Крайняя война - Сергей Юрьевич Михайлов

С правого фланга стрельба была особенно ожесточенной, и приближался грохочущий вал быстрее, чем с других сторон.

– По Ленина, похоже, прорвались, – подтвердил мысли Сергея Вовка. – Сейчас напрямую могут прорваться к нам, через Лапиковский переулок. Пустят пару танков вперед, они на полной скорости через пять минут тут будут.

– Сплюнь, – Сергей бросил взгляд на торчавшие башенки транспортера – они тоже смотрели теперь в сторону прорыва, стволы установок рыскали в поисках цели – и машинально поправил. – Не танки, а транспортеры.

– Хрен редьки не слаще!

В это время, замычал молчавший до этого Леха. Сергей не разобрал, что тот говорит, но брат понял. Поняли и чеченцы.

– Точно, – гортанно подхватил старший. – Только надо гранатомет.

– Братишка, у дома Федоровых посреди переулка их можно встретить, если танк их там остановить, то вся пехота окажется зажата, можно всех завалить! Надо только ваш гранатомет, такой, каким танк в начале поселка подожгли.

Сергей мысленно представил место, названное братом. «Точно, там это может получиться, если пехота прорвалась, она будет наращивать успех и наверняка кинет сюда подкрепление. Обычная тактика. А там, в переулке, между здоровым кирпичным домом Федоровых и стеной склада, пехоте некуда будет деться. Они правы, надо только подбить транспортер». Кротов пригнулся и рванул к закопанной машине.

Спустившись в люк, он вырвал из креплений на стене в десантном отделении две трубы одноразовых плазмометов. На вопрос десантника, с удивлением глядевшего на него, Сергей не ответил, выскочив наверх, он передал одну трубу брату.

– Пошли!

– Нет! Стой, – неожиданно остановил его Аслан. – Эти дети обезьяны убили Ваху. Мы пойдем, надо отомстить за смерть брата.

Сергей немного растерялся, он не хотел уходить от дома, где прятались родители, чтобы до конца прикрывать их, но и посылать на операцию непроверенных людей тоже не хотел. Он оглянулся на брата. Тот, поняв невысказанный вопрос, развеял сомнения.

– Пусть идут, – он отдал свой плазмомет сидевшему рядом чеченцу и усмехнулся. – Они вояки хорошие, мы с ними на одной войне воевали. Правда, с разных сторон.

Сергей про войну не понял, но раз брат им доверяет, пусть идут. Он тоже протянул вторую трубу.

– Пользоваться умеете?

– Знаю, давай! – прорычал Аслан, забирая плазмомет, он уже весь был там, в бою. – Нажимаешь вот сюда и все?

Кротов отшатнулся, увидев, что тот чуть не нажал на пусковую кнопку.

– Правильно! Только раньше времени не нажми, сам поджаришься.

Больше не говоря ни слова, чеченцы нырнули в темноту, в сторону набиравшего силу боя. С других сторон стрельба слабела, лишь иногда вспыхивая яростным воем игольников и редкими взрывами. Заставив пригнуться, над головами сработала пусковая боевого модуля транспортера и сразу вслед за ракетой в ту же сторону начала работать автоматическая пушка. Системы отслеживания целей на боевой машине были мощнее, чем у бронекостюма, и засекли что-то, хотя Кротов как не вглядывался, ничего не заметил ни в обычном, ни в инфракрасном диапазоне.

«Надо бы посмотреть, как там родные, – подумал он. Но решил сделать это позже, после того как узнает результат похода чеченцев. Те словно услышали его мысли, в резком зеленоватом свечении ночного видения вспухли один за другим два взрыва, звук от них слился в один протяжный гром. Еще не погас звук от взрывов плазмометов, завыли длинными очередями игольники. Кротов надеялся, что это работают земляне – расстреливают сейчас зажатых в переулке пехотинцев.

Вдруг завибрировал коммуникатор на запястье. «Связь», – обрадовался Сергей, вскидывая руку к лицу. И тотчас на щитке шлема появилось изображение – одна из камер выжила и висела на том же месте, где её застало отключение управления. Сергей поднял её выше и направил в сторону проулка, туда, где сейчас должен был быть ад. Так и было – два транспортера, двигавшиеся одним фронтом и служившие передвижным щитом для ползущей вслед за ними пехоты, сейчас застыли, заблокировав выход из переулка. Одна из машин горела, на второй система пожаротушения справилась с огнем, но взрыв что-то повредил, поэтому экипаж покинул её. Лишь верхний боевой модуль продолжал лихорадочно дергаться, бесцельно гоняя стволы пушек в разные стороны.

В переулке оказалось запертыми гораздо больше солдат, чем ожидал Кротов. «Похоже, они решили прорваться одним ударом и отправили сюда сразу два взвода, – подумал он. – И, пожалуй, у них бы все получилось, если бы не бандиты». Они заняли выгодную позицию, ограда дома Федоровых была выше переулка, и сейчас сверху расстреливали длинными очередями расползавшихся десантников. Те рвались в обратную сторону, пытаясь выбраться на улицу, с которой вошли в переулок. Однако в конце переулка, к удивлению Кротова, тоже оказался кто-то из Семнадцатого Батальона – из-за забора, почти в упор, по запертой пехоте работали еще два игольника. Прямо на глазах Сергея там грохнул мощный многократный взрыв – в массу отступавшей пехоты спецназовец забросил кассету гранат. Потом в дело вступили еще несколько игольников, спецназовцы подтягивались к месту прорыва.

«Все-таки, что-то с ними происходит, они изменились, – подумал Кротов, наблюдая это избиение. – Вряд ли нормальные командиры позволили бы себе загнать людей в такой котел. Инфицированные становятся слишком прямолинейными, рвутся к цели самым коротким путем».

Досмотреть финал драмы ему не удалось, совсем рядом, за соседним домом, взорвалась граната, и раздались короткие очереди игольников. «Ни хрена они не прямолинейные – опроверг свои выводы Сергей. – Отвлекли внимание массовым прорывом, а мелкие группы пошли вперед. И связь не просто так глушили, а чтобы мы ничего не увидели».

Подтверждая его слова, снова заработала пушка транспортера, закопанного в огороде. Кротов направил свою камеру обратно к дому, но долететь она не успела – связь оборвалась, изображение пропало. Перед глазами на щитке замигал знак безвозвратной потери. «Твою медь! – мысленно выругался он. – Сбили, суки, последнюю». Кротов сорвал с пояса контейнер с камерами – бесполезно, все ячейки пусты – отбросил ненужную теперь коробку и попробовал подключиться к системе наблюдения транспортера, но не успел. За домом уже выли не только пушки транспортера, но и запели игольники. Сергей поправил надоевший контейнер с мечом и, перехватив игольник, побежал к калитке в огород. Рядом бежал брат. Следом за ними метнулся похожий из-за паутинного гипса на какого-то «чужого», Леха. До этого он все время сидел рядом с Кротовым, доставал из кармана папковые патроны, забивал их в подствольный магазин и лишь изредка, когда стрельба особенно усиливалась, что-то мычал. «Блин! Пропадет он со своим дробовиком». – Сергей отстегнул с бедра лучевик и