Охотник - Данил Коган

любим тех, кто ворует наше имущество. Или планирует это сделать. Я тебе предлагаю их в качестве дара, если ты поможешь людям Рубежного отстоять свой дом от бандитов. Это очень щедро. Какие деньги ещё?

Под конец тирады цверг раскраснелся и даже пару раз брызнул слюной.

После примерно получасового торга я выдавил из этого жлоба обещание оплаты наших расходов на подготовку к «народному возмущению», медицину в случае чего и скидку на боеприпасы. И то чуть с ума не сошёл. Цверг довольно чётко понимал расклады. И то, что мы пытаемся продать друг другу товар, который и так нам обоим достанется. Так что ружья я всё же получил на законном основании, он мне даже дарственную на стволы выписал. Но и всё. Ну, остаток денег за доставку тел забрал. При этом этот ненавистник «сельской бюрократии» взял с меня расписку, внёс эти деньги в три разные учётные книги, ещё и по ружьям тоже писанину развёл. Возня с бумажками заняла больше времени, чем торг и предыдущая беседа. Мне кажется, бюрократию в Межмирье изобрели именно цверги.

* * *

Когда я вышел на улицу, день перевалил за половину. Шайя устроилась в тени здания, обложившись питомцами. Те от жары даже перестали друг на друга рычать и задираться. Просто валялись на мостовой, высунув языки.

— Подъём, ленивые шерстяные… дамы! — гаркнул я.

Ликана нехотя приоткрыла глаз, питомцы почти полностью скопировали её жест.

— Как-то быстр-ро ты, Илья. Пр-родешевил?

— При своих остался. Навара совсем немного. Пойдём уже.

— Это ты молодец. С цвер-ргом тор-рговался и даже остался пр-ри своих? Пальцы пер-ресчитай. И зубы, особенно если золотые были.

Когда мы вернулись на торговую площадь, застали там мирную картинку вялого торга. Местные подходили к новым прилавкам, осматривали их. Кто-то лез за деньгами, но большинство уходило ни с чем.

Шор договорился о ночлеге и поставил наши палатки за фургонами Зигги. Ксар пока не появлялся. Профа куда-то утащил местный жрец — Добромир. Желудок сам подсказал направление, так что мы дружно отправились в «Наливное яблочко».

Внутри яблоку негде было упасть, даже сушёному. Так что мы выбрались на свежий воздух.

Все новые лица из каравана, или скорее рожи, больше подошли бы не купцам, а уголовникам со стажем. Или матёрым бойцам. Возможно, купцы просто столовались в фургонах, а здесь гуляла охрана каравана. Но мне всё больше и больше не нравились наши новые соседи.

Глава 24

Отличный был план, надежный как цвергский молоток…

День заканчивался как-то бестолково. Разве что мы договорились с Зигмунтом на поставку тяглового скота для его фургонов. Оказалось, что найденные нами твари легко могут утянуть два фургона на жёсткой сцепке. Мы договорились следующим образом. Скотинка остаётся нашей, потому что Зигги честно признался, что не потянет покупку. Зигмунт берёт пойманных животных в аренду с возвратом. Либо продаёт на Ярмарке за свой процент, конечно. Я рассчитывал на вариант «продать на Ярмарке», потому что мне совершенно не нужно стадо псевдоносорогов в собственности.

Теперь нужно было сообразить, как их отловить. Завтра пообщаемся об этом с Ингваром. Старик умотал к старухе Раде и к вечеру так и не вернулся.

На ночь у нас были намечены визиты к местному резистансу. Думаю, акцию нужно назначать на следующий день. Если они, конечно, со всеми, кого хотели подтянуть, уже поговорили. Чего тянуть? Если даже цверг признал, что Лютый зарвался, его и его людей надо убирать как можно раньше.

Примерно так я рассуждал, сидя перед палаткой. Я как раз разобрал ружьё и чистил его маслом. Проблема была не в том, что я произвёл большой настрел. Просто это цвергское вундерваффе забивалось грязью, если носить его без чехла. Забивались затвор и ствол. И если ствол можно было заткнуть тряпкой, то затвор предохранить можно было только в чехле. Да уж. Не «Калашников».

Темнело, и я поставил на небольшой бочонок «вечную лампу».

Сверху, как призрак отца Гамлета из стены, из вечернего сумрака вынырнул Морт.

Он завис напротив меня на уровне лица, закрыв «объектив» искусственного глаза.

— Илья, надо посекретничать! — заорал он. — Я такое узн… мфф-мф.

Я закрыл ладонью зубастую пасть.

— Айвена, — позвал я. — Ты можешь обеспечить нам с этим упырем приват, как тем уголовникам. Чтобы нас не слышали? А то он сейчас опять по секрету всему свету растрезвонит.

— Сейчас, — отозвалась она. — Дай мне десяток капель времени. Поставлю купол. На ночь его точно хватит. Могу обеспечить, чтобы отрывки фраз, случайные, наружу прорывались. Не имеющие отношения к теме разговора.

— Отлично! Магия на грани фантастики. Кстати. На всякий случай. Не свети своими «дымом и зеркалами». Для всех вокруг ты некромант. Скорее всего из-за посоха так решили.

— Хорошо. Тем более что моя магия в тверди становится менее… эффективной. Здесь тяжело менять реальность.

— Я думал, иллюзии везде иллюзии.

— Моя магия не совсем иллюзии. Просто Зыбь проще менять не полностью, а как бы… частично. Но если нужно в Зыби, я могу проткнуть тебя одной из своих «иллюзий» насквозь. А здесь это почти невозможно. Впрочем, там много нюансов, тебе не интересных. Я начинаю, а то твой ксар сейчас лопнет.

Морт напыжился, сжал губы, глаза у него, включая искусственный, уже почти вылезли из орбит. Он крутился на одном месте волчком, вправо-влево и мычал. Вот не притворяется же, реально его распирает.

Айвена рассыпала вокруг нас с ксаром какой-то порошок, прошла по кругу, бормоча себе под нос на альвском наречии. Постепенно её голос отдалялся, пока не исчез окончательно. Она остановилась и махнула нам рукой.

— Вываливай, а то реально разорвёт тебя, лазутчик-узнаватель.

— Гля чо, гля чо! Караул, смерть и разорение!

— Морт, ипатий коловрат!

— Че я узнал, Илья. Купцы-то никакие не купцы. Лютый охренел в конец. Будет бойня, понял гля? Всё серьёзно!

Я закрыл глаза. Досчитал до десяти, потом обратно. Морт продолжал истерить. Я вздохнул и отвесил ему щелбан. Он дёрнулся в последний момент, но вперёд, так даже звонче получилось.

— А теперь медленно, бредогенератор ты наш, любезный. Медленно и последовательно.

— Гля чо, больно же! Плюнуть бы в тебя. Ладно, ладно, Илюшенька. Признаю, был взволнован. Короче. Лютый затеял беспредел. Грабануть поселение и свалить, разорять-насиловать. Он с самого начала что-то такое планировал. Ждал только, когда дружки его из наёмников прибудут, гля чо. В фургонах у купцов знаешь какой «товар»? Человек тридцать в доспехах с железом! Снаружи ещё есть, не знаю сколько, я их не нашёл. Им ночью должны ворота открыть, понял чо?