Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

что после того, как он узнал о болезни, то на нем она начала каким-то образом сказываться. Глаза бегали от лица к лицу, он стал потеть и одышливо покашливать, жар временами пробирал тело и в целом он стал нервознее. Для других же он оставался таким же, как и прежде. Близнецы упорно убеждали его, что внешне болезнь на нём никак не сказывается, потому как прошло достаточно мало времени. Он мог бы даже не прятаться от собственных подчинённых – в этом не было никакой нужды, однако растущая паранойя и обещание доставить братьев в Дом Стражи незамеченными заставляли его скрывать лицо под капюшоном.

Они достаточно быстро и скрытно прошли от мостовой до западных жилых районов. Здесь было много новомодных домов с высокими потолками, тонкими стенами и зачастую они выглядели куда более странно и необычно, чем привычные глазу заремца. Крыши этих домов украшались необычными металлическими флюгерами, стены расписывались рисунками и целыми картинами с сюжетами былых сражений и светлого будущего. Дома были выше и тоньше, чтобы уместить как можно больше людей, свободного пространства между домами почти не оставалось, что лишало улицы этого района хоть какой-либо сторонней зелени и деревьев.

Из этих мест была прямая дорога до Центра и Дома Стражи – в тонких высоких домах снимали комнаты многие стражники, которым необязательно было подолгу находиться в казармах. Оттуда Девриен и Близнецы и попали в Дом Стражи, стараясь как можно меньше пересекаться с Серыми Лицами, коих и в этой части города было не меньше.

Лазарет пустовал. Ни одной койки не было занято, полы были чистыми и сухими – убирались тут давно, но, видимо, это и не требовалось. Мирабель сидела за своим столом, увлечённо и озабочено пересматривала какие-то документы и бумаги. Быстро пробежав глазами по листу, она бормотала себе что-то под нос и скидывала лист в другую стопку.

– Не помешаю? – Девриен наклонился к Мире и шепнул ей на ухо.

– А-а! – от неожиданности вскрикнула Мира и, быстро обернувшись, упёрлась взглядом в озлобленную серебряную маску Огюста, – Девриен! Ты жив!

– С трудом. Если бы не чудо, то лежать бы мне сейчас где-нибудь на дне Рей.

– Я слышала рассказы двух Серых Лиц, что были с тобой в доме Камора. Этот... Монстр чем-то тебя отравил. Он перебил всех Серых Лиц в тот день. Двух оставили, потому что подумали, что они сами умрут в ближайшие десять минут, но этого не случилось. Но как выжил ты?

– Старые друзья.

За спиной Девриена словно из ниоткуда выскочили Макс и Рокс и, деловито заложив руки за спину, встали от него по бокам.

– Как мило, что ты назвал нас "чудом".

Мира с недоверием посмотрела на одинаковые маски братьев и вопросительно воззрилась на Огюста.

– Кто они? И почему в масках?

– Видите ли, дамочка, в ваших краях мы являемся чем-то вроде персон нон-грата, если Вы понимаете, о чём я. – почти с гордостью сказал Макс.

– Уродами нас считают. Ни больше, ни меньше. – угрюмо сказал Рокс и стянул маску с лица.

– Как грубо, Роксуэлл. Хоть и отражает правду. – слегка брезгливо проговорил Макс и повторил за братом.

Мирабель ошарашенно смотрела на близнецов и не могла отвести взгляда. Вот уж точно – персоны нон-грата! Никак сами Убийцы Престола пожаловали в город спустя семь лет лет изгнания!

– Убийцы Престола!

Братья устало закатили глаза и принялись, перебивая друг друга, оправдываться.

– Ну вот, опять...

– Позвольте сказать...

– Всё не так было...

– Послушайте же меня, а не его!

– Ну да, меня же там не было!

– Помолчи братец, иначе нас повесят на твоём длинном языке...

– И всё же, я настаиваю...

Мира закрыла уши руками и зажмурилась. Два главных преступника Зарема стоят перед ней и наперебой оправдываются, огрызаясь как малые дети.

– Стоп! Хватит! – вскрикнул Девриен. – Помните, зачем мы сюда пришли!

– Нет! Чтобы Вы не задумали, я отказываюсь помогать этим убийцам невинных!

– Они никого не убивали, Мира!

– Докажи! И тебе, или им, или кому бы то ни было придётся хорошо постараться! Когда Итан забрал меня с собой в Зарем, мне частенько приходилось нянчить малютку Лилео, и пусть только кто-то попробует опорочить её имя! – Мира агрессивно скрестила руки на груди и отошла на несколько шагов.

– Мира!

– Оставь, Девриен. Мы попробуем ей кой-чего доказать. – хитро сказал Рокс.

– Итак. Время нашей истории...

2.

– Мы с братом не всегда были в таком положении, вам обоим это известно. Что там говорить, мы были одними из лучших учёных этого города, одни из первых Светлых Умов, когда только ввели это понятие. Нам было чем заняться и было чем себя развлечь. Король Шерридан не единожды к нам обращался по самым разным вопросам, оставляя остальных учёных за их, порой, крайне бессмысленной работой. По его поручению мы доработали Крепкий Вар, чтобы тот не убивал человека после применения. По его прихоти был создан Тоник #3...

– Любовное зелье? Не может быть! Ему же лет сто, не меньше. – с недоверием сказала Мира.

– Да-да, красивая история с "вековым рецептом". За основу был взят крепкий калеоковый настой, который вызывает эйфорию и чувство счастья, в противовес его разбавленной версии, которая действует, как успокоительное. Его же смешивали с одной порцией Крепкого Вара для уменьшения нагрузки на сердце и снижения резкого скачка гормонов в крови. Третью часть составлял злополучный тертый корень паши. Мелкого растения, с ещё меньшими корешками с поистине чудесным эффектом. Перетёртый корень, сбрызнутый обычной водой, выделял много сока, который при попадании внутрь человека расширял сосуды, очищал мысли и наполнял тело негой. Словом, после употребления чистого сока человеку казалось, что он захмелел, согрелся и уютно расположился в мягком кресле, предвкушая интригующее действо. Эти три части и стали Тоником #3. И по отзывам людей, эффект его очень сильно был похож на настоящую любовь – поглощающую, всеобъемлющую и страстную.

– И как это доказывает вашу невиновность?

– Мы к этому ещё придём. Итак, король доверял нам, высказывал много разных мыслей насчёт государства в целом и отдельных его частей. Рассказывал нам он и о своих детях, самой младшей из которых оказалась Лилео. Он строил большие планы на дочурку, в определённый момент она должна была стать женой сына Первого Графа Конферии и положить конец распрям, которые