посмотреть на вас хотят.

Мне вот сейчас точно было не до смотрин, чёрт. Но может быть это и есть начало славы, всеобщего узнавания и обожания. Ведь требуется же знамя. Так почему действительно им не стать мне?

— Ну, пусть заходят… Посмотрят.

И они зашли, поочерёдно, потому что комнатка за раз вмещала только пять человек. И каждый норовил до меня дотронуться и за что-то поблагодарить. Вот она слава. Не зазвездиться бы.

Когда очередь закончилась, мы наконец-то смогли поесть. Накормили нас не из общего котла, а поднесли отдельно, любовно приготовленное для особо отличившихся: жаренная курочка, пироги, бульон. На десерт добавили устриц. Я не привык к живой еде, а Щенок с удовольствием вскрыл десяток раковин и съел, обильно поливая моллюсков уксусом.

После обеда я отправил мальчишку в роту. То, что из схватки с Бодрикуром я вышел победителем, там уже знали, и наверняка празднуют. Но личных сбережений у псов немного, а уж если праздновать победу любимого командира, то с размахом.

— Скажи брату Стефану, чтоб купил пива две бочки. Нет, три. Три бочки. И свинью пожирнее, чтоб было чем закусывать. Ступай. Утром жду тебя.

Венсан расплылся в улыбке и рванул из комнаты прочь. Я лёг на нары, сложил руки на животе и стал ждать, когда дрёма овладеет мной. Шум за перегородкой постепенно стихал, запахи расплывались, духота уходила, вместо неё через бойницу втекал прохладный вечерний воздух с реки.

Скрип…

Дверь приоткрылась, в проёме возник силуэт женщины в плаще с накинутым на голову капюшоном. Марго! Ну наконец-то, мой долгожданный приз за победу. Я не сомневался, что она придёт, поэтому и отправил Щенка в роту…

Женщина откинула капюшон. Белокурые локоны, хищный взгляд… Что… Катрин? Катрин де л’Иль-Бушар? Опаньки!

Я подскочил.

Что ей нужно? Какого хера она здесь? К тому же, одна…

— Здравствуй, Сенеген, — Катрин сделала паузу, красивый рот искривился в усмешке. — Или, может быть… Стригин?

Глава 18

Она стояла в дверях, смотрела на меня как крыса на кусок сыра и думала: съесть сразу или сначала палочкой потыкать, вдруг ловушка.

— А я всё думала… когда ты появишься.

Я облизнул пересохшие губы, по спине катились холодные волны. Катрин… Катя… Моя Катя? Да… Вернее, бывшая моя, а теперь… Теперь чёрт знает чья: Кураева, дофина, Ла Тремуя. Господи… Катя… Но как?

— Узнал меня? Узнал… Хотя выгляжу по-другому, да? Но это лицо мне тоже нравится. И тело, и всё вокруг… Не эта кухня, конечно, а там… дворец, положение. А ты… я почему-то думала, что судьба тебя пожалела и впихнула в тело какого-нибудь виллана, и ты сдох давно. Ан нет. Не сдох. Да и на виллана не похож. Виконт… Молодец, добился. Недаром считался лучшим фехтовальщиком клуба. Ну ничего, здесь и виконты дохнут.

Катрин сощурились, в глазах мелькнуло что-то вроде искры, черты лица обострились. Как знакомо мне это выражение…

Выдержав паузу, она проговорила медленно:

— Ты стал другой, Стригин. Мачо. Раньше тоже был, но сейчас… Слышала я о твоих подвигах, не знала, что это ты, а теперь понимаю… Многих на тот свет отправил? Говорят, и шлюху Лотарингскую сжёг? Как она, не сильно чадила?

Я постепенно приходил в себя от неожиданности.

— Так это ты посылала Нуадана в Лотарингию?

Катрин приблизилась ко мне вплотную, провела пальцами по щеке.

— Какой шрам… сексуальный. Сразу видно мужчину. Воин. Не