Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

– У меня и письмо к этому главному есть, только вам я его не покажу! – заявил Норин. – Но если вы меня проводите в столицу, я за вас перед этим главным словечко замолвлю.

Скай не выдержал и расхохотался. Пит присоединился к нему, отпустив паренька. Только Ник смотрел на Норина прохладно и веселиться явно не собирался.

– Словечко за нас замолвит, ишь ты! – наконец слегка успокоился Пит. – Ваше мажество, ценнейшее же предложение! Надо соглашаться.

Кучер снова рассмеялся, и парнишка глянул на него так, словно уже решил, что вот этот человек заветного словечка не стоит.

– Вы, господин волшебник, – обратился Норин к «его мажеству», – наверное, его знаете. Хотя…

Во взгляде парнишки отразилось сомнение.

– Хотя вы, наверное, еще студент. Ни бороды у вас, ни пуза солидного, да и вообще… – Норин развел руками с видом слегка извиняющимся и притом правым.

Опять борода! Ну вот чего нет, того нет. Может, и правда накладную заказать, дабы внушать должный трепет и уважение? Хотя нет! Надо взять и поменять представление о солидности волшебников. Пусть всякий знает, что уважения заслуживает не тот, кто бородат, а тот, кто…

Продумать критерии уважаемости Скай не успел.

Ник крайне неприязненно заметил:

– Пузатых волшебников не бывает. И говорить таким тоном с господином волшебником совершенно недопустимо. Как и следить за ним.

– Да, кстати, чего ты за нами следил? – спросил отсмеявшийся Пит.

– Да не следил я вовсе! – пробурчал Норин. – Хотел сразу с вами пойти, но мамка с папкой не дали бы, так что пришлось собраться и бежать. Я домой не вернусь.

Он потупился и добавил тише:

– Господин Хенн сказал, что мне опасно дома оставаться. Что надо учиться Силу усмирять.

– А как же отцовская лодка? – спросил Ник, по-прежнему без тени приязни глядя на беглеца. – Кому она достанется, если с твоим отцом что случится?

Тот отмахнулся:

– Да что с папкой сделается? Он не старый еще. Разве Морской хозяин разгневается, да вроде не на что.

– А если все-таки разгневается? – приподнял бровь Пит.

– Ну, тогда, может, и лодки никакой не останется, – заметил парнишка. – А если останется… ну и дом там, и прочий скарб, то надо чуть-чуть подождать!

– Чего подождать? – не понял Скай.

– Ну, пока у Биллы ребенок родится. Это моя старшая сестра. Она уже год замужем: вот-вот разродится! Пузо уже больше нее самой! Не первый, так второй точно парень будет!

– У твоих-то родителей сколько девчонок до тебя было, а? – уточнил Пит.

– Пять… Но это ерунда! У Ритана, мужа Биллы, три брата! Так что точно сын будет! И Трисса замуж скоро выходит: тоже может парня родить. Внукам можно лодку оставить. Это родители решили, будто я один-единственный. Не хотят меня отпускать. А мне так охота столицу увидеть, мир посмотреть! Мне господин Хенн столько всего рассказывал! Ну и волшебству учиться тоже надо. Так что, возьмете меня с собой?

Друзья переглянулись. Ника происходящее явно не вдохновляло. Пит слегка пожал плечами: мол, твои дела, волшебные, ты и решай.

Скай вздохнул и сказал:

– Хорошо, идем с нами. Только, чур, не мешаться и слушаться.

– Вас?

– И меня, и моих спутников. И еще кое-кого, – хмыкнул Скай. – Да, а родители тебя искать не станут?

– Не-а, – помотал головой парнишка. – У нас если папку ослушался и сбежал, то все – отрезанный хвост. Искать не будут, а если сам придешь, то и побить могут.

Норин посмотрел на Ская, подозрительно прищурившись, потом спросил:

– А вы знали господина Хенна?

– Считай, что нет. Когда он заходил к нам, я был совсем маленьким, так что я почти его не помню. Но мой дядя знает.

– А он тут? Приезжал на похороны, да?

Скай кивнул.

– Может, дальше пойдем, ваше мажество? А то жарко как в печке и жрать охота, – просительно произнес Пит, возвращаясь к образу простого парня и самого обычного слуги.

Скай не возражал.

По пути волшебник расспрашивал Норина о том, чему успел научить его господин Хенн, кто еще из деревенских наведывался в Приют к старому господину и не ссорился ли с ним кто.

Орехи кончились до обидного быстро, просить у Ника яблоко волшебник не хотел, так что оставалось радоваться, что разговор с парнишкой хоть немного отвлекает от легкого, но неприятного ощущения голода.

Пит и Ник в беседу не вмешивались: кучер помалкивал, с интересом прислушиваясь к ответам Норина, травник же молчал с явным недовольством. Видимо, все еще подозревал незваного спутника в тайных злоумышлениях, но уже смирился с тем, что друзья не бросят этого мальчишку.

Скай узнал, что волшебству старый Хенн учил только Норина, а вот грамоте, счету, истории и азам географии всех желающих.

– Старые волшебники со скалы к нам не суются и рыбу у нас почти не берут. Вот раков серебряных берут. И ликантрий. И морских скорпионов. Но их еще поди поймай. Да и наши не очень-то хотят на скалу к колдунам забираться. Никто никому не помогает, каждый сам по себе живет, – в голосе парнишки не звучало обиды, только недетская рассудительность.

– А икрянниц и окуней не у вас берут? – удивился Пит.

– Не-а, – помотал головой Норин. – На том берегу, где город. То ли их повар в Вертину ездит, то ли к нему с городского рынка рыбу везут. В общем, им не до нас и нам не до них. До нас дело только господину Хенну было. Папка говорит, это потому, что старику заняться нечем. А я вот думаю, это потому, что господин Хенн – настоящий волшебник. Понимаете? Обычный волшебник, он зелья варит и фокусы показывает, а настоящий, он делает не как все и помогает, когда мог бы и не помогать. Вот он и помогал…

Часто приходить в Приют не получалось ни у кого: работы в деревне много, да и родители все как один были против того, чтобы старый волшебник забивал детям голову глупостями. И никак иначе, чем глупостями, уроки господина Хенна и не называли. А он ведь столько всего знал! И про другие страны, и про древности, и про Силу, и про зверей и птиц, и про все-все на свете! И так рассказывать умел, что и про сон, и про еду забудешь.

Парней и девчонок постарше господин Хенн звал в город. Говорил, что там «перспективы»: это, как понял Норин, значит, что в большой воде можно поймать больше рыбы. Объяснял, как живут в городах, где там можно учиться и работать, обещал помочь тем, кто захочет уйти. По большей части старого волшебника слушали как сказочника: мол, да, хорошая жизнь там, в городе, как в подводных владениях