Устремленная в небо. Непокорные - Брендон Сандерсон

class="p1">Он неторопливо пошел к кораблю, я последовала за ним, но по пути взглянула на Хешо, сидевшего на своем парящем диске. Я не видела его лица, скрытого под бело-красной маской, однако, судя по напряженной позе и сжатым кулакам, он был встревожен. Он уже видел, как люди общаются между собой, но, пожалуй, манеры пилотов показались ему еще более экстравагантными.

– Все нормально, – сказала я и жадно вгрызлась в сэндвич.

– Это… нормально?

– Угу. Поверь мне. Это хорошо.

Он так и парил рядом со мной, пока я не съела сэндвич и не опустилась на колени, чтобы начать чистить шасси. Нед, вопреки тому, что сказал, присоединился ко мне, работая здоровой рукой. Сэди, ухмыляясь, перевернулась под передней частью корабля, повисла прямо над нашими головами, на ремне, который обмотала вокруг носа корабля, и принялась за полировку.

– Сэди, – сказала я, – ты что, специально так пристегнулась, чтобы работать вверх ногами?

– Так гораздо легче. Не надо вытягивать шею!

– Я бы заснул, – сообщил Нед. – Слишком похоже на гамак.

– О? – Киммалин наклонилась, чтобы посмотреть на нас. – Значит, тебе нужно удобно устроиться, чтобы вздремнуть, Нед? Я заставала тебя спящим в самых нелепых позах.

– Понимаешь, в том-то и дело, – сказал он. – Стоит заснуть, как ты ничего не замечаешь. Ты в бессознательном состоянии! Так что спать, когда тебе некомфортно, – самый разумный подход к жизни.

– А спать, когда комфортно? – спросила я.

– Тоже самый разумный подход к жизни, – ответил он.

– Благослови тебя звезды, – сказала Киммалин.

– Не-е. Но ты можешь благословить мой храп. – Нед ухмыльнулся и стал еще усерднее счищать засохшую грязь с шасси.

Хешо подлетел поближе и выбрал себе фронт работ – некоторые детали были слишком малы, чтобы мы могли с ними справиться. Он принялся тереть их тряпочкой.

– Вы все знаете моего друга Маску, – сказала я.

– Угу, – подтвердил Нед.

– Должен признаться, – сказал Хешо, – я не привык к такого рода взаимодействиям. Пожалуйста, не принимайте мою скованность за неприязнь.

– Да ничего, – сказал Нед, помахивая тряпкой перед Хешо. – Маска, я слышал, ты прежде был важной персоной.

– Да, был, – сказал Хешо. – Но я не уверен, стоит ли нам обсуждать…

Я выразительно посмотрела на Неда, а он мне подмигнул.

– Я слышал, – сказал он, – что ты был нянькой.

– Ага, – подхватила Сэди, – тебе приходилось возиться с дошкольниками. С целой страной дошкольников.

– Похоже, когда больше не имеешь дела ни с чем таким, жить намного легче, – сказал Нед, продолжая работать. – Я сочувствую тебе, мой друг. Тебе вообще удавалось вздремнуть?

Хешо помедлил. Похоже, разговор его забавлял.

– Ну, должен сказать, вздремнуть удавалось нечасто. Та еще работа – препираться со всеми этими… дошколятами. Зачастую не было времени даже на медитацию и сочинение стихов!

– Что, никаких стихов?! – ахнул Нед.

– Ты сочиняешь стихи, Аспид? – спросил Хешо.

– Я люблю это дело, – сказал Нед.

– Ты не сочиняешь стихи, – сказал проходивший мимо Артуро.

– Прости его, – сказал Нед. – «Ум у него тяжелый, как густая тьюксберийская горчица».[1]

– Как что? – переспросила я.

– Это Шекспир, – пояснил Нед.

Артуро остановился. Он достал свой планшет, что-то полистал в нем, потом поднял взгляд на Неда, и у него отвисла челюсть.

– Действительно, Шекспир. «Генрих Четвертый».

– Самый знатный трус. – Нед указал на Артуро большим пальцем. – «Беззастенчивый и не знающий удержу лгун, ежечасный клятвопреступник и не обладает ни одним хорошим качеством»[2]. Приятель, этот парень – кладезь лучших оскорблений. Люблю его.

– И снова – кто автор? – спросила я.

– Один древний английский тип, – сказал Нед. – Писал стихи. Многие из них пережили гибель «Непокорного» и наших архивов. Тебе он понравился бы, Юла. Удивительно, что бабушка не рассказывала тебе историй о нем. Ну, знаешь, «Гамлет» и всякое такое?

– Гамлет? – переспросила я.

– Это самое известное произведение человеческой литературы, – ответил Хешо. – И я нахожу, что ты имеешь редкостный вкус по части оскорблений, Аспид. Несомненно, ты утонченный интеллектуал.

– Вот видишь, Артуро, – сказал Нед, – Воспитатель дошколят со мной согласен.

И он широко улыбнулся Хешо.

Артуро так и смотрел на него с отвисшей челюстью. Словно только что обнаружил, что его мать в течение всей его жизни была тайным ниндзя.

– Ты по памяти цитируешь Шекспира? – спросил он.

– Прости, Амфи, – сказал Нед, придвинувшись к Хешо. – Иногда он бывает слегка медлительным. Мы стараемся быть любезными.

– О скад! – сказал Артуро и пошел к Аланик, готовившей ведра с водой и мыло для следующего корабля.

Хешо, похоже, понимал, что его поддразнивают. Он кивал и выглядел расслабленным.

Из-под корабля выбралась ФМ, полируя его по пути. Я заметила, что лишь она одна не промокла. Ей всегда удавалось избегать брызг. А из меня, если я присутствовала при мойке, под конец можно было выжимать воду. И разумеется, рядом со мной непременно страдал кто-нибудь еще.

– Привет, Маска, – сказала ФМ. – Ваши люди раньше часто навещали наших, верно? В давние времена. Мы говорили с Джуно об этом.

– С хранителем знаний? – переспросил Хешо. – Ты с ним знакома?

– Они с Йоргеном часто тусят, – объяснила ФМ.

– Я не знал, что Джуно часто тусит, – сказал Хешо.

– Ну, он называет это обучением, но, я думаю, им просто нравится болтать, – сказала ФМ. – Он очень помог, когда Йорген учился резать предметы силой мысли.

– Как обычно, – вставил Нед.

– Хотела бы я резать предметы силой мысли, – сказала Сэди. – Было бы гораздо легче вскрывать пайки. Зачем их так плотно упаковывают?

– Сомневаюсь, что Йорген использует свои способности для таких обыденных вещей, Страж, – сказала Киммалин.

Я не вступила в спор.

– Ну все равно, Маска, – сказала ФМ. – Я тут подумала… Ты же летал со Спенсой, да?

– Это моя привилегия – сидеть в ее кабине, – ответил Хешо. – И я верю, что был полезен, помогая ей ориентироваться и следить за управлением в бою.

– А Йорген летал с Джуно, – сказала ФМ. – Джуно помогал ему учиться медитировать.

– Йорген учился медитировать? – спросила я. – Во время боя?

Об этом я не слышала.

– Да, в основном. – ФМ присела на корточки рядом с тем местом, где работали Хешо, Нед и я. – Я заглянула в чертежи. Мы не случайно строим корабли именно такого размера. Все выверено: они достаточно велики, чтобы сохранять маневренность и при этом нести довольно большие орудия, способные наносить серьезный урон.

– Воистину, – сказал Хешо. – Поначалу мы строили космические корабли с учетом нашего размера. Но, как обнаружилось потом, им не хватало огневой мощи, чтобы давать результат во внутригалактической борьбе. В конце концов мы остановились на моделях почти такого же размера, как ваши.

– Многие расы остановились на этом размере, – взволнованно добавила ФМ.

Скад!

– Ты думаешь о том