Такидзиро - Семён Афанасьев

— Тридцать седьмая поправка, — без перехода ровно выдал Такидзиро. — Танака-кейши, я прошу вас как компетентного технического специалиста сейчас меня услышать, — он обратился к старшему криминалисту напрямую, в уважительной к должности форме, игнорируя прочих.

Омивари-сан подобрались. Сотрудники прокуратуры, не сговариваясь, свели брови на переносицах.

— Говорите. — Начальник отдела криминалистов, прибывший на резонансный случай лично, служил давно и почувствовал некую подоплёку.

— Я чудесно понимаю, что у вас не может быть в принципе технической возможности идентифицировать здесь этот прибор — для этого нужно знать в лицо линейку. Никто из вас, — логист обвёл взглядом правоохранителей, всех без исключения, — не служил в Кайдзё Дзэйтай — Морских силах самообороны Японии. Никто из вас не тренировался и не состоял в штате Токубэцу Кейби-тай — «Специального охранного отряда» ВМФ.

— Каждый из нас на своём месте служит стране не менее достойно, — неожиданно пронзительно возразила помощница прокурора.

Такидзиро уважительно поклонился и помолчал пару секунд. Затем продолжил:

— Никто из вас никогда не выступал в роли токусю сэнсуй-ин — «специального водолаза».

Хину в рамках кругозора профессионального пловца ещё в сборной слышала о последних. Подразделение создано в две тысячи первом, полный аналог американских SEAL.

— Причём к сказанному тридцать седьмая поправка? — следователь.

— Вы бы знали, будь вы флотскими, — логист опустился на скамейку возле стенки. — Подводный направленный низкочастотный излучатель — он для нейтрализации находящихся на погружении водолазов. Это не прибор двойного назначения; это не щадящее либо нелетальное средство, которым выдают предупреждение либо сигналят заплывшим не туда.

— Тут переключатель режимов, хотя маркировки нет, — подал голос второй криминалист.

— Можно выставить амплитуду поменьше, — кивнул логист. — Это не меняет подоплёки: переносимость инфразвука — штука индивидуальная. Кто-то поморщится и потеряет сознание, пусть и с хорошими шансами, что потом откачают. А кто-то умрёт безвозвратно в первые секунды. Это боевое техническое средство нападения, находящееся в штатном перечне противо-диверсионных средств Военно-морского флота Китайской Народной Республики. Конкретно на этом не будет никаких маркировок, я уверен, но сам прибор профильные спецы идентифицируют однозначно. Просто вы ими не являетесь.

Повисла тишина. На лицах полицейских последовательно сменились задумчивость, удивление и облегчение — дело стремительно выходило из-под подведомственности.

— Прошу считать мои слова официальным заявлением ветерана Сил Самообороны Японии. Я имел дело с этим оборудованием, кроме прочего, в рамках службы по контракту. Применение средств из списка тридцать седмой поправки, само наличие их на территории Японии не является полицейской компетенцией. — Решетников мимикой дал понять, что всё это время он старательно давал Хасэгаве проявить себя поярче и увязнуть поглубже. — Прошу представителей прокуратуры, в рамках продекларированного вами же надзора за законностью, в срочном порядке уведомить центральный аппарат контрразведки Министерства Обороны, в частности, контразведки флота.

— Почему? — один из оперов полиции брякнул на автомате, чистый рефлекс.

— Потому что ни у кого из здесь присутствующих не хватит ни знаний, ни подготовки для надлежащего следствия. Есть перечень номенклатур. Да, здесь не ядерная боеголовка, но в перечне тридцать седмой поправки не она одна. Есть вещи, на которые Государство реагирует однозначно. Ящик — из их числа.

— Хм.

— Я вам больше скажу — уверен, вы и типа не сможете в итоге идентифицировать, — логист небрежно махнул рукой в сторону трупа. — И только углублённо покопавшись, получите в лучшем случае что-нибудь типа размытого экспертного мнения: «…фенотип и конституциональное сложение типичного китайца».

— Какой ты прошаренный в биологии, — нейтрально заметила Моэко, после заявлений о тридцать седмой наплевавшая на политесы.

Хину хорошо знала подругу, потому поняла, что всё это время та здорово волновалась.

— Что за незнакомые слова? Такидзиро-кун, расскажи? — вспыхнула любопытством Уэки.

— Есть генотип. Есть фенотип. Есть конституциональное сложение типичного представителя этноса. Давай чуть позже?

— Почему вы так уверены, что он — китаец? — задумчиво спросил Кондо Рё.

— Видел по нему. Исходя из вышеперечисленных идентификационных признаков, маркеров-идентификаторов. Действовала государственная организация, иностранная, действия носили откровенно враждебный нам характер. Это не «пьяный в бассейне» утонул.

— Не круто для простого бездарного логиста с нижних этажей? — попыталась взять на слабо прокурорша.

— Кто на что учился, — не стал вступать в полемику Решетников. — Хотя, если только персонально для вас… Хасэгава-сан, я буквально несколько часов назад вернулся в Японию из КНР. В Пекине я принимал участие в операции Аналитического Департамента Министерства иностранных дел Японии. Если не для протокола…

— Вы покидали Японию? С ограничительным браслетом на ноге, вопреки предписанному? — на лице девицы вспыхнуло неприкрытое удовлетворение. — Признаётесь сами?

— Готов ответить за проступок по всей строгости закона, — ухмыльнулся половиной лица логист. — Суть в другом. Аналитический Департамент подтвердит: в результате второй, параллельной операции, о которой я не могу сказать по независящим от меня причинам, самые верхние круги Тяньаньмэнь могли захотеть по недипломатическим каналам дать ответ Японии на нашу дипломатическую миссию.

— Из-за того мужика в туалете? — брякнула непосредственная Ута на автомате.

Решетников поморщился:

— Уэки-сан, это не наша с тобой информация. — Кивнул на Хасэгаву, — а она — не наш друг и не доброжелатель тех, кто нам помогал в Пекине. Хотя ты и права: верхушка хань должна была отреагировать очень остро. Это щелчок по носу даже не их хвалёной Системе, а конкретной персоне, которая полагает себя себя Самым Могущественным Человеком Мира.

— Хм.

— Я тебе потом объясню нюансы.

— Да я и сама понимаю… — с поправкой на имидж айтишницы смотрелось более чем убедительно.

Моэко решительно хлопнула в ладоши:

— Уважаемые прокуроры, жду ваших действий. Предлагаю оставаться в рамках действующего законодательства. Какова ваша официальная реакция на официальное заявление компетентного участника событий? Вопрос относится к компетенциям национальной безопасности, не к полицейской функции. Сказано гласно, при всех, под неудаляемую запись. Или у вас какое-то своё особое мнение?

Глава 6

— Пожалуйста, не нужно мной руководить, — достаточно резко ответила помощница прокурора. — Адвокат-сан, во избежание возможных недоразумений между нами, примите к све…

— А какие у нас могут быть недоразумения? Между нами? — подняла бровь Моэко. — Извините, что перебиваю, но о личных отношениях речь не идёт. Мы с вами контактируем первый и, возможно, последний раз в жизни исключительно в рамках работы каждой из нас.

— Не вам указывать, как мне мою работу делать!

Отсроченное зажигание, кивнула обладательница диплома по психологии. Уэки прокуроршу здорово подловила, но отыгрывать обратно у той не было технической возможности. Нервишки шалят, после такой-то деанонимизации — вот оно и прорвало.

— Автопилот — страшная штука, — вроде как ни к кому не обращаясь, нейтрально заметил сбоку Решетников.

На самом