(не) удачная миссия шпионки . Операция : любовь - Мила Шедер

— Моя задача… — голос предательски дрогнул, но я усилием воли заставила себя говорить дальше, — была узнать об артефакте смещения душ. Ронда, служанка, что якобы была представлена ко мне… Она помогала мне в этой операции и сейчас находится в подземелье. Делай со мной, что захочешь — Я не буду сопротивляться и приму любое наказание! Но её…

— Твои чувства… это тоже обман? Тоже часть твоей игры? — Перебил меня принц.

Я осмелилась поднять глаза, навстречу бушующей Буре. Слезы, предательски вырвавшиеся на свободу, беззвучно текли по щекам, оставляя мокрые дорожки на моей коже. Я не замечала их, поглощенная страхом, признанием, отчаянной попыткой достучаться до его сердца.

Я только что призналась в предательстве, вывернула наизнанку свою ложь, раскрыла себя как врага в его собственных стенах.

И после этого, после всего этого кошмара, когда на кону стояли жизни и судьбы государств, человек, которого я обманывала … интересовался искренностью моих чувств?

— Мои чувства, – прошептала я, еле слышно, – были единственной правдой среди всей этой лжи. Единственным, что оставалось настоящим во всей этой грязной игре.

Достать эти слова откуда-то из самой глубины души, обнажить эту болезненную правду было невыносимо тяжело. Я говорила это, надеясь, что он увидит хоть искру искренности в моих глазах, почувствует правду в каждом произнесенном слове.

Внезапно, словно порыв ветра, Алан приблизился ко мне, и прежде чем я успела осознать, что происходит, его руки бережно, почти робко, коснулись моего лица. Я замерла, не дыша, боясь пошевелиться и разрушить этот хрупкий момент.

Он аккуратно провел большими пальцами по моим щекам, стирая слезы. В этом простом жесте было столько нежности, столько заботы, что мое сердце забилось быстрее, пропуская удары.

Он нежно притянул меня к себе. Я почувствовала, как его руки крепко, но ласково, обвили мою спину, прижимая к его груди. Он обнял меня так, словно боялся отпустить, словно боялся, что, стоит ему разжать руки, я исчезну навсегда.

В этом объятии я почувствовала облегчение, надежду и какой-то невыносимый страх. Страх потерять его, страх разрушить то, что еще можно было спасти, страх, что мои чувства окажутся недостаточными, чтобы искупить мою вину.

Я ответила на его объятие, прижавшись к нему еще сильнее, вдыхая его терпкий аромат, пытаясь впитать в себя все тепло и нежность, которые он мне дарил. Я понимала, что это, возможно, последний раз, когда я чувствую себя в безопасности в его объятиях. И я хотела запомнить этот момент навсегда.

— Мне нужно было убедиться, что это ты, — прошептал Алан.

"Что это значит?" - пронеслось в моей голове.

Я попыталась отстраниться от него, вырваться из его объятий, но он крепко держал меня, не позволяя отдалиться ни на дюйм.

— Что ты имеешь ввиду?

Он слегка отступил, неохотно отпуская меня из своего кольца, но его руки по-прежнему сжимали мои.

— Мы не были уверены, покинула ли королева твоё тело, — произнес он медленно, словно каждое слово причиняло ему физическую боль.

— Но как ты узнал?

— Леди Мэрроу сумела сбежать, она отыскала нас и с помощью её информации мы предприняли необходимые меры. В подземелье были обнаружены следы темных ритуалов. Жрецы, что проводили их, были пойманы, только вот графу удалось сбежать. Сейчас его ищут стражники, но боюсь он уже использовал портал.

— Ронда в порядке?

К счастью, Алан крепко держал меня в своих объятиях, и благодаря этому я, с моими внезапно ослабевшими ногами, избежала падения на холодный пол.

— С ней всё хорошо, целители восстановили её энергию, — произнёс Алан, нежно убаюкивая меня в объятиях. — Тебе не о чем беспокоиться.

— Какое счастье, — слёзы вновь покатились по лицу. — Могу я увидеть её?

— Можешь, но только после того, как восстановишься сама.

Внезапно, Алан одним резким движением подхватил меня на руки, словно пушинку, и понес в сторону кровати. От такой внезапной фамильярности, от его прикосновений и осознания, что я совершенно беззащитна в его руках, меня пронзила волна смущения. К горлу подкатил комок, а щеки предательски залились румянцем. Я внезапно ощутила себя слишком открытой, слишком уязвимой перед ним, и это ощущение заставляло сердце биться все быстрее и быстрее.

Глава 25.

Осмотр призванного целителя казался бесконечным. Каждый его жест, каждое заклинание проверки на наличие скверны отзывалось нервным подрагиванием в кончиках пальцев. Едва он успокоил меня уверениями об отсутствии каких-либо темных следов, я сорвалась с места, оставив слова благодарности позади. Мои ноги, казалось, не касаясь земли, несли меня по знакомым коридорам к моим старым покоям. Именно там, как сказал Алан, меня ждала Ронда. Одно ее имя согревало изнутри, словно лучик солнца пробивался сквозь густую листву. Мысли о скорой встрече с ней переполняли меня, отчего к горлу подкатывал волнительный ком, заставляя сердце биться быстрее. Я почти бежала, жаждая увидеть ее, обнять и убедиться, что с ней все в порядке.

Добравшись до дверей покоев, я на мгновение замерла, ладонь застыла в дюйме от деревянной поверхности. Вдохнула глубоко, стараясь унять дрожь, и медленно надавила на ручку. Замок щелкнул, и дверь бесшумно отворилась. Сразу же в нос ударил знакомый запах лаванды и ванили – аромат, который всегда ассоциировался у меня с Рондой.

Мое сердце замерло, когда я увидела ее. Она сидела в кресле у окна, спиной ко мне, ее волосы – густые и светлые – рассыпались по плечам. В тишине были слышны лишь ее тихие всхлипы.

— Ронда? – шепотом позвала я, боясь нарушить хрупкую атмосферу.

Она вздрогнула и резко обернулась. В ее глазах, покрасневших от слез, отразилась невероятная радость. Она вскочила с кресла и, не говоря ни слова, бросилась ко мне, крепко обхватив руками.

Я ответила на ее объятия, утопая в знакомом тепле и ощущая, как тяжелый ком в горле наконец-то растворяется, освобождая путь слезам. Слезам облегчения, радости и безграничной любви.

— Я так рада видеть тебя, Лир! Я не сомневалась, что ты вышвырнешь эту змею из своего тела. Вот ни капли не сомневалась!

— Мне так жаль, что тебе пришлось пережить это всё… Глупая, зачем же ты вернулась во дворец?

Ронда отстранилась и, заглянув мне в глаза, нежно провела большим пальцем по моей щеке, стирая оставшиеся слезы.

— Я не могла оставить тебя здесь одну. Как же иначе?! Главное, что самое страшное