Мятежник - Роман Феликсович Путилов

— Понятно, подпоручик. Надеюсь, вы не успели колодец отравить?

Агент разведки, с глубоким сожалением, отрицательно помотал головой. Вот увлеченные работой люди, а если бы успел и часовые не заметили диверсантов? Даже не хочу спрашивать, что за дрянь была в найденном у колодца мешке.

— Поручик, вам сейчас дадут одежду и отвезут на лодке, куда вы скажете. Встречаетесь с аэропланом, а следующей ночью я, кровь из носу, жду от вас подробный доклад, где сейчас находиться банда людоловов и полон, и когда они будут в Азове. И, обязательно, прихватите с собой подробные план крепости и карту окрестностей. Все, можете быть свободны, вам мой адъютант поможет, он на палубе ждет.

Азов.

То, что нам следует торопиться, я понял через день, когда Азове началась нездоровая суета, а посланные на рынок бойцы подтвердили, что пропал британский агент майор Джонсон и власти его, пока тайно, разыскивают, не желая уведомлять о происшествии главного британского агента в Крыму полковника Ридни.

На следующий день поиски продолжились с таким же, неутешительным, результатом. Лодочников уже разыскали и узнали, что британский майор, по- жлобски сунув им всего по паре мелких монет, пьяной походкой пошел в сторону увеселительных заведений возле порта, но там майора уже никто не видел. Отряды стражи перевернули все кабаки и публичный дом, возле которых в последний раз видели майора, но никаких следов найдено не было. От безысходности турки заподозрили даже команду нашего парохода — ближе к вечеру десяток турецких офицеров внимательно изучали борт нашего судна, передавая друг другу единственную подзорную трубу. По информации с рынка, вечером, комендант крепости, поняв, что дальше тянуть уже нельзя, послал в Крым посыльную яхту, дабы уведомить главного британского агента о сложившейся ситуации. Прибытие в Азов комиссии по поиску майора стоило ждать через пару-тройку дней, а ночью ко мне прибыл с докладом мой давешний разведчик.

Собранные на совещание командиры отрядов и капитаны нескольких судов долго водили пальцами по мелким значкам карты окрестностей, выбирая место для засады на банду и ведомый ей полон, которые обещали быть в городе послезавтра, но я решил пойти ва-банк.

— Господа, я принял управленческое решение. Действовать начнем послезавтра. Завтра вечером вы все получите пакеты с индивидуальными приказами и общим планом действий. А решил брать Азов вместе с приведенным в него полоном, но боялся преждевременной утечки информации.

Следующий вечер мои войска сдавали огнестрельное оружие на осмотр. Три тысячи винтовок, полученных оружейниками, с наступлением темноты, оказались в моем внепространственном кармане. Военный лагерь угомонился с наступлением темноты, лишь усиленные посты охраняли подступы к палаткам, табуны коней и злосчастный колодец. Завтра у всех обитателей лагеря обещался быть ранний подъем. Половина войск на рассвете должна была погрузиться на пароходы и переправиться в город, пользуясь предоставленным мной днем отдыха, а вторая половина выходила в степь, на кавалерийские маневры. В город отпускники шли с деньгами, холодным оружием и полными подсумками патронов. Ни то, ни другое у стражи на воротах вызвать вопросов не должно было. Во-первых, патроны без винтовок опасными не считались, да и сабли с кинжалами, висящие на поясах у моих кавалеристов, серьезным оружием не считалось, относясь, скорее, к элементам формы или национального костюма, все-таки, двадцатый век на дворе, не дикое средневековье, какое-то, когда рубились исключительно саблями. Топорами и тыкали друг друга копьями.

К удивлению бойцов, заведя подчиненных в город, командиры взводов своих подчиненных не отпустили, а повели их в сторону центра, объяснив все обязательной культурной программой. Видимо культурная программа должна была проходить возле старого, уже недействующего хамама, который я арендовал на целый день с группой командиров. Хозяин пытался организовать подвоз топлива и угля, чтобы организовать помывку, но я отказался, сообщив, что баня нужна нам для проведения закрытого совещания, и владелец в глубочайшем сомнении отправился восвояси.

— Наши подходят. — доложил, вошедший с улицы, адъютант, и я, дал команду заходить повзводно, начал выгружать из своего кармана, собранные вчера, винтовки.

Глава 24

Турецкий хамам.

Бойцы повзводно проходили через старую турецкую баню, нырнув в прохладное помещение беззаботным отпускником, чтобы выйти с противоположной стороны подготовленным к бою бойцом. Командиры разводили отряды согласно заранее доведенной диспозиции, а я надеялся, что все успеют занять отведенные им места до того, как поднимется тревога. Главной задачей, стоящей перед моими степняками и ирландцами было проникнуть на территорию внутренней крепости, чьи ворота охранялись, но были беззаботно распахнуты. Захват высоких стен и башен внутренней цитадели, возвышающейся над всем городом позволял взять под прицел внешние бастионы, с установленными на них пушками, совершенно не приспособленными для обороны от удара изнутри. И до поры, до времени, все у нас получалось. Мой штаб с небольшим резервом был организован в той самой турецкой бане, где был установлен магический планшет, позволяющий отследить местонахождение командиров всех моих отрядов, имевших при себе статуэтки богини Макоши. Синие огоньки двигались и замирали возле ключевых точек крепости, чьи условные обозначения были выведены на поверхность планшета. Охрана ворот цитадели недоуменно смотрела на марширующих мимо них вооруженных кочевников, сопровождаемых рыжими «инглезами», но тревогу не поднимали, так как считали, что раз эти отряды прошли с оружием через внешние ворота Азова, с бдительной стражей, значит все в порядке. Да и беспокоить лишний раз турецких офицеров во время полуденного отдыха местным сержантам не рекомендовалось. Через некоторое время фактически весь город пришел в возбуждение и толпы людей повалили в двух направлениях — к восточным воротам, где, через дорогу, проложенную вдоль берега Дона, в обход бастионов, начали заводить русский полон под небольшим конвоем. Туда двинулись более бедные обитатели и гости крепости, не имеющие денег для покупки рабов, но желающие удовлетворить свое любопытство. Состоятельные же жители крепости, из числа турецких чиновников, офицеров и купцов всех мастей, прервав свой обеденный отдых, неторопливо начали собираться на невольничьем рынке, где между берегом реки и стенами внутренней крепости были устроены загоны для рабов, навесы для уважаемых покупателей и шатры перекупщиков.

Погода сегодня была прекрасной, легкий ветерок лениво играл зеленоватыми волнами по поверхности Дона, британские пароходы стоял, стоявшие на напротив рынка казались вымершими, как, впрочем, и турецкая канонерская лодка «Победитель», проданная, как морально устаревшая, британцами флоту Великого султана и стоявшая на якорной стоянке напротив Азова в качестве стационера.

На рынке начали собираться почетные гости, чинно рассаживающиеся в