Ответный ход - Анна Кондакова

Все повернули головы и посмотрели на Эббе.

Наш единственный маг-альфа устроился на ладони моего Прометея, а я старался держать его ровно и не сильно сжимать пальцы титана, чтобы случайно не покалечить парня.

Эббе оглядел наш маленький отряд с высоты и негромко заговорил, заметно гнусавя:

— Принимая во внимание значительную интенсивность аномального явления и превышающую допустимые пределы плотность Тихого Эхо, следует констатировать, что сектор моей визуальной обозримости ограничится лишь фрагментом предстоящего маршрута в передней проекции.

— А… э-э… чего?.. — открыл рот Орфео.

— Эббе! — психанула Роу. — Говори по-человечески!

— А ты хорош, Котлета! — усмехнулся Данте. — Загадочность — это именно то, что нам было нужно.

Учитель Равен на это только вздохнул. И даже учитель Зевс, находясь в своём титане, кашлянул в динамики.

Понимая, что придётся пояснять, Эббе перефразировал:

— Я ж говорю, аномалия слишком сильная, Тихое Эхо густое, потому я буду видеть только часть дороги впереди, а вы вообще будете перемещаться вслепую. Так понятно?

Орфео закатил глаза.

— Я-то думал, что он сказал то, чего мы не знаем!

— Ты останешься на ладони Прометея и будешь ориентировать Терехова, — снова заговорил Зевс, — а мы будем следовать за его титаном. Я пойду замыкающим.

— Простите, учитель, но может, всё же я пойду замыкающим? — вдруг предложил учитель Равен из своего Анубиса.

— Нет, — глухим голосом отрезал Зевс и не стал пояснять свой отказ. — Ты возьмёшь на руки кату вместе с Костой и Роу. Понесёшь их.

— Слышишь, Секси, нас возьмут на ручки! — Орфео потрепал за ухом свою питомицу.

Та лишь фыркнула в ответ.

— А знаете, что самое интересное? — вдруг подал голос Данте из своего Локи. — Что не только мы будем слепы, но и наши враги, если даже они нам вдруг попадутся.

Зевс сразу его урезонил.

— Не попадутся. Ни циклопы, ни люминалы, ни эриды. В подобных зонах ясно видит только редкая раса аборигенов — это горные енны. Но они обитают совсем в других горах, на крайнем севере.

Он повернулся к Эббе.

— Итак, маг-альфа Торгерсен, что означает «смелый сын Торге», ты готов провести нас через Перевал?

Похоже, Эббе не ожидал того, что учитель знает, как переводится фамилия Торгерсен, поэтому даже растерялся, часто-часто заморгав и поёрзав на ладони Прометея.

— Э… разумеется, учитель, — пробормотал он после паузы. Затем собрался с духом и ответил уже уверенно и твёрдо: — Да, учитель! Я проведу отряд через Перевал, не будь я смелым сыном Торге!

— И Эбом-Котлетой, — добавил Орфео.

— Да, и Эбом-Котлетой! — тут же согласился Эббе, оживившись ещё больше.

Мы наконец отправились в аномалию.

Я повёл Прометея первым; за мной отправилась Афродита; за ней — Локи с Пончиком в руке; за ними — Анубис, прихватив сразу троих: Орфео, Роу и их ездовую кошку. Последним пошёл учитель Зевс.

Каньон сомкнулся вокруг нас, как челюсти.

Чёрные скалы возвышались с обеих сторон — отвесные, гладкие, без единой трещины или выступа. Серебристая крошка на их поверхности мерцала, отражая пока ещё все виды Эхо, но совсем скоро стало преобладать только Тихое Эхо, пока ещё не настолько густое.

В тишине каньона шаги титанов звучали оглушительно. Каждый удар стопы о камни отдавался эхом, Тихое Эхо отражало наше присутствие, растворяло его в себе, искажало и поглощало.

Первым о слепоте оповестил Орфео (и никто, конечно, не удивился — все этого ждали).

— Ну вот и всё! Я вообще ничего не вижу, только мерцание Тихого Эхо. Даже каньон исчез. Я даже титанов не вижу! Даже Роу, которая сидит рядом! Я будто один тут остался! Как же это паршиво!..

Примерно через полчаса начались проблемы у магов-зеро.

Прометей занервничал, нейроинтерфейс титана вцепился в моё тело сильнее, но это не помогло — и я, и Прометей всё равно теряли ориентир с каждым шагом.

— Спокойно, дружище, это ненадолго, — прошептал я титану. — У нас с тобой есть проводник, он в твоей ладони. И он отлично всё видит. Просто будь аккуратнее.

Прометей замедлил движение, все его системы будто впали в ступор, даже биосинтетические мышцы сокращались неохотно, да и оптика помутнела.

— Стас, ты ещё видишь хоть что-то впереди? — услышал я тревожный голос Саваж в наушнике.

И как бы она ни пыталась изобразить уверенность, страх всё равно ощущался, и это было редкое, непривычное чувство для Виктории Саваж.

— Нет, почти ничего, — ответил я, сам давя в себе тревогу. — Держись рядом. Не отходи от меня, что бы ни случилось.

— Я частично вижу только спину Прометея, но она порой пропадает. Даже твои огненные татуировки не видно.

— Положи руку Афродиты на плечо моего титана и не отпускай.

Как ни странно, Саваж даже не возразила и не сказала, что она справится сама. Уже через минуту тяжелая ладонь Афродиты легла на правое плечо Прометея.

Тот неожиданно заурчал от соприкосновения с Афродитой.

— Если что, это мой титан урчит, а не я, — пробормотал я зачем-то.

— Ну не знаю… я ж не вижу, что ты там у себя в капсуле делаешь, — усмехнулась Саваж.

— Чёрт! Вообще нихрена не видно! — вдруг воскликнул Данте, не со страхом, а больше с раздражением. — Мы с Пончиком начинаем волноваться!

Пончик заскулил в руке Локи.

Зверь и сам, скорее всего, уже ничего не видел, да ещё и ощущал всеобщую тревогу.

— Вот правильно, Пончик, — нервно усмехнулся Данте. — Очередная паршивая ситуация, зато хоть какая-то стабильность в этом дерьмовом мире.

— Это было ожидаемо, чего вы занервничали? — процедил учитель Равен, идущий позади Данте.

— Продолжаем движение! — скомандовал Зевс, обрывая начинающуюся панику. — Не останавливаться! Чем дольше мы тут будем возиться, тем хуже! Торгерсен, что у тебя?

— Всё в порядке, учитель! Я отлично вижу! — ободрил всех Эббе.

От его слов стало спокойнее, но не настолько, чтобы прибавить шагу. Титаны замедлились, двигаясь по каньону куда более осторожно, чем раньше.

Ещё через полчаса к всеобщей слепоте присоединилась Банни Роу.

Девушку вместе с Орфео и его кошкой нёс Анубис.

— Принимайте меня в свои ряды, — тихо произнесла она в наушник. — Я вижу только Орфео рядом и кату. Ну ещё ладонь Анубиса, на которой сижу. Больше ничего. Только мерцания Тихого Эхо.

— Представь, что в мире остались только ты, я и Секси, — сказал Орфео, внезапно пытаясь пошутить.

— Это был бы самый худший кошмар на свете, — бросила Роу в ответ.

Теперь в нашей команде слепцов остался только один зрячий человек.

— Всё хорошо, ребята! Всё хорошо! Всё под контролем! — заверил всех Эббе. — Я-то вижу отлично. Мы уже вышли из каньона и начали подъем