Аспид на крыльях ночи - Павел Николаевич Корнев

— А чего-то народу раз, два и обчёлся! — шепнул Ёрш Вьюну, не приняв в расчёт царившей в аудитории тишины, перехватил взгляд Горисвета и смутился. — Простите, старший наставник… Ой, профессор!

Горисвет улыбнулся и уточнил:

— Так понимаю, вы заканчивали школу Огненного репья?

Кабан открыл было рот, но Кочан наступил ему на ногу и успел ответить первым:

— Пробовались, но не поступили. Тут мы от школы Пылающего чертополоха.

Последнее известие оказалось для меня полнейшей неожиданностью, но ситуация не располагала к расспросам, и я не стал выяснять, ляпнул Кочан о школе для пущей солидности или же парням велели не распространяться о трудовых отношениях с епархией.

Горисвет тоже удивился и уточнил:

— Все шестеро от школы Пылающего чертополоха?

— Я сам по себе, — сказал Дарьян. — Аспект не тот.

Профессор перевёл взгляд на меня, и я без заминки заявил:

— Тоже буду от школы Пылающего чертополоха, если суд выиграю.

Занявшие первые ряды аспиранты озадаченно оглянулись, а Горисвет с улыбкой покачал головой.

— Добиваться зачисления в школу по суду — это что-то новенькое.

— Дело исключительно в размытости формулировок договора найма, по которому меня привлекли к кампании против школы Бирюзового водоворота.

Пояснение это Горисвета всецело удовлетворило, и он обратил своё внимание на первые ряды. Троица незнакомых мне молодых людей оказалась выпускниками школы Огненного репья — все они обладали боевым опытом, один даже представлял в недавней кампании Черноводскую епархию.

— В отличие от прочих моих курсов, этот не для всех, — заявил в итоге профессор Горисвет. — Допущенные до него слушатели должны обладать крепкой практической базой. Ничего нового вы тут не узнаете, я лишь помогу раскрыть уже заложенный в вас потенциал, ведь в школах вколачивают знания, которые даже самые талантливые из выпускников используют едва ли на треть. Например, многие ли из вас задействовали приказ «замри!» непосредственно в бою? Никто? А ведь, если включить его в состав огненного шара, попавших под разрыв противников не только опалит, но и парализует!

Кочан не удержался и присвистнул.

— Подло-то как! — выдал он от избытка чувств и сразу добавил: — Мне нравится!

— Седмень бы точно оценил! — ухмыльнулся Кабан.

Ну а дальше их призвали к порядку, и началось вступительное занятие — небезынтересное, но я не столько слушал Горисвета, сколько гадал, каким образом можно поместить в один аркан объёмный взрыв и парализацию. Сколько ни крутил в голове схему подобного аркана, одно неизменно перевешивало и полностью вытесняло другое. При этом не сомневался, что есть не одно и даже не два решения этой задачи, а повсеместно такого рода сочетания не используются в первую очередь из-за существенного снижения общей эффективности чар. К тому же тайнознатцев учат закрывать свой дух, а простецов можно пожечь к чертям собачьим безо всяких изысков.

Но проклятия и парализация… Это было действительно интересно.

Первое прилипчивей некуда, второе добавит атаке многоплановость, а уж если противника получится обжечь, судороги усилят эффект парализующих чар многократно.

Продолжая вполуха слушать Горисвета, я по примеру Дарьяна достал тетрадь и карандаш, но вместо пометок взялся набрасывать варианты новых арканов, а вот парни так всё занятие с открытыми ртами и просидели. Незамеченным это, разумеется, не осталось: если аспирантов задерживать не стали, а книжника отпустили после нескольких вопросов, то остальным профессор устроил настоящий допрос с пристрастием.

Я худо-бедно отбрехался, новоявленных же трудников поставили перед выбором: либо они катятся ко всем чертям, либо берутся за ум и начинают заниматься всерьёз. Читать и считать их выучили в приюте, подтянуть в первую очередь требовалось математику.

— И самое главное: основы комбинаторики! — заявил под конец профессор Горисвет. — Без понимания правил сочетания служебных приказов вам на моём курсе делать нечего!

Кочан набычился.

— Нам что же — ещё и на другие курсы записываться теперь?

Ответ профессора парней нисколько не порадовал:

— Дело ваше, но через месяц я устрою зачёт. Не сможете его сдать, отчислю!

— Но мы же платим деньги! — возмутился Ёрш.

— Ну так и не выбрасывайте их на ветер!

В итоге покинули аудиторию парни озадаченней некуда.

— Ещё не хватало за собственный счёт учиться! — пробурчал Кабан. — Делать мне больше нечего!

— Поговорите в епархии, пусть курс комбинаторики оплатят, — предложил я.

— Они оплатят, конечно, — скривился Кочан, — только потом нам меньше заплатят!

— Лучше меньше на руки получить, чем и без денег, и без яхты остаться! — напомнил ему Вьюн. — Вышибут нас отсюда и поставят на братии крест. Плакал тогда «Репейник»!

Кабан надулся.

— Вот тоже интересно! — с хмурым видом заявил он. — «Репейник» общий, а отрабатывать нам приходится!

— Зато при деле, не сидим как некоторые без работы! — осадил его Вьюн. — Или у тебя богатые родственники есть, которые на содержание возьмут? Или сможешь варианты с лучшей оплатой предложить?

Деревенский увалень смутился, на помощь ему пришёл Кочан.

— Ну чего ты на него насел? — укорил он босяка. — Скажи лучше: будем с Бедным разговаривать, нет?

— Да толку-то? — вздохнул Вьюн. — Вы и так нам слишком дорого обходитесь! — заявил он, явно передразнив священника, но сразу успокоился и махнул рукой. — Ладно, поговорим! За спрос денег не берут. Но нам же ещё математику подтягивать…

— Есть студент один на примете, — подсказал я. — Сам с ним заниматься собираюсь.

— Студент? — обрадовался Кочан. — Студент — это хорошо! Надо связями обрастать. Когда познакомишь?

Я предложил прямо сейчас наведаться в одну из закусочных по соседству, благо у меня случилось окно между занятиями, а по пути на выход показал парням спуск в подвал.

— Внизу тренировочные комнаты. Каждому по часу в день полагается. Только записываться надо заранее.

Кабан скривился.

— На кой они нам? Вышел на задний двор и тренируйся сколько влезет!

Я покачал головой.

— Там защита стоит, любую дичь творить можно, не опасаясь соседей зацепить.

Удивительное дело, но у крепыша вмиг загорелись глаза.

— Дичь творить — это я завсегда! Айда прям сейчас!

Вьюн покачал головой.

— Пообедаем, договоримся с репетитором и вернёмся.

Мы покинули факультет тайных искусств и зашагали по улице. Кабан безостановочно зевал, Ёрш с интересом поглядывал на изредка попадавшихся навстречу барышень, Кочан взялся расспрашивать меня о Хориве, а вот Вьюн шёл и что-то напряжённо обдумывал. Оживился