Тень серого дома - Галина Александровна Ивина

кусочка хлеба в тостер и ждал, когда тот выстрелит. Он подумал, что мама точно заработалась, ведь она не первый раз говорит ему о навалившихся необъяснимых преступлениях.

– Эти определения никак не связаны друг с другом, – не удержался он от комментария.

– Ох… – Хлоя отмахнулась от него и невольно вздрогнула, когда тостер «выплюнул» поджаренный хлеб. – Ты такой же придира, как зануда Адриан.

– А-а, – вспомнил Клим, – твой начальник. – Он методично мазал мягкий плавленый сыр на хлеб. – Почему ты на него злишься и не рассматриваешь как возможного парня?

– Кого?! – низким голосом спросила удивленная Хлоя. – Потому что он мой начальник.

– Он ведь не женат! – припомнил Клим, возвращая обмазанный тост на тарелку.

– Нет, – настороженно подтвердила Хлоя.

– Тогда не понимаю…

Клим поставил тарелку с готовым легким завтраком на стол. Мама одарила его благодарным взглядом и поскорее принялась за еду. Клим подозревал, что она торопилась, чтобы закрыть тему с Адрианом. Ну точно он ей нравится!

После завтрака мама ушла на работу, а Клим устроился в кресле с дневником Чудкова. Он проводил с ним так много времени, что иногда ему казалось, что это его личный дневник.

Скоро он нашел запись, которая подтверждала недавние слова Эрна:

«Мне удалось создать собственного монстра. Это занятный процесс, но на его совершенствование у меня ушли десятки лет. Впрочем, я не жалею о потраченном времени.

На этот раз монстр получился идеальный. Я назвал его хафаром, и он обладает огромной силой. Он способен проламывать стены и поднимать больший вес, чем другие монстры. К тому же он обладает интеллектом, и я надеюсь, что он станет моим помощником или моим запасным сосудом, если такой понадобится».

Заглянув в справочник, Клим увидел, что почти все жуткие твари обитают на своих местах… кроме «хафара».

После долгих обсуждений Клим и «психи» пришли к выводу, что обязаны осмотреть место смерти Глеба и Васильевны. Август настаивал на том, чтобы проверить свое изобретение, хотя в нем уже никто не нуждался. Как самый настоящий зануда, он заявил: «Я с ним возился полночи и хочу узнать, как оно работает».

Клим согласился пойти, но предупредил, что справочник с собой не возьмет. Пусть, кроме него, никто не верит в живого Чудкова, но даже из-за всеобщего недоверия он не будет таскать «монстрологию» с собой, ведь Чудков теперь считает улицу «общей территорией».

Наутро ребята встретились на автобусной остановке и пошли во двор Тамары Васильевны. С лица Августа почти сошли отметины панды, но остаточный окрас делал из него болезненного наркомана с темными кругами под глазами.

Пока Клим смеялся над ним, дразня его за провальный взрыв гаджета, девушки негромко переговаривались.

– Чего без настроения? – спросила Лия, сразу определив душевное состояние подруги.

Она и Вита шли чуть впереди и не оборачивались на парней. Зато Клим спокойно смотрел, как ветер играет бледно-розовой юбочкой Виты, иногда приподнимая ее чуть выше.

– Да-а… – отмахнулась Вита, будто переживать было не о чем.

Наверное, Лия знала: дело обстоит иначе, потому что предположила:

– Опять родители?

Вита поджала губы и коротко кивнула.

– Нашли у тебя «одолженные» украшения?

– Нет, – как камень бросила Вита. – После того как Эрн утонул, я ни разу… – Она замолчала и отвела в сторону мрачный взгляд.

– Значит, новое наказание? – догадалась Лия. – За что?

Вита долго молчала, и Лии пришлось надавить:

– Говори! Чего молчишь? Я должна угадать? Это надолго затянется. У твоих родителей ужасающая фантазия.

– В августе я уезжаю к бабушке, – сказала Вита таким голосом, будто имела в виду «В августе у меня экзамены по всем предметам».

– В деревню? – удивилась Лия и посмотрела на подругу как на сумасшедшую. – Что ты там будешь делать?!

– У меня есть список дел, тридцать пять пунктов. Ни один нельзя пропустить.

– Ради чего?

– Приставка. Давно хотела, но не решалась попросить. А тут случайно вырвалось, и… – Вита тяжело вздохнула. – Понеслась. Теперь не отвертеться. Если уж что-то пожелала, то должна заплатить и получить. По-другому в нашей семье не делается, ты знаешь.

Лия осуждающе покачала головой, а потом обняла Виту.

– Ты обязательно справишься.

Вита зарылась лицом в ее плечо и неслышно проговорила:

– Сбегу от них после школы.

Клим не знал, какая ситуация в семье Виты, но у него сжалось сердце. Он привык видеть эту девушку сильной и смелой. Неожиданно ее уязвимость ранила его так сильно, что он понял, почему Эрн защищал «психов».

Когда подруги успокоились, Клим заполнил образовавшуюся паузу. Он переживал из-за смерти Глеба больше, чем мог представить, и сейчас впервые решился ее обсудить.

– Вы слышали теорию про роман Глеба с Васильевной? Жуткий бред, да?

– Ох, точно… – печально вздохнула Лия.

Она тоже еще не смирилась с потерей главного редактора. В отличие от слегка… или не слегка циничной Виты.

– Почему бред? – то ли спросила, то ли возмутилась она. – Разница в возрасте не мешает влюбленным создать прочный союз.

– Не мешала… – привычно уточнил Клим.

Лия поджала губы, как будто боролась с подступающими слезами, и посмотрела на Августа, идущего чуть позади.

– Как мы узнаем, что Глеб не сам?.. – она не договорила и резко замолчала.

– Мой прибор. – Август ее понял. – Он покажет присутствующую аномалию. Если на крыше был монстр, то Глеб погиб из-за него.

– Только в том случае, если твое изобретение работает, – язвительно напомнил Клим и почувствовал восхитительное удовлетворение.

– Вот сейчас и проверим, – не расстроился Август.

Они зашли во двор Тамары Васильевны. Ужасные смерти завуча и ученика остались в недалеком прошлом, и теперь сюда вернулась обычная тишина. Никаких репортеров и сплетниц из соседних дворов. Как будто и не было двух само- или просто убийств.

Напоминание о потере Глеба воскресило в Климе чрезмерную язвительность, и он процедил в сторону Августа:

– Лучше бы ты изобрел прибор для восстановления памяти.

Тот нахмурился, его ноздри раздулись и сразу опали.

– Мы же выяснили, что я не убивал Эрнеста, – напомнил парень.

– Да, – согласился Клим, – но ты до сих пор не помнишь, зачем ходил в тот день на реку.

– Как – зачем? – вмешалась Вита. – Я знаю, что было после его похода, поэтому могу с легкостью сказать, о чем ты говорил с Эрнестом. Как всегда, ты спрашивал у него совета.

Август нахмурился, явно не желая, чтобы она продолжила, но Вита проявила безжалостность.

– И Эрнест, конечно, дал тебе лучший совет.

– Какой совет? – полюбопытствовал Клим.

– Как лучше меня бросить…

У Клима случился крохотный шок. Ну как «крохотный?» От услышанного у него дыхание перехватило, а сердце застучало шумно и болезненно. Вита и Август расстались две недели назад? Это ж едва ли не вчера!