Устремленная в небо. Непокорные - Брендон Сандерсон

– Да, – сказала Брейд. – Подожди, пока она не раскроит тебе лицо клинками разума.

– У меня здесь десять разных ингибиторов, – двигая руками, сказал Винзик; кажется, его жесты означали безразличие. – Я все еще думаю, что стоило подождать и посмотреть, не явится ли она добровольно на дуэль.

– Она и не собиралась, – сказала Брейд. – Я это чувствовала. Вот и решила нанести удар, застав ее в одиночестве, и не прогадала.

Я сосредоточилась на ней и снова испытала неестественное ощущение разрыва связи. Дрожащее искажение. Потеря и боль. На сей раз я разожгла в себе эти эмоции, вспомнив разорванное на части тело М-Бота и панику, нахлынувшую, когда я подумала, что он мертв.

Комната задрожала, словно где-то неподалеку упал метеорит. Посыпались винты, как камни с рушащегося потолка пещеры. Сотни их, украденные откуда-то моими силами, падали кругом, гремели, щелкали, ударяясь о металлические поверхности.

Винзик вскочил и отпрянул, тревожно размахивая руками. Кем бы я ни стала, я могу прорваться сквозь их ингибиторные поля, точно так же как создала дыру в наших. Раз Брейд сумела проникнуть на Россыпь и похитить меня, то и я способна вернуться обратно.

Воздух продолжал изгибаться и искажаться вокруг меня, я потянулась разумом. Мое немощное тело все еще не оправилось от потрясения…

Брейд опустилась на колени рядом и вонзила что-то мне в шею. Шприц? Я попыталась укусить ее за пальцы, но добилась лишь того, что на губах появились новые пузыри. Брейд смотрела на меня с искренним беспокойством на лице, пока пространство не перестало искажаться.

«Нет!» – подумала я, стараясь сосредоточиться на своей боли, на потере, на мучениях.

Они никуда не делись, но перестали действовать. Комната успокоилась, последняя партия болтов упала из воздуха, и все затихло.

«Чет!» – позвала я делвера в своей душе.

Ответа не последовало.

«Чет! М-Бот! Кто-нибудь!»

Введенный мне препарат отрезал меня от них и от «нигде». Словно я вообще не была цитоником.

Брейд облегченно выдохнула. На ее лице снова появилась уверенная усмешка, и она стала тем бездельничающим дерзким бойцом, каким всегда выглядела рядом с Винзиком. Совершенно не похожей на ту стоическую обеспокоенную одиночку, которую изображала передо мной и моим звеном на Звездовиде.

Я была уверена, что какое-то время она действительно беспокоилась, не зная наверняка, сработает введенный мне препарат или нет. Увы, он сработал. Мои цитонические чувства полностью отключились. Это ощущалось не так, как действие ингибитора. Тогда я будто толкала стену своим разумом. Теперь казалось, что толкать нечего. И я не могла вызвать никакую силу, чтобы попытаться.

Что они сделали? Что за дрянь мне вкололи? Не может же быть, что это навсегда!

– Я предупреждала, что она все еще опасна, – сказала Брейд, отступив назад, когда Винзик приблизился. – Кеплинг, отнеси слизня к ему подобным. Остальные пусть ждут снаружи.

Солдаты, прибывшие с ней, удалились. Один из них по-прежнему держал на руках Погибель. Утешало только одно: они, похоже, не знали, что Погибель моя подруга, а не просто инструмент. Ее испуганные трели разбивали мне сердце, но я ничего не могла сделать. Мне едва удалось повернуть голову.

– Ох-ох-ох! – негромко сказал Винзик, сдержанно жестикулируя. – Это действует на людей. Хорошо, хорошо.

Я ощутила нечто более глубокое, более сильное, чем моя боль. Ярость. Кипевшая во мне ненависть к этому существу, к мелкому монстру за лицевой пластиной шлема, всегда такому чопорному и расчетливому. Это он держал мой народ на Россыпи как в тюрьме. Это он был виновен в смерти моего отца. Тюремный надзиратель, который попытался уничтожить мою планету, доказывая, что он крутой. Когда у него не вышло сделать из делверов оружие, он обвинил в катастрофе нас и использовал страх перед Россыпью – перед людьми – для осуществления переворота.

Даже сейчас он правил лишь потому, что мы служили ему пугалом. Столько смертей, столько разрушений, столько лжи. И все лишь для того, чтобы эта тварь могла сделать карьеру. Я, возможно, даже уважала бы его, будь он воином. Но прискорбная, унизительная правда заключалась в том, что наша планета годами находилась под властью не безжалостного военачальника, а бюрократа, умевшего манипулировать общественным мнением.

Эта горькая правда бесила меня сильнее всего остального. Я тихо зарычала, а Винзик замахал руками и посмотрел на Брейд.

– Ты недостаточно ее обезвредила, – сказал он. – Надо было лишить ее сознания, прежде чем тащить сюда.

– Нам требовалось ее сознание, чтобы вернуться, Винзик, – сказала Брейд. – А тебе требовалось посмотреть, на что она способна. В ней есть нечто очень странное. Поэтому делверы и боятся ее. Не просто потому, что она сильный цитоник. Она пошла дальше. Ее способности чем-то похожи на те, которые есть у делверов…

– Надо ее убить, – решил Винзик.

– Категорически не советую этого делать, – сказала Брейд. – Нам нужно поговорить с ней. Она прислушается ко мне.

– Она слишком опасна, – сказал Винзик. – Ох-ох-ох! Я был в одной комнате с ней, когда она скрывалась среди нас. Она была не связана, не одурманена. Так неприятно думать об этом!

– По крайней мере, разреши показать делверам, что она у нас, – сказала Брейд. – Для них это важно.

Скад! Еще один кусочек пазла встал на место. Договор с делверами предусматривал, что они должны разобраться со мной. Вот почему Брейд пыталась выманить меня на дуэль, вот почему меня похитили. Я понадобилась как разменная монета.

Мои страхи подтвердились, когда Брейд отвернулась и ее взгляд расфокусировался. Я ощутила далекое жужжание – она тянулась в «нигде». Не будь я одурманена, ощутила бы эту силу в полной мере. Как бы то ни было, я надеялась, что это жужжание сулит возвращение моих способностей – рано или поздно.

Воздух пошел рябью, и Винзик разволновался – а может, загорелся азартом. Брейд наклонилась и приподняла меня, ухватив за комбинезон спереди. Находясь так близко к ней, я могла лучше видеть, лучше чувствовать. Круглый конференц-зал Винзика слегка померк, став почти нематериальным, и вокруг меня возникли белые пятна. Глаза. Делверы.

«Видите, – цитонически произнесла Брейд, проецируя мысль на них достаточно энергично, чтобы я услышала. – Вот вам доказательство».

– Она у нас, – сказал Винзик, а Брейд передала его слова делверам. – Как и было обещано. Вам больше нечего бояться! Ох-ох-ох! Мы всегда были уверены, что выполним условия договора с вами.

Я ощутила реакцию делверов как чувства. Страх. Гнев. Едва скрытая боль, точно слой краски поверх старой эмблемы эскадрильи на борту звездолета. Это последнее предназначалось мне.

К сожалению, они передали Винзику еще кое-что. Удовольствие. Согласие.

– Мы выполнили нашу часть сделки, – сказал Винзик. – Вы выполните свою?