Мастер Трав. Том 8 - Ваня Мордорский

class="p1">— Допустим, может дело и в этом, не спорю, я действительно наделал дел, — ответил я, — Но Кирос еще кое-что рассказал — про Дары моих родителей. Что у матери был слабый, травнический Дар, а у отца — огненный. Я этого не знал.

Конечно, про огненый дар, я придумал в моменте, просто чтобы посмотреть на реакцию старика, может это…заставит его проговорится?

— Не было у него огненного Дара! — на автомате, с раздражением выпалил Грэм.

И тут же осекся.

— А какой был? — тут же уцепился я за его оговорку.

Грэм остановил на мне тяжелый, пронизывающий взгляд.

— Ах ты ж паршивец мелкий… Решил меня подловить?

Я невинно почесал затылок.

— Значит, Кирос ничего не сказал про Дар твоего отца, — констатировал Грэм, сузив глаза.

— Не сказал. Ушел от ответа. — сказал я честно, Ну так, может ты скажешь?

Я смотрел на него прямо, не отводя взгляда.

— А какая разница? — вдруг пожал плечами старик. — Какая разница у кого какой был Дар? На что это влияет? Что изменит?

— Ну так если нет разницы, то почему и не сказать? — риторически заметил я. — И я ведь спрашиваю не про кого-то чужого, а про собственного отца.

Грэм долго молчал, глядя куда-то вдаль, на верхушки Древ. Он думал, а потом наконец тяжело вздохнул, и произнес:

— Дар твоего отца… очень противный Дар, Элиас. Дар Разума.

Я застыл.

— Да, — кивнул Грэм, видя мою реакцию. — Дар редкий. И эти люди могут лезть в голову, копаться в твоих мыслях, читать тебя как открытую книгу. Насколько сильно — зависит уже от твоего собственного Дара и силы Воли. Но в любом случае, такие Дары…проблемные.

— Вот как… — тихо произнес я. Честно говоря, я не припомню в воспоминаниях Элиаса информации о подобном Даре и вообще подобных возможностях.

Но Грэм не закончил.

— Он мог выворачивать наружу всё то, что ты прячешь в самом темном углу. И ты можешь сам догадаться, где именно в Королевстве работал Одаренный с такими талантами.

— Надзор? — вдруг осенило меня.

Грэм коротко кивнул.

— А у мамы… у нее точно был слабый травнический Дар? — с легкой тревогой спросил я. Вдруг там тоже была…ложь?

— В этом не сомневайся, — уверенно ответил Грэм. — Я сам ее проверял гильдейским камнем. Так же, как проверял тебя. Всё с ней было в порядке — обычный травник, никаких Симбионтов.

— Подожди, — вдруг уточнил я, — Раз отец работал в Надзоре и приехал в нашу глушь, в Янтарный, значит, он кого-то тут искал? Прощупывал почву?

— Да, — тяжело подтвердил Грэм. — Кого-то искал. А в итоге повстречал мою дочь и… забрал ее с собой.

— Забрал? Или она сама захотела уйти? — уточнил я.

— А есть разница? — риторически спросил Грэм.

Я помолчал. Разница, конечно же, была.

— И Джарл не знал, что отец с таким Даром, и что он из Надзора? И кто вообще еще знал?

— Он не знал, потому что его и других это не касалось. Знал только я и Кирос.

— Почему Кирос? — удивился я. Старик-приручитель казался человеком, далеким от каких-то…интриг.

— Потому что с Киросом он… скажем так… разговаривал. По-своему, — Грэм поморщился, словно от зубной боли. — И поверь, тот разговор ему совсем не понравился. Помню его недовольную морду.

Ага, так вот откуда взялся этот внезапный страх у старика-приручителя! Видимо воспоминания о той встрече с отцом Элиаса, о том, как кто-то копался в его разуме были настолько болезненными и неприятными, что заставили его сбежать со двора раньше, чем мы закончили разговор. А может он знал, что Грэм будет недоволен, если он расскажет детали.

— А Кирос что, был в чем-то замешан? — уточнил я.

— Если б был замешан, его бы забрали, — резонно ответил Грэм. — Нет, дело было в ком-то из его родни. Во всяком случае он так сказал. А уж верить ему или нет — дело десятое.

Я застыл, переваривая услышанное.

— Понятно.

— Видишь, Элиас? — Грэм развел руками. — Изменила что-либо эта информация? Ну вот узнал ты, и что дальше? Легче стало?

— Не изменила, — честно ответил я. — Но разве знать больше о родителях — это плохо? Даже если я их почти не помню?

Грэм замолчал, поджав губы.

— Ладно. Но об этом помалкивай.

— Не дурак, — кивнул я.

— Хорошо, давай есть, — старик сменил тему, поднимаясь. — Уже начинает понемногу темнеть. Я вижу с мазями ты закончил.

— Закончил.

— Сегодня уже не успеем отнести, в темноте по лесу шастать нечего. Пойдем к Морне завтра с утра. Заодно и посмотрим на тех гнилодарцев, которых она приютила. Сам хочу увидеть, кто сбежал из деревни. Может, кого-то из них знаю. Я все-таки немного в людях…разбираюсь.

После мы тихо и молча поужинали. Никаких разговоров про родителей и про Джарла. Я чувствовал, что Грэм не настроен говорить об этом. В принципе, в чем-то он был прав: ну чуть приоткрылась тайна родителей Элиаса (если это можно было назвать тайной), но для меня, — для Симбионта, — это ничего не меняло. Разве что можно было подивиться иронии судьбы, что отцом Элиаса был тот, кто должен ловить таких, как я. То есть…собственного сына.

Однако у меня были еще кое-какие дела на сегодня, которые надо успеть доделать. Поэтому мысли об отце Элиаса и прочих вещах я отбросил в сторону.

Я достал всех хватал и начал отделять от них панцири, после чего перетирать в мелкую пыль. Сок едкого дуба еще не пропал, а значит нужно сделать более слабую его версию и продолжить закалку.

Через полчаса смешивания у меня была баночка с густым, потемневшим от добавления панцирей хватал соком.

— Дед, — позвал я. — Поможешь?

Закалка чуть растопила наступивший лед, после того разговора. А может, старик и сам понял, что не стоит делать тайн из некоторых вещей.

Грэм подошел, взял у меня плошку и велел снять рубаху и штаны. Впрочем, пришлось наносить сок на голову, а для этого мои волосы, которые успели немного отрасти, вновь пришлось обрезать.

— Тебе так даже лучше, на мужчину больше похож. — заметил Грэм, нанося сок на голову, на шею, за уши