Зодчий. Книга VIII - Юрий Александрович Погуляй

— Сложно разобрать, Миша. Мычат, воют, кричат. Он сказал двигаться, и они двигаются.

Я подошёл к машине, забрался внутрь. Люций уселся рядом. Он был в лёгкой броне, усиленной кристаллами высокого ранга, и с двумя короткими изогнутыми клинками с четвёртым уровнем Эха. У безумца в моём плане была особенная роль. Капелюш сел за руль.

Мы покатились по дороге прочь, оставляя слева от себя стены госпиталя. Кстати, утром звонил Буревой, ошеломлённо доложив, что сегодня один из отслеживаемых им пациентов полностью избавился от Скверны.

— Подержу его ещё день, и надо будет отпускать людей, Михаил Иванович. Мы сможем принимать новых пациентов! — восторженно проговорил он. — Невероятно, но ваша система работает. Не понимаю как, но работает. Сканеры Карантинной Службы не отслеживали изменений уже вчера, однако я видел следы. Сегодня их нет. Невероятно. Невероятно! Объясните как, прошу!

Я пообещал поделиться секретом, но только когда на это будет время. К сожалению, эта часть пока буксовала, из-за более высоких приоритетов. Мне даже поспать удалось только пару часов в общей сумме. Пятнадцать минут там, пятнадцать сям. Голова казалась воспалённой.

К приходу Рабума я готовился. Цепь турелей росла вдоль границ Константина, добираясь до Богдан. Откуда ударит генерал Скверны можно спрогнозировать, и пусть пока сканеры Тринадцатого Отдела молчали на том направлении, но рано или поздно ситуация изменится.

Потому что Рабум на самом деле приближался, выставив свои личные приоритеты. Нажим Скверны на северо-запад Российской Империи заметно ослаб. Даже появилась информация, что этим утром войска Государя вошли в Гдов, а после полудня зацепились за окраины многострадального Ивангорода. На ликвидацию прорыва бросались всё новые части, и постепенно всё приграничье насыщалось боевой техникой и одарёнными. Составы шли с Урала, с Кавказа, с Сибири, с Дальнего Востока. Черномор фиксировал новые колонны техники и людей на западных границах. В районе Бреста уже сконцентрировались восемь дирижаблей. А к полудню и на помощь моему «Гордому» должен был прибыть тяжёлый штурмовой тихоход «Граф Александров». Экспериментальная модель. Интересно было бы посмотреть его в деле.

Но сначала план.

Перед тем как покинуть Хрипск, я попросил завернуть на уже знакомую лесопилку. Капелюш вопросов не задавал, а вот Люций, хоть и остался в машине, с интересом выглядывал из окна.

Место схрона я отыскал быстро. Под воздействием аспекта земля забурлила и выплюнула наружу спрятанный мной артефакт. Сунув серебряную сферу за пазуху, я вернулся в машину.

— Что это? — бесхитростно спросил Люций.

Я повернулся к нему и приложил палец к своим губам. Лысый безумец округлил глаза и громко прошептал:

— Секретная тайна⁈

Пришлось с важным видом покивать, и Люций моментально потерял ко мне интерес.

— Это находится здесь, — ткнул я пальцем в карту. Место расположения Сердца Скверны. Люций послушно посмотрел на указанную точку.

— И как я её узнаю?

— Большое, зелёное и пульсирует. Торчит из руин дома на северном краю заброшенной взлётной полосы. Вокруг много свежих воронок, армейцы уничтожить его не смогли. Так что не ошибёшься.

Месторасположение удалось засечь утром, во время прохода «Гордого» над Изнанкой. Небесный броненосец лишь слегка замедлился, когда вошёл в осквернённую местность. Умельцы корабельных верфей создавали дирижабли для действий как раз в таких условиях. Долгий путь опытов и экспериментов для поиска предсказуемости инженерных решений посреди хаоса. Деградация и вершина технологии. Прежде, до появления Скверны, у людей и самолёты были. От них, в конце концов, отказались, из-за непредсказуемости. Сложно доверять технике, которая на огромной высоте вдруг влетает в мелкую осквернённую тварь, выводящую из строя все приборы в один миг.

Так что где-то в ангарах, наверное, самолёты по сей день ржавеют. Люди же перестроились. Вертолёты предсказуемее, дирижабли надёжнее. Короче, с помощью «Гордого» мы около часа облетали зону поиска, держась подальше от гиганта, который всё ещё являлся костью в горле и спокойно мог сбить нас своей чёртовой вышкой.

Слава богу, труды увенчались успехом.

— Сделаю. Выдвигаюсь?

— По сигналу, — помотал я головой. — Постарайся не слишком сильно умереть. Твоя цель — Сердце, понял? В драку лишний раз не лезь. Монстров я займу.

— Ну тут как пойдёт, — осклабился Люций. — Сделаю всё, как надо. Если не заблужусь.

— Ты уж постарайся.

Вечный свернул распечатанную карту, сунул её за пазуху.

— Ваше сиятельство, — окликнул меня Громов. Граф вышел из командного шатра, разбитого в новом месте, подальше от закопанного Мичурина. Кутаясь в шубу, он позвал меня знаком руки. — Вы должны это видеть.

— Постарайся, — повторил я Люцию и двинулся к графу. Вместе мы зашли под полог, где было сильно теплее, чем снаружи.

— Господин Баженов, — поприветствовали меня собравшиеся офицеры. Я поклонился в ответ, бросив взгляд на бирюзовую проекцию.

— Брестское отделение сообщает о приближении Скверны. Траектория движения показывает, что они пройдут здесь, — сказал один из них, проведя черту на карте. Стык между Константином и Богданами.

— Сроки?

— Трудно сказать. Думаю, два дня у нас есть, но двигаются они быстро. Что у вас там с укреплениями, Михаил Иванович? — вмешался Мерзавцев. — Мои кроты смогут приступить к работам уже через пятнадцать минут. Времени в обрез. Не помешаем?

Я помотал головой. Офицеры немедленно погрузились в обсуждение.

Воспользовавшись моментом, я вышел на улицу. Связался с Карелиной, отвечающей за Приборово. Дочка адмирала пришла в себя и возвела ряд укреплений самостоятельно. Мою задачу на возведение системы турелей она восприняла как новое задание на скорость, даже не занервничала. Да и я пугать не стал. Завтра отправлю её к Драконову, а сам займу место девушки.

Осталось дело за малым. Серебряная сфера-манок за пазухой ощутимо жгла руки. За использование творения Тёмного Призывателя меня по голове не погладят, а с учётом аппаратуры Тринадцатого Отдела, которой вокруг было предостаточно, задача активировать её становилась непростой.

Я вдруг улыбнулся и медленно вернулся к месту погребения Мичурина. Присел над «могилой», делая вид, что проверяю состояние ловушки. Затем выкопал аспектом небольшую ямку, вложил в неё сферу и тут же засыпал землёй. Выпрямился, отряхивая руки. Осторожно активировал манок и вернулся в палатку.

— Господа, кажется, начинается, — с обеспокоенным лицом вошёл я в тепло. — Но дайте поработать Зодчим. Отведите людей за турели, прошу. И как можно скорее.

— Начинается? — нахмурился Мерзавцев. — У нас нет сообщений на этот счёт, Михаил Иванович.

Один из армейских генераторов захлебнулся выжатый моим даром, а я, зацепив дармовую энергию, вложил её в манок. Даже здесь послышался далёкий рёв со стороны Изнанки.

— Мне надо идти, — я выскочил из палатки и бегом бросился к Конструкту. Когда ворвался внутрь, то Уваров уже снимал предохранители с огневых рубежей. Фредов напряжённо