Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

— Вы знакомы? — с интересом спросил я, глядя для начала на свою девушку, а затем на соседа.

— Да, — кивнула Хельга. — Илья вместе с отцом и другими родственниками приезжал два раза к нам в небоскрёб. Его клан обладает уникальными способностями, очень хорошо сочетающимися с нашими, Громовскими. Так что мы периодически нанимаем их как сопровождение на некоторые миссии или для решения клановых вопросов.

— Госпожа, признаюсь, я помню только одну встречу… — произнёс Илья.

— Мы просто были слишком маленькими, — мягко улыбнулась Громова, — но у меня эйдетическая память…

— Тогда мне не следовало удивляться, что такой человек, как вы, отличил меня от двоюродного брата. Мне всегда говорили, что я его точная копия.

— Вы отличаетесь, — хихикнула Хельга. — Кстати, а как там Афон поживает? Он был таким вежливым и предупредительным мальчиком…

— Афон два года назад погиб в бою при крепостице Смоленск, когда её атаковали чародейские силы Бобруйска.

— Мои соболезнования… И извини, что я подняла эту тему, — тут же расстроилась девушка, чуть крепче сжав меня ручками. — Он… он был хорошим мальчиком.

— Я с удовольствием передам вашу высокую оценку его жёнам и детям, — Лазарев вновь поклонился, а Хельга на это, пока он не видел, сильнее сжала пальчиками мою куртку и чуть поджала губы.

Громовой явно не нравилась подобная церемонность по отношению к ней, но я в подобное решил не влезать, а вместо этого спросил:

— Хельга, как ты меня вообще нашла? — И заправил ей за ухо сбившийся локон, когда она посмотрела на меня.

— Мы приехали пару часов назад, брат помог мне заселиться, а потом я помогала ему, — пожала плечиками девушка. — Он этажом выше теперь живёт. А потом услышала твой голос…

«Ну да… Она же из главной семьи… Воздушница! А у них слух ну очень хороший… — подумал я, глядя на улыбающуюся девушку. — Это полезно для чародейки. А с другой стороны, трудно представить, каково оно, когда слышишь, даже как трутся друг о друга мускулы в человеческом теле».

— Тогда странно, что мы раньше не пересеклись, — улыбнулся я. — Последние несколько часов я помогал Ефимовой таскать от стоянки к общаге ящики с её метательным железом.

— А мы не с главного входа пришли, а с дальнего выезда. С того, который за полигонами с полосами препятствий, — ответила Хельга. — Там, в отличие от центрального въезда, если позаботиться заранее о пропуске, на территорию можно прямо на паровике проехать.

— Хм… — произнёс я, почесав затылок. — Буду знать…

— Я вот что хотела… — начала было Громова, но, тут же покраснев, замолкла, быстро стрельнув глазами на моего нового соседа по комнате.

— Думаю, вы меня извините, но мне ещё нужно в хозяйственную часть сходить, так что я вас оставлю, — тут же отреагировал Лазарев и, слегка кивнув, направился к выходу.

— Так что ты хотела? — поинтересовался я, когда дверь за спиной Ильи закрылась, но вместо ответа был тут же обнят и поцелован.

Только спустя пару минут мы наконец оторвались друг от друга. Хельга, красная, словно варёный рак, тяжело дыша, быстро поправила свой слегка замявшийся пиджачок, а затем, всё так же молча, начала приводить в порядок уже мою форму. И только успокоившись, наконец заговорила.

— Ты… тридцать первого числа чем-нибудь занят?

— Нет, — ответил я. — Во всяком случае, я пока что на послезавтра ничего не планировал. А что?

— Ну… Я хотела бы пригласить тебя… — она замялась и снова покраснела. — На свидание!

— А мне казалось, что это мой долг и обязанность приглашать тебя на свидания! — немного ехидно подколол я и, приподняв её голову за подбородок, легко поцеловал в губы.

— Да… Но… — Хельга застенчиво отвела взгляд в сторону. — Тут такое дело… Просто к нам в полис приехала одна известная музыкальная группа, граммофонные пластинки которых мне очень нравятся. Säbelzahnwölfe, может быть, слышал о таких⁈ Сами они из Берлина, а в Москву приехали по приглашению нашего князя. Они уже дали концерт в Кремле, но попасть туда, естественно, было нереально. А тридцать первого они по договорённости с кланом Морозовых будут давать представление на «Выставке», в внешнем концертном павильоне. И там, говорят, будет много молодёжи из знатных семейств как чародеев, так и простецов.

— И ты хочешь туда попасть?

— Ага! — счастливо улыбаясь, подтвердила девушка.

— Хм… — я на мгновение задумался. — Знаешь, я попытаюсь что-нибудь сделать, чтобы достать нам билеты… но…

В общем-то, к музыке как таковой, а тем более инополисной, я был совершенно равнодушен. Но почему бы не порадовать девочку, если ей так нравятся эти «Сибер-чего-то-там-вольфы». Сам я о таких, признаюсь, даже не слышал.

— Билеты не проблема! — тут же сбила меня с мыслей Громова. — У отца в Княжеском Столе должник имелся. Мерзкий такой мужик, высокий и в маленьких кругленьких очочках, постоянно сползающих на кончик носа. Не представляю, как он узнал, что это моя любимая группа, но, чтобы задобрить отца, подсуетился и достал два билета. А то сейчас их уже и не купишь нигде. Вот я и…

— Что ж. Если такое дело… — сделав шаг назад и расправив плечи, я галантно поклонился и произнёс: — Прекрасная барышня, не изволите ли вы разрешить мне сопроводить вас тридцать первого числа на свидание?

— Ах. Мой дорогой господин, — сразу же подхватила мою игру Хельга, изобразив книксен. — Я была бы счастлива, если бы вы составили мне компанию в этот прекрасный день!

И именно этот момент выбрал Никита для того, чтобы открыть дверь, даже не соизволив постучаться. От увиденной сцены у Громова задёргался глаз, что до того нелепо выглядело на его обычно безэмоциональном лице, что мы, не выдержав, дружно рассмеялись.

— Я даже не хочу знать, чем вы здесь занимались… — глядя на нас как на идиотов, произнёс он, а затем добавил: — Хельга Александровна, вы убежали, даже не дослушав меня и оставив свои вещи у меня в комнате!

* * *

Остаток этого дня и весь следующий прошли под знаменем налаживания своего быта в общежитии, а также знакомства с правилами проживания и,