Этот мир не выдержит меня. Том 6 - Максим Майнер

Я складывал их друг с другом, перемещал с места на место, пока они не превратились в высокую «башню», символизирующую план моих дальнейших действий. Неустойчивая, выстроенная на не самом надёжном фундаменте, она могла развалиться в любую секунду, похоронив под собой всех.

Моя задача заключалась в том, чтобы удержать её в равновесии ровно столько, сколько понадобиться, а затем обрушить на головы врагов, разом избавившись если не ото всех, то от многих…

— Может лучше не надо? — поёжился Борри, почувствовав мой хищный настрой. — Они оба — что Бист этот, что Ниго — страшные до жути… Как вспомню их, аж холодок по коже.

— Надо, Борри, надо… — задумчиво произнёс я, обкатывая последние детали только что родившегося плана, а затем добавил, глядя прямо в глаза моего испуганного собеседника. — И тебе придётся мне помочь.

— Так я ведь уже помог, разве нет? — несмело возразил Борри. — Я ведь рассказал всё, что знал…

— Ты молодец, — мягко сообщил я. — Но иногда одних только слов недостаточно. Тебе придётся вернуться к Ниго, чтобы передать ему кое-что.

— Как же я к нему вернусь, господин? Я ведь не знаю, куда он делся!

— Зато я знаю. Он на переправе у «Закрытого Глаза» — неподалёку от того места, где ты так «неудачно» подвернул ногу.

Я действительно был уверен, что Ниго находился сейчас на поле недавнего боя с вольниками или где-то очень неподалёку. Именно там он пролил много крови, а значит, именно там было бы логично устроить выход из магического тоннеля.

— Так это же далеко, — осторожно произнёс Борри. — Я же туда два дня буду идти, если не больше…

— Пешком — да, — согласился я и добавил, бросив взгляд на чернильное пятно, блестевшее неподалёку. — Но у нас есть другой вариант.

— Ну уж нет!!! — Борри, конечно, сразу всё понял. — Я не полезу в лужу! Она страшная до жути!

Коттар злобно взмахнул хвостом. Этот жест должен был показать толстячку, что его желания здесь никого не волнуют.

— Понимаю тебя, — я, в отличие от зверя, был не столь категоричен и груб. — Но другого выхода нет. Ты ведь сам сказал, что пешком будешь идти туда несколько дней, а мы не располагаем таким количеством времени.

— Но как же… — Борри чуть не плакал.

— Ниго сам использовал лужу, ты это видел, — сказал я. — Но он ведь не самоубийца, так? И значит, риск не настолько велик…

— Но он есть!

— Есть, — согласился я. — И он будет оплачен золотом. Десять дукатов сразу, как только ты сделаешь то, что мне нужно.

— Сколько? — прохрипел Борри. Размер награды настолько поразил его, что даже страх поутих, уступив место удивлению.

— Десять золотых дукатов, — отчеканил я.

Скупиться не имело смысла. Нет, можно было сэкономить, надавив на Борри, однако ситуация не располагала к нелепой прижимистости. Мне требовался союзник, готовый к самостоятельным действиям, а не испуганная «марионетка», думающая только о том, как бы половчее оборвать удерживающие её нити.

— Я… Я готов… — негромко произнёс Борри. Не скажу, что его голос звенел от уверенности, но и прежних плаксивых ноток в нём уже не осталось. — Как… Как я могу помочь?

— Найди Ниго и скажи ему, что я сломлен и готов выполнить любые требования, но мне нужно время, чтобы достать «призму» из тайного места. Передай ему, что я буду спешить изо всех сил, но смогу прийти только завтра, ближе к вечеру, и поэтому умоляю его сохранить жизнь моим сёстрам до этого момента. Запомнил?

Борри кивнул.

— Тогда вперёд, — я указал взглядом на пятно.

Борри тяжело сглотнул, замерев в шаге от огромной чернильной лужи. Напряжённая тонкая плёнка на её поверхности призывно задрожала.

— И ещё, — проникновенно произнёс я, прежде чем толстячок шагнул в неизвестность. — Излишне говорить, что тебе не стоит омрачать нашу дружбу предательством?

Деньги деньгами, но «пряник» в связке с «кнутом» всегда работает куда лучше.

Коттар зарычал, обнажив солидных размеров клыки. Борри едва не грохнулся в обморок, однако сумел справиться с собой, хотя и зашёлся в приступе нервного кашля.

— Я не подведу, — спустя мгновение сообщил он, закрыл глаза, зажал пальцами нос и решительно прыгнул вперёд.

Его фигура вошла в черноту без всплеска и без звука — словно не в жидкость, а в нарисованную на земле бездонную пропасть. Поверхность пятна сразу перестала дрожать и сыто заблестела, будто хищник, получивший долгожданную добычу.

Однако, если верить «призме», ничего страшного с толстячком не случилось. Он просто свалился под землю и с удивительной скоростью, сопоставимой со скоростью болида на треке Формулы 1, помчался на юго-восток — туда, где находился выход из магического тоннеля. Что же, надеюсь, у Борри нет проблем с вестибулярным аппаратом…

— Я не хочу!!! — заорал вдруг «Торн». — Хоть режьте меня, но я туда не полезу!!!

Серый уже закончил допрашивать его, и теперь парень, который не слышал мой разговор с Борри, решил, что ему тоже предстоит прыгнуть в страшную чёрную лужу.

— И не надо, — сказал я. — Ты пойдёшь…

Договорить я не успел. «Торн», окинув округу полубезумным взглядом, бросился в сторону, не разбирая дороги, с единственным желанием оказаться как можно дальше отсюда.

Неожиданная попытка побега не стала сюрпризом для Серого. Он был готов ко всему и поэтому успел ухватить подопечного за ворот и рукав куцей куртки, однако страх, лишивший пленника разума, вместе с тем придал ему недюжинных сил.

«Торн» рванул из захвата с нездоровым энтузиазмом, словно волк, готовый отгрызть себе лапу, чтобы выбраться из капкана. Правда, такая самоотверженность ему не понадобилась. Ткань куртки, не выдержав натиска, с треском разошлась по швам. В руках Серого осталось лишь несколько лоскутов, а беглец, бешено вращая глазами, устремился вперёд.

— Берите его! — скомандовал я бойцам Серого.

Его люди уже давно присоединились к нам, взяв периметр под охрану, и могли легко разобраться с неприятным эксцессом.

Наперерез «Торну» бросились сразу двое. Они действовали столь слаженно и умело, что сомнений не осталось — побег обречён. Ещё пара секунд, и пленник окажется в их руках.

Однако всё получилось совсем не так. Люди Серого были очень быстры, но кое-кто оказался быстрее…

Коттар плавно, будто бы рисуясь, поднялся с земли, грациозно стряхнул прилипшую к шерсти хвою и посмотрел на меня. В холодных жёлтых глазах хорошо читалась почти неприкрытая неприязнь.

Казалось, зверь видел насквозь все мои замыслы и намерения, но считал, что я делаю недостаточно для спасения «стаи». Долгие разговоры и хитроумные планы только