Крайняя война - Сергей Юрьевич Михайлов

со сливающейся со стеной белой тумбочки пакет с одеждой и, торопясь, вскрыл его. Быстро натянув невесомые трусы, он уже внимательнее взглянул на остальную одежду: похоже на армейскую форму – брюки, куртка, футболка – все зеленовато-коричневого цвета, у тумбочки стояли короткие черные сапоги. «Точно армия». И брат, и его спутник в такой же форме.

«Блин, да что же это происходит? Кто такой теперь Серега? И как мы спаслись вчера?», – вопросы возникали один за другим, но вслух он сказал лишь одно:

– Конечно узнаю! Ты сегодня расскажешь всю правду, хватит уже дурака из меня делать.

Брат кивнул, соглашаясь, и снова показал на одежду – одевай.

– Есть хочешь?

Вовка после этого вопроса сразу почувствовал, что он голоден, да не просто голоден, а съел бы сейчас целый таз пельменей.

– Блин, точно! Очень хочу.

– Это всегда так после медмашины, – улыбнулся носатый.

– После чего?

– Глемас говорит, – начал объяснять Сергей, – что после курса лечения в этой штуке организму требуется топливо, чтобы заменить израсходованные ресурсы.

– Ты что сейчас сказал? – Вовка был до сих пор зол на брата и разговаривал грубо. – Кто и где меня лечил?

В это время в помещение вошли две девушки и Вовка сразу замолчал. «Черт, какие красавицы!»

При их появлении лица у брата и у того, кого он назвал Глемасом, приняли серьезное выражение, оба вытянулись и, к изумлению Вовки, выдали совершенно непонятное приветствие:

– Приветствуем вас, принцесса Алгала!

Оба склонили и вновь вскинули головы. «Да что тут происходит? – обескураженный Вовка переводил взгляд с одной девушки на другую. – Разве в Америке есть принцессы?» Молодая женщина с каштановыми волосами сделала вид, что тоже склонила голову, на самом деле лишь обозначив это движение. «Блин, действительно принцесса», – величественное выражение, появившееся на её лице, поразило его, он тоже невольно подтянулся, машинально поправляя несуществующий ремень. Однако когда та перевела взгляд на Сергея, Вовка успел заметить смешинку, проскользнувшую в её глазах. «Она что, знает его что ли?»

– Это он?

– Да, принцесса, это мой брат. Единственный, кто выжил.

– Сочувствую.

В голосе Алгалы Володька почувствовал настоящее чувство, она, похоже, искренне переживала. Он опять вспомнил вчерашний бой, и то, чем он закончился. «Что же там было? Атомная бомба?» – в глазах стояло оранжевое пламя, накрывшее поселок, и взрывающиеся сами по себе, а потом исчезающие в адском пламени дома, люди, машины. До того, как все вдруг исчезло, он понял, что они с братом находятся внутри прозрачного пузыря, который снаружи обтекало пламя. Впервые он увидел, как на самом деле горит земля – верхний слой, вскинутый неведомой силой, тоже полыхал и спекался в корку.

– Как тебя зовут, солдат? – хотя голос Алгалы звучал приветливо, сразу чувствовалось, что она привыкла командовать.

– Вовка, – выдал он, растерявшись, но тут же поправился. – Владимир.

– Хорошо, Вовка-Владимир, я забираю Сергея, дела требуют его присутствия. Тебе сейчас дадут сопровождающего, он отведет тебя в столовую и покажет, что необходимо. Обживайся, мы еще встретимся и решим твою судьбу.

«Ни хрена себе! Серега решает какие-то дела с принцессами. Ну и черт с ним, расскажет еще, а вот свою судьбу я сам буду решать».

– Володька, ничему не удивляйся. Ты на космическом корабле. Мы в космосе. Вечером объясню, – сказал брат, направляясь к дверям вслед за остальными.

Вовка хоть и услышал то, что сказал брат, но эти слова не улеглись в сознание, слишком обыденно Сергей преподнес такую фантастическую новость. Как только все вышли, в комнате появился высокий военный в двухцветной форме и представился:

– Лейтенант Громук, Алгатский полк.

Название полка лейтенант произнес так горделиво, словно весь мир должен был знать о нем. Однако Вовке это ни о чем не говорило, он никогда не слышал о таком полке. Но все равно, он тоже вытянулся, рука по привычке чуть не взлетела к козырьку, однако на голове ничего не было, а к пустой голове, как говорится… он подавил порыв и, вытянув руки по швам, доложил, как когда-то в армии.

– Владимир Кротов, младший сержант, Российская Армия, – потом спохватился и добавил. – Правда, теперь в запасе.

– Смотри, вот распорядок дня на корабле. Надо сразу включаться, привыкать некогда, мы на боевом задании, – лейтенант махнул рукой, и в воздухе перед ним появился текст. Он ткнул пальцем в несколько строк, и те мгновенно увеличились. Вот тут до Вовки дошло то, о чем сказал Сергей – он в космосе! На космическом корабле!

Он смотрел на висевшие в воздухе строчки, на открывавшего и закрывавшего рот лейтенанта Громука и ничего не слышал: все проходило мимо его сознания, слишком ударной была информация, поданная так обыденно. Усилием воли Вовка заставил себя сосредоточиться и вслушался в то, что говорил офицер. В то же время до него вдруг дошло, что текст, который он только что прочитал, написан совсем не по-русски и даже не по-английски. «Черт! А ведь и лейтенант говорит не по-нашему. Почему я все понимаю?»

Он помотал головой, пытаясь отогнать навалившиеся мысли, крепкая психика старалась восстановить привычное понимание жизни. «Надо вживаться в новый мир». Он перебил офицера:

– Лейтенант, пойдем, поедим, там ты мне все и растолкуешь.

Надо было выиграть время, чтобы разложить новую реальность по полочкам, да и есть хотелось все сильнее.

– Идем! – сразу согласился Громук. – Я после медмашины готов дракона съесть.

Как ни странно, но информация о том, что он в космосе, только сначала оглушила его, потом ему наоборот стало легче, теперь все окружающее имело объяснение и вставало на свои места. Вовка был гораздо практичнее старшего брата-мечтателя, он не увлекался фантастическими книгами, как, в общем, и книгами вообще, так что все воспринимал с точки зрения обычной жизни. Он сразу отметил, что лейтенант упомянул о боевом задании, значит, цацкаться с ним никто не будет.

Вовка, как и брат, побывал на войне и прекрасно знал, что какими бы хорошими не были командиры, львиная доля необходимых для выживания действий лежит на тебе самом, сам не позаботишься, никто на блюдечке не принесет.

Пока они шли по узкому – только двоим и пройти – коридору, он расспрашивал Громука только о быте в новой «казарме», оставив все главные вопросы на вечер, брату. Громук или не знал, что Вовка был абсолютным новичком на корабле, или ему это было все равно – сам он ни одного вопроса не задал.

После того, как он, наконец, поел, все тот же лейтенант отвел его в каюту и показал на одну из двенадцати металлических тумбочек. Рядом стоял такой же поблескивающий табурет. От