Такидзиро - Семён Афанасьев

class="p1">— Тяжела жизнь и у подкаблучника, и у коррупционера, — с фальшивым сочувствием Уэки надула пузырь неизвестно где взятой жвачки и оглушительно лопнула на весь бассейн (где она её достала⁈). — Косячат покровители — а жопа на барабан будет натянута твоя, особенно если ты — два в одном, пха-ха-ха. Коррумпированный подкаблучник, муа-ха-ха, я сегодня в ударе!

Кондо принял для себя какие-то решения. Он поднял на говорящую тяжёлый взгляд:

— Вы отдаёте себе отчёт, что лично вас привлечь даже за эти слова, в таком составе…

— Валяй, привлекай. Отвечу по всей строгости закона, — кротко опустила ресницы Ута и потёрла подушечкой правой ступни плитку пола перед собой. — Я в этом здании, если что, глава IT-департамента. Запись прямо сейчас льётся в облака и будет обнародована вне зависимости от, теперь уже, любых событий. — Айтишница взяла приём адвоката на вооружение и в её последних словах тоже звякнул металл. — Это тоже можете внести куда хотите, — она повернулась к полицейскому с планшетом. — Так подумать, мы не в какой-нибудь Европе. И не в Америках. В Японии фамилия и семья пока ещё что-то значат, особенно если ты прав, знаешь, что ты прав и несгибаемо двигаешься вперёд.

Она технично опустила тот факт, что видео в Атлетике — вотчина Хьюги, не «Йокогамы».

— Вот так простое уголовное дело за какой-то десяток минут трансформируется в сложный клубок комплексных политических противоречий на высшем уровне, — с эмоциями робота констатировала Хьюга, оглядываясь, чтоб упасть спиной в свободное пластиковое кресло.

Формы пловчихи, прикрытые микроскопическими треугольниками купальника, под влиянием гравитации предсказуемо качнулись, привлекая внимание всех без исключения мужчин.

— И не нужно семи пядей во лбу, чтобы спрогнозировать, кто выиграет конкретно этот раунд, — подытожила Хину. — Как говорится, явное преимущество одной из сторон налицо.

Полицейские уже пару минут как качались с пяток на носки. Сотрудники разных отделов и подразделений токийского департамента, не сговариваясь, оторвались от того, чем занимались, и скрестили взгляды на спортсменке, исключая разве что старшего криминалиста.

— Ты — труп, — с фальшивым сочувствием выдохнула Уэки прокурорше. — Тебе говорю, Томоко-тян.

— Я вам не «ты»! И не «Томоко-тян»!

— Подай на меня в суд, — участливо предложила айтишница не в первый раз. — Отвечу, как говорит наш дорогой и дремучий Такидзиро-кун, по всей строгости закона. В этом случае. Томоко-тян, на всякий случай уточняю во избежание кривотолков: ты труп в политическом плане, в плане своей служебной лестницы, уж не знаю, какие у тебя стратегические планы. — Топ-менеджер открыто намекнула на целую плеяду высокопоставленных прокуроров прошлого и нынешнего веков, на более высоких этапах карьеры ставших министрами и даже премьер-министрами.

Возглавившими государство, иными словами.

— Уважаемый босс этой взбалмошной девицы, — дальше глава IT Йокогамы повернулась к Кондо Рё и снова хлопнула пузырём жвачки. — Разрешите поинтересоваться как налогоплательщик у представителя государственного менеджмента. Ваша недалекая, недообразованная, некомпетентная и недобросовестная подчинённая сейчас озвучивает позицию ВСЕГО вашего государственного органа? Всей вашей Специальной прокуратуры? Или она несёт бред исключительно по личному почину и в частном порядке? Так сказать, от собственного имени?

Кондо начал открывать рот для ответа.

Уэки не дала ему вставить и слова:

— Спрашиваю потому, что, если второе, то давайте на выслушивание её ахинеи понапрасну времени не тратить? В какой-то момент? Я спать хочу, а тут куча работы.

— Я попросил бы вас подбирать слова, — прокурор тяжело дышал и полировал взглядом носки ботинок.

При этом он старательно избегал смотреть в глаза кому-либо.

— Поня-я-ятно, — айтишница зевнула. — Вот и вскрылась истинная подоплёка, которую каждый из нас предполагал. В вашей паре Главный прокурор по особо тяжким преступлениям — только для видимости. На самом деле решает она, — палец с длинным ногтем и очень дорогим маникюром вытянулся в направлении Хасэгавы Томоко. — Что ж. Видимо, настало время противовесов гражданского общества.

— Ты в рукопашную собралась? — Хаяси Хонока, напряжённо размышлявшая, вынырнула в реал.

— Боже упаси! — открестилась Уэки. — Я хрупкая женщина. Для таких дел, в смысле, для рукопашных есть профессионалы. Хорошо, что мы за ними как за каменной стеной, — она повернулась в сторону химэ Эдогава-кай, лицо растянулось в счастливой улыбке. — Миёси-сан, гражданское общество в моём лице бесконечно верит в бестрепетное и независимое знамя справедливости, которое так убедительно демонстрирует время от времени твой отец. Дашь ей в нос? Можно фигурально. А то она меня уже выбесила…

Моэко красноречиво посмотрела в глаза Уты, прокачала подбородком и вслед за прокурором Кондо затеяла набирать воздух для ответа, когда чуть поодаль раздался голос старшего криминалиста:

— Центральный отряд защиты от специальных видов оружия?

— …

— Говорит криминалист полиции метрополии Токио, место происшествия — район….

— …

— При осмотре обнаружен предмет, предположительно относящийся к категории специального снаряжения…

— …

— Нет, не специальный боеприпас, слава богам, но всё равно из тридцать седьмого списка…

— …

— Это по словам ветерана Сил Самообороны Японии, не по моим словам…

— …

— Я в армии не служил и по спецоборудованию ВМФ специалистом не являюсь…

— …

Второй криминалист тем временем, не глядя на сотрудников юстиции, пояснил гражданским:

— Необходима немедленная проверка и вмешательство профильных специалистов.

— Надзорный орган вам не указ⁈ — Хасэгава чуть в воздух не взвилась, обращаясь к говорящему по телефону, что само по себе являлось нарушением как минимум профессионального этикета.

Вместо занятого эксперта-босса снова ответил подчинённый:

— У нас свой протокол, ассистент-сан. Доклад по ТАКИМ темам должен уходить по подведомственности незамедлительно и независимо от прокуратуры. И мы, полиция Токио, очень хорошо знаем свои обязанности. И будем неукоснительно их соблюдать.

Разговор по телефону продолжался, так как самый старший по возрасту омивари-сан на Хасэгаву даже не глянул:

— Да. Именно.

— …

— Место оцеплено. Это на *** этаже небоскрёба… Эвакуация в необходимых рамках проведена, просим ваше подразделение срочно выдвинуться. — Ветеран криминалистики, по-прежнему не обращая внимания на сотрудницу юстиции, повернулся к злополучному ящику.

Выслушав что-то от собеседника, он этим же смартфоном сделал несколько фотографий, отправил их в мессенджер.

— …

— Да, сейчас. — Удерживая гаджет плечом, полицейский завозился с пластиковым корпусом, пытаясь добраться до внутренностей прибора.

— Просит показать гидроакустическую головку? — в беседу сбоку ввинтился вездесущий Решетников. — Хочет видеть трансдьюсер?

Криминалист молча кивнул.

— Скажите, сейчас. — Логист что-то нажал, поддел ногтем большого пальца, хлопнул, снова нажал и крышка откинулась. — Защита от дурака. У китайцев такое часто. Видимо, специфика их личного состава.

Омивари-сан поблагодарил жестом, продолжая беседу:

— Небоскрёб Йокогама.

— …

— Да, посадочная площадка на крыше есть, — после этого заполошно заозился сперва на Хьюгу, потом на саму Моэко.

— Есть, — ровно подтвердила Хаяси. — Пойду и их встречу. Через сколько ждать?

— Я с вами! — полицейский на мгновение оторвался от