Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

— А что, утром будет еще светлее? — только поинтересовался он.

— Хо-хо! Увидишь! Но меня сейчас больше беспокоит, где Палиндром с Масдаем. Они оставались в каком-то другом зале, но я прекрасно помню, что все двери там были заметены песком. Значит, напрямую до них не добраться. Если это вообще было здесь, а не в каком-нибудь другом дворце…

— Эти двое — твои друзья?

— Ну что-то вроде. По крайней мере, половина из них.

— Попробуй, позови их.

— Мысль, поражающая своей новизной. — И, набрав полную грудь живого ночного воздуха, Волк проревел: — Масдай! Палин… Реб… Кросс… Шарад! Вы где?!

— Зде-э-эсь!.. — донесся в ответ издалека, на грани слышимости, шершавый шерстяной голос.

— Где — здесь?

— Там же, где и бы-ыли!..

— А где старик?

— На мне-э спи-ит…

— Лети сюда! Сможешь меня по голосу найти?

— Лечу-у-у!..

— На ком он спит? — испуганным шепотом быстро спросил Огранщик. — Кого ты позвал? Кто должен прилететь? Демон ночи?

— Какой демон ночи, ты чего, Витек? Сказок начитался? — устало отмахнулся от него Серый. — Это Масдай, ковер-самолет говорящий. Болтающий, я бы даже сказал. Помнишь, я тебе про него говорил? Сейчас он будет здесь, и мы поужинаем и ляжем спать. А завтра все обсудим — утро вечера мудренее. А вот и он, король воздуха…

Через провал в куполе зала, ловко сманеврировав, под аккомпанемент заливистого храпа спланировал Масдай и приземлился прямо рядом с попутчиками.

— А где вода? — Не успел ковер опустить кисти, как джинн сел, кружка наготове в сухонькой костлявой ручке.

— Вниз и направо, — любезно подсказал лукоморец.

Проснулся Волк оттого, что кто-то тряс его за плечо и панически причитал:

— Я ослеп… Я ослеп… Я ничего не вижу… Глаза… Мои глаза горят… Огонь… Огонь…

Мгновенно стряхнув с себя остатки сна, он вскочил и увидел около себя Огранщика. Он лежал на песке, скрючившись и закрывая лицо руками, как будто надеялся вдавить его в затылок.

— Мои глаза… — стонал он.

— Что слу… — начал и не закончил Серый.

Он все понял.

Утро.

Солнце встало.

— Ты смотрел на солнце?

— Солнце? Это и есть Солнце? Да, я смотрел на Солнце! Но недолго, всего минуты три… А потом у меня пошли круги перед глазами и я ослеп. Это мне наказание за то, что я сбежал из Подземного Королевства. Теперь я умру…

— Ничего страшного, — поспешил успокоить его Волк, ругая себя на чем свет стоит, что не подумал вчера предупредить человека из темноты об опасностях дневного света. Но кто мог подумать, что у того хватит ума смотреть на солнце. Целых три минуты! Но вчера просто все так устали… если не иметь в виду Ребуса… и Масдая… А потом им пришлось еще раз спускаться к старому руслу с бурдюками и идти к реке за водой. А затем последовал незабываемый ужин, когда Огранщик сначала заявил, что никогда не будет есть ничего с таким отвратительным вкусом и отталкивающим запахом, даже если наверху это и называется хлебом, а потом «через не могу», умял столько продуктов, что полночи не мог заснуть, а все ворочался и постанывал, заглушая иногда даже храп джинна… И предстоящее утро поэтому совершенно вылетело из головы. А откровенно говоря, и отродясь не залетало…

Вспоминая все это, Волк быстро смочил кусок ткани, оторванный от подола бурнуса Шарада, уже успевшей когда-то нагреться водой из бурдюка и приложил его к покрасневшим и истекавшим слезами глазам Виктора.

— Подержи так, не убирай. Скоро будет получше. И на будущее — урок тебе: не пялься, куда не надо. Понял?

— Но оно было такое… прекрасное… невероятное… ослепительное…

— Вот и ослеп, — проворчал Сергий, прикладываясь к бурдюку, перед тем как его завязать.

— Так ты точно знаешь, что это пройдет? — тревожно спросил Огранщик.

— Пройдет, пройдет. Не успеешь оглянуться — пройдет, — успокоил его Волк.

— Как я счастлив, что первым из моего народа увидел Солнце! — Огранщик, облегченно улыбаясь, откинулся на теплый песок и прижал повязку к глазам. — Когда они выйдут на поверхность, это будет обязательно ночью, и мы не будем спать всю ночь, а будем смотреть на Звезды, а утром все вместе встретим Солнце! Но я предупрежу, чтобы они не смотрели на него в упор… Как они будут счастливы тоже… Как рады… Если человек не видел Солнца — жизнь его прожита зря. Кстати, Путешественник, ты имел возможность подумать над тем, как помочь моему народу выбраться наверх?

— Ты хочешь сказать, как сломить их сопротивление и вытащить их наверх? — кисло поправил его Волк. — Или после вчерашнего выступления у тебя еще остались какие-то сомнения по этому поводу?

Улыбка медленно сползла с лица Виктора.

— Что я мог сделать? Глупые люди! Их загнали под землю, как камнеежек, обратили в рабство, а они счастливы!

— Как кого? — недопонял Серый.

— Ну ты в детстве приятелям загадку загадывал? — проснулся Шарад.

— Какую загадку?

— «Кто это — маленький, зеленый, камни ест?»

— Н-нет… А кто это?

— Маленький зеленый камнеежка, кто же еще.

— Преглупое животное, но хорошая шкура для сапог, — добавил Виктор. — Из крупного может выйти даже две пары. Хотя такими большими они вырастают редко.

— А-а… А из чего у вас одежду шьют, раз уж про это речь зашла?

— Базальтовое волокно.

— Я так и думал, — с видом знатока кивнул Серый, взяв на заметку при случае спросить у Ивана, где растет базальт.

— Значит, нет никакой надежды возродить наш город? — тоскливо проговорил Огранщик, возвращаясь к больной для него теме. — И мои люди так и останутся рабами? Я не понимаю, как так можно — предпочесть остаться сытым рабом с крышей над головой и отказаться от голодной, бездомной, безводной, но свободы! Мне стыдно за них, Путешественник.

— В принципе можно вернуть реку обратно в старое русло, — пожав плечами, стал рассуждать вслух Волк. — Можно спустить вниз металлические ворота, которые мы видели в том зале, привалить их к дыре, а сверху присыпать камнями и песком. Масдай нам в этом поможет. Тогда колодцы наполнятся, и в городе снова можно будет жить. После капитального ремонта, конечно. И завоза продовольствия… Можно пробраться в ваше королевство и поодиночке перебить стражу и запугать всех остальных недомерков, чтобы они не мешали нам. Но как заставить людей вылезти из-под земли, если они этого не хотят, я не знаю.

— Конечно, я всегда могу вернуться, — угрюмо заговорил Огранщик. — И еще раз попробовать поговорить с ними. Сначала с родней и друзьями. Потом… если они не передадут меня стражникам… с остальными, кому можно доверять. Наверное… И тогда, может