Другая жизнь Ромы Гончарова 3 - Поток Нейтрино

А если отговорка, чтобы от меня отвязаться, пойду к тому, кто решает. Два раза сходить я не сломаюсь, а на третий раз, говорят, отказывать устают даже самые отмороженные чиновники. Так-то, если надо, я мертвого достану.

В зале рассмеялись. Кантемир рядом со мной перестал читать расписание и заинтересованно поднял голову.

— Ну че, проверим, Гончаров, какой ты некромант! — крикнули от двери, и общий смех стал еще громче.

Очкастый Глеб Оболенский обернулся с первого ряда.

— У меня вопрос практический, — сказал он. — Когда объявят отбор в СКБ, ты сам туда пойдешь?

— Пойду, конечно, — сказал я. — Если возьмут.

— Тогда получается, что староста и СКБ — это два дела, и оба съедают время. Что будет с расписанием и бумагами, если тебя туда возьмут?

— Если перестану успевать, скажу об этом сразу, а не когда уже все завалил, и группа выберет другого. Староста же не на всю жизнь, переизбрать можно.

— Можно, — подтвердил куратор. — Переизбрать старосту группа вправе на любом собрании.

Глеб кивнул и отвернулся к своему листу, а я наконец сел.

И только тут понял, что хочу выиграть. Не ради системы с ее процентами, а потому что мне самому захотелось сделать то, что я им тут наобещал. Надо же, втянулся. И с чего это меня вдруг в мазохизм потянуло? Гормоны, что ли, играют… в прошлой жизни такого не было. Тогда я жил все больше по принципу «инициатива наказуема» и лишний раз не высовывался.

— Третьякова, теперь вы, и тоже коротко, — пригласил куратор.

Полина встала и спокойно заговорила:

— Я москвичка, живу дома, до университета мне сорок минут, но в учебную часть буду успевать до первой пары, — сказала она. — Список я уже завела, к понедельнику перепишу и раздам каждому: у кого какая комната и какой номер трубки.

— А ты в школе старостой была? Или у тебя это в первый раз? — спросили с первого ряда.

— Была, три года, — ответила Полина. — Так что знаю, что это такое, когда староста один за всех бегает, у нас в классе так и было. И знаю, как устроить иначе. Обещаю то же, что и Роман: расписание носить и бумаги собирать. Ну и, если кому-то надо что-то узнать, а самому идти неохота, скажите мне, я схожу и спрошу.

— А в общаге кто бегать будет? — спросил кто-то из парней у двери. — Ты же после пар домой уедешь.

— Для этого и нужен список, — ответила Полина не задумываясь. — Позвоню кому-нибудь из общаги, кто согласится передать, желающие найдутся, вон вас сколько. Мне не обязательно бегать самой, достаточно знать, кому позвонить. У меня все.

Полина села, и я подумал, что проиграть ей было бы не стыдно.

— Голосуем, — объявил куратор. — Открыто, поднятием рук, считаю я сам. Кто за Гончарова?

Руки пошли вверх. Кантемир поднял свою первым, не глядя на меня, будто иначе и быть не могло. За ним девчонка, которая спрашивала про «не положено», и даже парень с последнего ряда, который допытывался про доплату. Чем я его убедил — непонятно.

— Так, посчитал, — сказал куратор. — Теперь кто за Третьякову?

Рук поднялось меньше, но тоже немало: третий ряд почти целиком и двое у двери. Глеб Оболенский проголосовал за Полину.

— Гончаров, — заключил куратор и записал. — Большинство за него. Третьякова, спасибо, что вызвались. Гончаров, в понедельник к девяти вам нужно зайти в учебную часть за изменениями, а потом ко мне.

— Полина, спасибо за список, — сказал я, обернувшись к третьему ряду. — Без него я бы неделю всех собирал. Дашь потом копию? И если я где-нибудь затуплю, можно к тебе за советом?

— Обращайся, — пожав плечами, ответила она. — Список я все равно доделаю, он мне и самой нужен.

— Все, ребята, свободны, увидимся в понедельник, — сказал куратор, забирая папку.

Народ зашумел и потянулся к двери, а между мной и доской зажглось окно.

Обязательная рекомендация исполнена.

Условия выполнены: личное выдвижение, две объявленные обязанности, участие до объявления результатов голосования.

Дополнение исполнено: пользователь избран старостой учебной группы.

Награда начислена: постоянное улучшение навыка «публичные выступления» на 25 % от текущего уровня.

Награда за перевыполнение начислена: постоянное улучшение навыка «координация малой группы» на 50 % от текущего уровня.

Санкция не применяется.

Поздравления условиями обслуживания не предусмотрены.

Строчки погасли, а я сидел и, чего скрывать, лыбился как дурак. Постоянное улучшение, насовсем, а не аренда до утра, и без всякого дебафа в довесок. Спасибо, дорогая. Только не привыкай, что я тебе спасибо говорю. С моей стороны тоже… не предусмотрено.

В коридоре Кантемир хлопнул меня по плечу.

— Ну ты дал, Ром! Вчера ты и говорить-то об этом не хотел, а сегодня вон как разошелся. Ты хоть понял, сколько всего наобещал? Теперь к тебе с каждой бумажкой ходить будут.

— Пусть ходят, я сам напросился. Ты, главное, первым в очередь не вставай.

— Вторым встану, — пообещал он. — Все, пошли, староста, чай пить.

— А это мысль, — сказал я, и мы двинули к лифтам.

В своем секторе первым делом заглянули на кухню за кипятком. Денис, разумеется, был уже там и ждал, суетясь вокруг нового чайника.

— Денис, пляши и пой, — сказал Кантемир, пристраиваясь рядом с ним у плиты. — У нас в блоке теперь целый староста живет, Романа только что выбрали.

— Ромыч! Да ладно, серьезно? — заорал Денис на всю кухню. — Народ, слышали? Гончаров у нас теперь староста!

В дверях кухни, как назло, стоял Феликс Корф с кружкой в руке, а за ним вошли Йося Лапидус и еще трое.

— Ну надо же, староста! — ухмыльнулся Корф. — Поздравляю, Гончаров. Теперь ты за всех отвечаешь, да? Бумажки собирать, расписание носить. И уговаривать ты умеешь, как ловко вчера Маринку на собрании уломал, просто мастер! Так вот тебе первое дело, староста. У Гинейтиса в блоке душ с четверга перекрыт. Сантехник в пятницу приходил, посмотрел и ушел: менять надо, а нечем. Парень по соседям мыться ходит, как в гости. Сходи, уговори кого надо, чтобы привезли. А то нечестно как-то получается. А ты же у нас справедливый.

— И расписание сантехника заодно выбей, — добавил Йося, грохнув кружкой о плиту. — Раз ты теперь по расписаниям самый-пресамый главный.

Парень в очках, пришедший с Корфом, отложил ложку, которой мешал чай, и спросил:

— А чем ты это решать будешь? Смеситель сам купишь? Или речь толкнешь, и его привезут? Ты хоть знаешь, где тут хозчасть?

Я хмыкнул, потому что про речь вышло даже забавно, и плечистый парень у плиты тут же сказал:

— Смешно тебе, Гончаров? Тебе нормальный вопрос задали. Умеешь уговаривать,