Патруль 5 - Макс Гудвин

Первая комната — кабинет — пусто. Только перевёрнутое кресло да следы от пуль на стене. Вторая — спальня. Дверь была приоткрыта. Я толкнул её ногой, присел, сканируя пространство впереди — тоже чисто.

Кровать, тумбочка, шкаф.

Я развернулся и двинулся дальше. Ванная — чисто. Коридорчик от ванной куда-то — тоже чисто. Осталась последняя комната — гостиная.

Я встал сбоку от проёма, перевёл дыхание. В груди саднило от попадания, но броня видать выдержала.

Рывок в дверь — и я оказался в комнате.

Кулик стоял за опрокинутым диваном, пригнувшись, и целился в меня из револьвера. Ствол смотрел прямо в голову. Но я успел раньше.

Зажал на спуск и не отпускал.

Автомат затрясся в руках, выплёвывая остатки магазина в его сторону. Пули крошили диван, вздымали облачка из обивки, вгрызались в стены. Кулик дёргался, как в странном танце, уже не пытаясь выцелить меня. Он даже выстрелил пару раз куда-то в потолок.

Мой магазин опустел, а Кулик сползал вниз, опираясь спиной о стену, и смотрел на меня. Револьвер выпал из его руки, глухо стукнув об пол. На человека не было живого места — тёмные пятна расползались по всей груди, по животу. Он конвульсировал, хрипя, словно пытался что-то сказать, но из горла вырывалось только бульканье.

Я сменил магазин. Подошёл ближе. Кулик оставил на обоях кровавый след. Глаза его уже стекленели, но он всё ещё смотрел на меня с непониманием и удивлением.

Я приставил ствол к его голове и нажал на спуск.

Короткая очередь в упор раздробила череп.

А дальше я развернулся и быстрым шагом пошёл к выходу. Не оглядываясь. Не проверяя. На выходе из номера бросил взгляд в коридор, сзади тоже чисто. И метнулся к пожарному выходу, толкнув дверь, побежал вниз, перепрыгивая через ступени.

Восьмой этаж. Седьмой. Шестой. Пятый. Четвёртый. Третий. Второй. Первый.

Я вылетел на улицу через ту самую железную дверь, которую наши взломали. Кузьмич сидел в машине, не глуша двигатель. Я запрыгнул внутрь, и «Тойота» рванула с места.

Пока мы выруливали с парковки, я стаскивал с себя шлем. Бронестекло, которое час назад было новым, теперь напоминало разбитое ветровое стекло — паутина трещин по всему полю. Однако когда пули в лицо были бесследными? Я отложил его на сиденье, скинул автомат, принялся расстёгивать бронежилет.

Кузьмич бросил взгляд в зеркало заднего вида.

— Зацепило чуток?

— Не смертельно, — выдохнул я, стаскивая броню через голову.

В свете уличных фонарей, мелькающих за окном, было видно, что жилет имеет несколько новых дырок — пули застряли в пластинах, не дойдя до тела.

Я откинулся на спинку сиденья. Балаклаву снимать не стал, хотя лицо под ней горело огнём, но это было лучше, чем светить физиономией перед камерами.

«Тойота» нырнула в поток машин и растворилась в утреннем Новосибирске.

А как только мы выехали из города, я стянул балаклаву. Лицо горело, будто его наждачкой прошлись, но воздух — холодный, колючий казался сейчас лучшим лекарством. Я откинул голову на подголовник, закрыл глаза на пару секунд, а потом полез в сумку за костюмом.

Переодевался я прямо в машине, на ходу. Потому как терять время на остановки смысла не было. Кузьмич гнал по трассе, уводя нас от отеля всё дальше, а я стягивал с себя бронежилет, пропитанную потом форму и натягивал свежую рубашку, а поверх — костюм, в котором ещё сегодня утром чувствовал себя почти гражданским.

Оружие и сбрую сложил в баул. Шлем с разбитым бронестеклом — туда же. Когда с одеждой было покончено, я достал сотовый и зашёл в ОЗЛ спецсвязь. Сочиняя туда короткое, сухое сообщение, без особых эмоций:

«Кулик и Глобус исполнены. Прошу разрешения на недельный отгул по месту жительства в городе Златоводск.»

Отправил и замер, глядя в экран.

Секунда. Две. Три.

В приложении всплыли две зелёные отметки, напротив фамилий Куликова и Тощеева загорелись галочки. А следом, в общем чате, высветилось короткое сообщение:

«Спасибо за службу».

Я усмехнулся, убирая телефон. А следом пришло второе сообщение, уже персональное:

«Ненормированный отгул согласован с проездом к месту пребывания за свой счёт».

Очень хорошо, — подумал я и повернулся к Кузьмичу, когда тот тоже отвлёкся на ОЗЛ спецсвязь:

— Шеф, докинь до касс автовокзала.

Кузьмич кивнул. Он перестроился в правый ряд и через пару километров свернул в просёлочную и только тут очистил номера от наносной маскировки.

— Сильно видать в голову прилетело? — спросил он.

— С чего ты взял? — вопросом на вопрос ответил я, собираясь выходить.

— Я тебя в Златоводск уже везу, — произнёс он.

Я осмотрелся: действительно, трасса походила на ту, что идёт на Кемерово, а чуть раньше будет ответвление на Златоводск после Болотного.

А дальше я откинулся на спинку сидений и, пристегнув себя ремнями безопасности чтобы не трясло, уснул. Где-то до Алаевского поста меня передали другой машине; человека я не знал, но машина была большая и красивая, тоже какой — то китаец.

Водитель был вежлив и даже предложил мне напитки, которые были во встроенном холодильнике. Я не отказался от воды и, выпив пол-литровую бутылку, посмотрел на свои пальцы: они слегка тряслись. Странное дело: когда груз в руки беру, они не трясутся, а без банки идёт лёгкое, едва видимое подрагивание.

И в качестве эксперимента я взял банку пива, и тут меня посетила мысль: а без какого веса рука начинает снова дрожать? И я открыл банку и начал проводить эксперимент, совсем по-детски отпивая из неё и смотря на зелёный Туборг — не будет ли трястись. Конечно, лечить нервы пивом это совсем по-русски, но эксперимент есть эксперимент… А чем еще занимать 4 часа дороги? В ходе изысканий я выяснил, что даже веса пустой банки достаточно, чтобы кисть держала её твёрдо.

Но где первая, там и вторая, и я взял еще.

— Друг? — обратился я к водителю. — А какая наша с тобой точка прибытия?

— Поле чудес. — улыбнулся парень в чёрном пиджаке с кабурой под полами и бронёй под белой рубашкой без галстука.

— Мэр в Златоводске Зубчихин еще? — спросил я, словно уезжал на годы.

— Да. — ответил мне водитель.

— Что, как новый мэр?

— Да ничего, дороги принялся везде ремонтировать, с инициативами вышел, чтобы обязать строительные компании строить дома с парковками из расчёта одна машина на квартиру. Фонари на дорогах обновляет, чтобы ярче было. Обещал гуляния возобновить на день города, как в 2000 были, с рок — концертами на дворце спорта, с бесплатным пивом.

— Презервативами и шприцами? — уточнил я, отпивая