Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

Я кивнул, выдул остававшуюся в чайнике со вчерашнего дня воду и подошел к Линеву:

— Что с деньгами?

— Держи. — Гимназист ссыпал мне в ладонь несколько золотых и серебряных монет и предупредил: — Еды купить не забудьте.

— Обязательно, — кивнул я, пересчитывая деньги. Три червонца, две золотых пятирублевки, советский серебряный полтинник и новенькая серебряная же двухрублевка с Шостаковичем. Неплохо так. Без малого сто рублей, если золотом.

— Держи, — протянула мне Вера двустволку, коробку с патронами и патронташ. — Присмотри там за моим оболтусом. А то у него язык без костей.

— Не вопрос, — кивнул я и спросил у Лымаря: — Снегоступы не готовы еще?

— Когда б я успел? — возмутился тот. — Пока завтракаете, доделаю.

— Ты ж возился вчера? — указал пиромант на сложенные у входа заготовки.

— Их до ума еще довести надо, — пояснил Семен. — Все, не мешайте мне.

— Идите перекусите на дорогу, — позвал нас Виктор Петрович.

И вот уже от завтрака я отказываться не стал. Умял галеты, половину плавленого сырка и ломтик консервированной ветчины, запил все это двумя стаканами сладкого чая. Не могу сказать, что накушался до отвала, но неплохо, совсем неплохо. А то за ночь совсем желудок к позвоночнику присох.

— Ну теперь хоть на край света, — усмехнулся я, дожидаясь, пока поест Шумов. Напалм смолотил свою порцию еще раньше меня.

— Не заплутайте только, — предупредил нас Василенко. — Провизии в дорогу не дадим, самим мало.

— Не заплутаем.

Я потянулся к бившейся в голове путеводной нити и удовлетворенно кивнул: порядок. Куда идти — знаю.

— А мы подстрелим кого-нибудь по дороге, да и поджарим, — легкомысленно заявил пиромант.

— Смотри, чтоб самих не подстрелили, — погрозила ему кулаком Вероника.

— Да прям! — отмахнулся пиромант. — Ну пойдемте уже, что ли? Семен, ты чего там возишься?

— Сюда подходите, — буркнул Лымарь, соорудивший из еловых лап, веток и нарезанного на ленточки брезента нечто отдаленно напоминавшее снегоступы. — Ногу в петлю ставьте. Ага, сюда. Все, на выход.

— Ну ты мастер на все руки! — поразился Алекс.

— А ты думал! — усмехнулся Семен. — Это тебе не паяльником в носу ковыряться. Валите, нам уже караулить пора.

— А колдовская защита?

— Ее только на ночь хватило, — объяснил Линев. — Сейчас подзаряжать будем.

— Понятно.

Я закинул на плечо ремень ружья, подхватил снегоступы и вышел на улицу. Постоял на занесенном снегом крыльце, привыкая к холоду, потом опустил на лицо подшлемник и медленно подобрался к самому краю гигантской воронки.

И пусть зависшая в воздухе пирамида сейчас никак не проявляла себя, ее присутствие подсознательно все же угадывалось. И солнечный свет там тусклее, и рябит будто что-то. А самое главное — холодом так и веет. Жуткая штука.

— Мороз и солнце, день чудесный! — Напалм уже со снегоступами на ногах выбрался из дома и спустился с крыльца. — Красота-то какая!

Красота?

Я огляделся: голубое небо с невесомым мазком белесых облачков, затянутые инеем силуэты деревьев, ослепительный пятак солнца, сверкающий в его лучах снег…

Какая еще красота?

Вот желтый песочек и теплое море — это красота. А тут…

В топку.

— Холодно только, — присоединился к нам Шумов.

— Быстрей дойдете, — рассмеялся Лымарь.

— Осторожней там. — Вера поцеловала пироманта и попросила: — Возвращайся скорее…

— Все будет хорошо, — подмигнул ей Напалм и обернулся ко мне: — Нам куда?

— Туда, — указал я на запад и предупредил: — Только воронку надо обойти.

— Само собой.

Пиромант помахал рукой девушке и отправился вслед за мной. Шумов пробирался по сугробам третьим. Снегоступы снегоступами, но по следам товарищей оно всяко проще.

— Если не вернусь, считайте меня коммунистом! — проорал вдруг обернувшийся Напалм.

— К черту! — откликнулась Вера.

— Шутки у тебя дурацкие, — не выдержал Алекс. — Никогда не говорили?

— Постоянно говорят, но я не верю, — заявил пиромант. — Считаю, завидуют моему жизнелюбию и искрометному чувству юмора.

— Блин, так мы и до следующего утра не дойдем, — увязая в глубоком снегу, вздохнул я.

— Ничего, — ободрил меня тяжело дышавший Напалм. — Сейчас на открытое пространство выйдем, там ветер наст надул.

— Ну будем надеяться.

— Да точно тебе говорю!

— Так, стойте! — вскинул я руку.

— Чего еще? — насторожился Шумов.

— Подумать надо.

Я закрыл глаза и попытался осторожно расширить границы ясновидения. Постепенно помимо путеводной нити в голове начали всплывать образы предстоящего пути: опушка, поваленные деревья, сугробы, сосны и ели, заметенный снегом овраг…

От перенапряжения почти сразу замутило, и я несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь прогнать дурноту. Холодный воздух обжег ноздри и прочистил мозги; но в итоге пришлось ограничить границу предвидения ближайшей полусотней метров. Дальше уже никак — спекусь.

Хотя и это очень даже неплохо. Раньше бы такой фокус точно не прошел. Нет, проверить дорогу — это запросто. Но вот постоянно отслеживать изменения в режиме, так сказать, реального времени — увольте. Шли бы практически наугад, а пара секунд форы ситуации могла и не спасти. Другое дело теперь: незамеченным точно никто не подкрадется. Пальнуть издали, правда, могут. Но, будем надеяться, чужой взгляд заранее почувствую.

И вообще, проблемы будем решать по мере их возникновения. Сначала нам до этих самых проблем еще добраться надо.

— Ну долго ты? — Напалм стрельнул у Шумова сигарету и теперь, вырвавшись из-под опеки подруги, откровенно наслаждался жизнью. Разве что колечки дыма из носа не пускал. — Нормально все?

— Давайте вон к той сухой сосне. — Я указал на высокое дерево с обломанной верхушкой и первым зашагал к опушке. — Не отставайте!

— Не, мы без тебя никак, — засмеялся пиромант. — Веди нас, Сусанин-герой.

— Тьфу-тьфу-тьфу, — трижды сплюнул через левое плечо Алекс. — Давайте лучше как-нибудь без приключений. Дойдем, купим и вернемся.

— Нам без приключений никак. — Пиромант выкинул окурок в снег и пропел: — "Нормальные герои всегда идут в обход!"

— Громкость убавь, — попросил я.

До леса было уже рукой подать, и у меня в голове вился настоящий рой образов местных обитателей. Оставить бы из них только представляющих реальную опасность, но как это сделать, пока просто не представляю. Хотя…

— Давайте следом. — Я первым подошел к изукрашенным сверкающим инеем елям и поторопил парней: — Живее!

— Чего-то я очкую, — признался вдруг пиромант. — "С виду он совсем неустрашим, а у самого очко жим-жим". Может, как те герои, в обход?

— Зачем в обход-то? — фыркнул я. — Тут чуток срежем через лес и к дороге на Туманный выйдем. Братья ее чистят периодически, как мне говорили. А там после погранцов сразу Соколовский будет.

— Через лес? Не знаю, не знаю…

— Чего ты не знаешь?

— Чем дальше в лес, тем толще партизаны, — заявил Напалм. — Можем встрять, как сам знаешь что, в рукомойник.

— Это