Тень серого дома - Галина Александровна Ивина

– Ты уверен, что тебе не показалось? – осторожно поинтересовалась Вита. Она взяла его за руку, как будто он нуждался в утешении. – Вдруг это был обычный сон?

– Сон? – удивился Клим ее недоверию и отнял от нее свою руку. – Я там чуть от страха не помер, а ты мне говоришь, что у меня галлюцинации?

– Нет! – с самым честным видом возразила Вита и снова обхватила его ладонь. На этот раз сжала покрепче. – Понимаешь, ты рассказываешь такое…

– Какое? Чем реальный Чудков страннее сирены в реке?

– Н-н… – Вита изобразила, что задумалась. – Да всем.

Клим начал злиться. Черт! Они вместе искали сирену, видели призраки, а теперь эти «психи» принимают за психа его.

– На этом ужине меня Эрн спас. Он мой свидетель.

Вита с долей сожаления посмотрела на Клима.

– Но его здесь нет – и, по идее, мы больше его не увидим.

Вспышку гнева у Клима остановила Лия. Она мягко вклинилась и поставила на стол чашку с чаем.

– Чаепитие! – весело объявила она и обаятельно улыбнулась. – Обсудим появление Чудкова позже. Давайте сначала отвлечемся от убийств и жутких хозяев дневников, которые восстают из могил.

Клим бы продолжил ругаться. Ему не верили, а он нуждался в поддержке. Впервые он попросил о помощи, а ему отказали. Это бесило. Но Лия так старалась сгладить обстановку, что он не хотел ее разочаровывать.

Так что он придвинул чашку и вспомнил об угощении. Он попросил Лию достать конфеты и печенье из верхнего шкафчика кухонного гарнитура.

Едва девушка открыла дверцу, оттуда хлынул поток вонючей жижи. Казалось, в шкафу прорвало канализационную трубу. Жижа хлестала под сильным давлением, наполняя кухню тошнотворной вонью. Кто-то пронзительно кричал, Виту вырвало. Лия храбрилась, но не выдержала и повторила поступок подруги.

Скользя на слизком полу, друзья убежали в зал. Там жижа не лилась. Устроившись на диване, дрожа от ужаса, они пугливо озирались. Переглядывались друг с другом, смотрели на мокрую одежду и волосы с налипшими плотными кусочками грязи.

Клим смотрел на остальных и сильно надеялся на то, что он не выглядит таким же жалким и чумазым. Правда, логика подсказывала, что он, можно сказать, смотрится едва ли не в зеркало. Ужасающее зеркало, отражающее невероятную правду, которую мозг отказывался принимать.

– Теперь ты больше веришь в мистику? – не удержался Клим от язвительного выпада в сторону Августа.

Тот повернулся к нему, смахнул с волос капающую слизь и невозмутимо ответил:

– Только в жижу, вырывающуюся из кухонного шкафчика.

При упоминании невероятного происшествия на кухне Лия затравленно дернулась. Обхватила себя руками, и ее плечи дрогнули, как будто на нее кто-то прикрикнул.

– Кажется, прекратилось, – дрожащим голосом сказала она.

– Я проверю, – вызвался Август.

Клим подумал, что он даже в критической ситуации решил выпендриться. Присоединяться к нему он и не думал. Пусть лучше вся слава достанется ему одному. Неприятности тоже, если он на них нарвется. У Клима есть дела поважнее, например высушить многострадальный гипс.

Пока Август пробирался на кухню, девушки прижались к Климу. В этот момент они забыли все обиды – и он порадовался тому, что поступил умно и не составил компанию «бледному».

Испуганная Лия отвлеклась на телефонный звонок. Клим услышал все тот же пьяный женский голос, требующий вернуться и купить пару бутылок пива.

– Мам, я далеко от дома… – перепуганным голосом ответила Лия, сбросила звонок и сильнее прежнего прижалась к Климу.

То, что от Августа долго не было ответа, раздражало. До кухни идти десять шагов, а он уже минуту не подает признаков жизни. Хоть бы о табуретку запнулся или тарелками загремел.

– Эй, ну что там? – крикнул Клим и ощутил, как девушки дружно вздрогнули от неожиданности.

Жертва их нервов, погибших от его вопля, оказалась напрасной. Отклика из кухни не последовало. Наверное в отместку, Вита тоже позвала Августа, но с таким же результатом. Зато удовольствие от их объятий значительно снизилось.

– Да что там происходит? Он испарился, что ли? – не выдержал Клим.

Высвободился из обнимающих его рук и поспешил на кухню. Стартанул слишком быстро, забывшись из-за пережитого. Расцарапанная нога тут же напомнила о своем плачевном состоянии, и он едва не взвыл от боли. После всех сказок и детских мультфильмов он и не думал, что на деле сирены – убийцы с когтями, похожими на лезвия ножей.

«Проклятая когтистая селедка! – ковыляя по коридору, думал он. – Хорошо, что она снова в своей клетке».

Август – придурок – стоял на кухне. Не валялся в обмороке, не исчез загадочным образом, а просто стоял и таращился на стену. Клим хлопнул его по плечу и спросил:

– Ты чего не отвечаешь? Мы подумали, что тебя Чудков забрал или монстр какой-то новый.

На самом деле Клим озвучил собственные мысли, но Августу знать подробности было необязательно.

– Эй! – Клим еще раз похлопал его по плечу.

Август вздрогнул, будто проснулся, и затравленно осмотрелся по сторонам.

– Ты это видел? – спросил он сиплым голосом.

– Поток грязи из шкафчика? Конечно!

– Нет, – Август поднял руку и указал на стену: – Это.

Климу пришлось обернуться, чтобы посмотреть, куда он показывает.

– Скажи, что и ты видишь, иначе я подумаю, что у меня расплавились мозги.

И было отчего! Обернувшись, Клим увидел картину на стене в массивной черной раме. На ней была запечатлена мрачная пустынная деревушка, расположенная между двумя перекрестками и окруженная кладбищами. Остроконечные крыши покосившихся домов жестко вырисовывались на фоне темного неба с тяжелыми облаками. Одинокие пустые окна выдавали заброшенность, а по улице бегали крысы. При этом на рисунке все двигалось и жило собственной жизнью.

– Какого черта?! – возмутился Клим.

Он подошел к картине ближе, не веря в ее реальность. Из холста высунулась крысиная лапа и цапнула его за щеку.

– Ай! – парень отшатнулся. – Ее надо снять.

Он попробовал осуществить задуманное, но та не шелохнулась. Казалось, что ее намертво прибили к стене.

– Давай попробуем вместе, – предложил Август.

Даже общими усилиями им не удалось побороть упрямую живопись. Клим снова глянул на нее и ощутил жуткий озноб, будто к его лицу поднесли разъяренную крысу. Нет, он не собирается больше смотреть на эту жуть. Чуть подумав, Клим накинул на картину залитое жижей полотенце и отвернулся.

– Ну и правильно, – согласился Август.

Эгоист! Ему-то не придется ночевать под этой адской мазней.

Девушки не захотели оставаться в вонючей квартире. Они вымыли волосы, просушили одежду и ушли на улицу.

– Извини, но я не хочу там сидеть, – не