Тень серого дома - Галина Александровна Ивина

Голос Чудкова прозвучал в голове Клима с особой жестокостью. На миг он оцепенел, понимая, что выбора не остается. А потом осознал кое-что поважнее: Чудков смог попасть к нему из-за того, что его пригласила мама! В своей квартире Клим находился под защитой до тех пор, пока мама не совершила ошибку. Теперь они здесь в опасности.

– Ну?! – рявкнул Чудков, требуя немедленного ответа. – Так и будешь трястись и таращиться в чертову тарелку? Я сказал, смотри на меня!

Неведомая сила резко повернула голову Клима. Глаза сами собой уставились на отвратную рожу. Он не мог ни отвести взгляд, ни закрыть глаза. А Чудков скалился своей широченной кровожадной улыбкой и повторял снова и снова: «Отдай справочник».

Клим не выдержал. В конце концов, жизнь его мамы находилась под угрозой, а эта глупая книга для него значит гораздо меньше… даже если Эрн теперь заперт в ней. Девять дней на его спасение закончились, они не поймали сирену, и все усилия оказались напрасны. Бедняга Эрн теперь будет медленно превращаться в монстра, если Чудков не наврал в своем дневнике… Конечно, это ужасно, но, в отличие от друга, маму он еще может спасти. А насчет платы за отказ от справочника… Вдруг ему повезет больше, чем Эрну?

– Хорошо, – с усилием процедил он. Слова неохотно формировались, как будто он спал и не контролировал себя. – Я от…

– Нет! – чей-то громкий голос ворвался в его голову, ударил по ушам с такой силой, что у Клима закружилась голова.

– Брысь отсюда! – вскинулся Чудков и махнул рукой, как будто отгоняя назойливую муху.

У Клима прояснилось в глазах, и он увидел призрак, стоящий посреди зала.

– Эрн? – удивился он, искренне полагая, что больше никогда его не увидит. – Прости, друг… Мы пытались тебя освободить, но карточка сирены…

– Освободить? – гадко усмехнулся Чудков и хлопнул по столу ладонью, словно Клим выдал шикарную шутку. – Никого нельзя освободить из моей коллекции! Если уж кто-то угодил туда, то ни за что не выберется назад.

– Неправда! – возмутился Эрн. – У меня были девять дней!

В глазах Чудкова сверкнуло коварство:

– Ах да! Ты читал мое вступление в книге монстров и решил, что можно просто найти твоего убийцу, отнять у него карточку и вернуть на место! Ты серьезно посчитал, что на этом все закончится? Думаешь, я ради развлечения подсунул тебе справочник? Думаешь, в этом и заключается его принцип – давать бестолковым детишкам поиграться в мистику?

– Не имеет значения твое истинное намерение! Просто убирайся из этой квартиры!

– Ты никогда не покинешь мою коллекцию, можешь даже не пытаться! Я заполучу тебя со всеми потрохами!

Эрн торопливо обошел стол и встал за Хлоей. Та продолжала ужинать, ничего не замечая. Он выставил перед собой раскрытый дневник Чудкова и направил его на хозяина.

– Не подходи, урод, – приказал он ему. В ответ тот вскочил из-за стола и зашипел, словно киношный демон. – Чего ты притащился к моему другу? Мало было меня донимать?

– Ты не отдавал мне мой справочник, – прошипел Чудков, пятясь к выходу, подальше от Эрна. – Надо было отдать – я бы перестал приходить.

– Ты просто решил убить меня, хотел обновить свое разваливающееся тело, а справочник тут ни при чем. Ты не исполнил мое желание, хотя мы договаривались. Почему я должен был его отдать?

– Прошу заметить. – Чудков поднял вверх указательный палец, длинный, узловатый, скрюченный, как ветка осины. – тебя утопила сирена, которую ты сам выпустил. А я хотел загнать ее в клетку, мне нужны все мои монстры…

– Вранье! – снова резанул Эрн, тряхнув дневником. – Ты сделал так, чтобы я потерял ее карточку. Ты мешал моим друзьям найти убийцу, чтобы я остался в справочнике и ты превратил меня в себя. Разве сложно признаться в том, что ты лжец и манипулятор?

Эрн пошел на Чудкова и, когда приблизился на расстояние вытянутой руки, тот скорчился от боли.

– Убери его, – дрожащей рукой Чудков показал на дневник и быстро прикрыл лицо. – Ненавижу!

– Я хотел помочь друзьям, – продолжал напирать Эрн, – а ты думал только о том, как меня обмануть. Как заманить меня в справочник!

– Убери чертов дневник, иначе я тебя уничтожу! – проревел мужчина, брызжа слюной.

– Забавно, – тихо усмехнулся Эрн, наступая на него. – Ведь это твой дневник. Чего ты его боишься?

– Убери-убери! – как заведенный требовал Чудков, скалясь и яростно сверкая глазами. – Это дневник человека. Человека, которого больше нет!

– Ты никогда не говоришь правду. Даже сюда ты пробрался, обманув женщину, приняв вид симпатичного ей мужчины. На самом деле у тебя гадкий вид и мысли гадкие. Убирайся из этого дома!

Чудков чуть не взорвался от бешенства. Его ноздри ритмично раздувались, верхняя губа дергалась, а руки сжались, словно он душил воображаемую шею противника. При этом он отступал от дневника. Пятился назад, с ненавистью глядя на Эрна, и не поворачивался к нему спиной.

– Больше не лезь к моему другу, – велел Эрн.

Стараясь отвлечься от происходящих странностей, Клим вспомнил нечто важное.

– От мамы моей отстань! – выдал он.

Чудков мерзко скривился, раздосадованный тем, что ему перекрыли все пути возврата.

– Будь по-вашему, – проскрежетал он. Остановился на выходе из зала и окатил друзей ненавидящим взглядом. – Я сюда не вернусь, вы выторговали себе поблажку, но теперь улица – общая территория.

– Нет! – ужаснулся Клим и зачем-то выставил руку вперед.

Чудков сплюнул и взмахнул руками. От пола взметнулся густой черный дым. Он мгновенно окутал его фигуру. Раздался громкий хлопок, и дым растаял.

Сердце у Клима заколотилось с бешеной скоростью. Причем билось оно где-то в районе горла, словно волна страха подняла его наверх и оно там застряло. Трепеща теперь, словно крошечная птаха, оно искало путь назад, но не находило.

Эрн посмотрел на Клима, сказал:

– Кажется, я научился брать физические предметы.

Затем кивнул ему, благодаря за помощь, и его силуэт растворился в воздухе. Дневник медленно спикировал на пол.

Клим сглотнул. В горле пересохло, и привычное действие получилось болезненным. Зато сердце, кажется, посчитало это подсказкой и двинулось вслед за слюной.

«Только не пропусти свой “этаж”», – мысленно попросил Клим, опасаясь, что его обезумевшее сердце вздумает спуститься в желудок. Там же пища лежит… Его тогда непременно стошнит.

Сердце успешно встало на место, и Клим обернулся. После исчезновения Эрна и Чудкова в зале остались только он и мама. Она сидела за столом и выглядела потерянной, как будто хотела что-то сделать, но забыла, что именно.

Обеспокоенный сын подошел к ней, собираясь рассказать выдуманную историю о том, куда исчез ее «парень» и почему