Побег - Виктор Викторович Зайцев

— Получается, мы оба Кузнецовы, при необходимости даже фамилию менять не надо. Ой, что-то я не то сказала. — Прикрыла в растерянности рот Анна.

— Да, фамилию менять не придётся, потому что я влюбился в тебя с первого взгляда, как только увидел на улице. Понимаю, что ты не примешь окончательное решение о замужестве с первым встречным. Но могу заранее сказать, выходи за меня замуж. И буду это повторять при каждом удобном случае. — Я улыбнулся и поцеловал пальчики правой руки девушки, которые она даже не попыталась отдёрнуть, словно замирая при поцелуях. Мы простояли в неподвижности несколько минут, пока не очнулись. Я повёл её к остановке троллейбуса. — Я провожу тебя до дома, не возражаешь?

Ошеломлённая моими словами и поведением, совсем не похожим на растерянное бормотание сокурсников, вперемешку с глупостями, так и рвущимися из студентов, Анна молчала. На остановке мы сели в нужный троллейбус и доехали до знакомой остановки. Там я проводил девушку до её подъезда и, даже не пытаясь поцеловать, отпустил Анну домой.

Всё таки я успел добраться до массажной каморки вовремя, чтобы отработать с клиентами, ставшими постоянными. Рассказал всем, что через пару недель начну работать полный день, буду принимать больше желающих. Эпоха обилия массажных салонов пока не наступила, я оказался одним из первых массажистов в Свердловске. Более того, после моего массажа поголовно все клиенты утверждали, что чувствовали себя действительно лучше. Некоторые после курса массажа забыли про хронические заболевания, поэтому отзывались о моих услугах исключительно в положительном аспекте. И невольно делали мне рекламу, поставляя новых желающих массажа.

Возвращаясь домой, меня угнетало предчувствие наступления трудного времени, я не сомневался в предстоящих неприятностях. Мои ожидания стали оправдываться уже следующим утром, когда обнаружил слежку сразу от квартиры, вернее от своего подъезда. Не собираясь убивать своих шпиков, решил на них тренироваться в нанесении нелетальных повреждений. Заодно расширю круг своих возможностей, надо же на ком-то тренироваться? Пока я умею лишь устраивать закупорку мочевыводящих путей и ослаблять анальный сфинктер. Хотя имеется масса других способов убрать своих противников, не убивая их. Например, усыпить, что я попробовал сделать на своих шпиках, на короткое время сузив им сонные артерии.

При нехватке кислорода мозг сразу будет впадать в забытьё или сон, чтобы не доводить до смерти, сужение артерий минут через десять закончится. К тому же сон на снегу в марте месяце сам по себе здоровья не добавит, зато шпики отстанут от меня некоторое время. С Аней мы встретились на троллейбусной остановке, и девушка спросила удивлённо:

— Почему мы раньше не встречались на остановке?

— В этот район я перебрался недавно, и обычно приходил на остановку гораздо раньше. — Пожал я плечами, подсаживая девушку в подошедший троллейбус.

Сам подумал, что пора пригнать машину из Перми, да возить Анну в политех по утрам. Если машину не украли, конечно. Тогда придётся покупать новую, но сразу в Свердловске, и лучше вместе с гаражом. Проводив девушку до института, я успел на работу, почти минута в минуту. А после утреннего обхода обнаружил в отделении новых «засланных казачков». На сей раз всего двух, один устроился санитаром на свободную вакансию, другой электриком на этаж. Но предпочитал весь день проводить у нас.

Пока решил подумать о способе их нейтрализации, так, в думах, и проработал до вечера. Потом спешил к парадному выходу из политеха, встречать Анну. На этот раз мы снова прогулялись, благо погода стояла весенняя, ни ветра, ни снега. Расслабившись во время беседы с девушкой, мы зашли в сторону рынка, где я заметил встречных кавказцев уже перед самым носом, когда сворачивать было поздно. Как ни странно, один из южных людей узнал меня, а учитывая, что их было уже шестеро, миром они не захотели разойтись. Единственное, что я успел, быстрым шагом отвести Аню в ближайший двор, чтобы не драться на людной улице. Все шестеро чёрных людей побежали за нами, в чём я и не сомневался. Более того, они в меру своего знания русского языка кричали нам вслед угрозы, в том числе и моей девушке.

Оставив девушку за своей спиной, я постарался быстро успокоить горячих южных парней, оставив их лежать на грязном снегу придомового тротуара. Вернулся к Ане, и мы вновь вышли на улицу, продолжая прогулку. Я не сомневался, что больше нас не станут догонять, не смогут. У троих сломаны рёбра, остальным перебил голень на одной из ног. Девушка не сразу пришла в себя, удивившись моему спокойствию, с которым я продолжил прерванный дракой рассказ о Павле Петровиче Бажове, большим почитателем которого был с детства. Единственное, что я сделал после нападения кавказцев, повернул в обратную сторону, не приближаясь к рынку. Затем, уже традиционно, пригласил зайти перекусить и отдохнуть в кафе, где удалось неплохо подкрепиться. Только после выхода из кафе девушка решилась спросить:

— Федя, где ты научился так драться?

— В армии, конечно, — невозмутимо ответил я. В эти годы подобный ответ был естественным для мужчины, особенно девушке, якобы у меня подписка о неразглашении и подробно ничего не скажу. Для жителей Урала, привыкших к закрытым производствам, вполне достаточно одного намёка на гостайну.

Так мы и провели с Аней оставшиеся до единственного нашего выходного воскресенья дни недели. В онкоцентре я развлекался на стукачах, развивая свои боевые способности. И достиг немалого успеха, научился ослеплять, парализовать конечности людей, не считая недержания мочи и кала, сердечных приступов и даже зубной боли. Зря что ли в мединституте учился? Правда, все свои эксперименты я ставил на короткое время, не больше четверти часа. Но, как ни странно, после моих шуток, шпионы обязательно менялись, суеверные люди эти уголовники. На уличных шпиках я исследовал расстояние воздействия. К концу недели был уверен в своих результатах на сто метров точно, более этого воздействие было довольно слабым. Лучше не применять, чтобы не позориться. Да и перед кем позориться-то?

В воскресенье мы с Аней пошли в Свердловский театр оперетты, один из моих любимых театров России. Даже в советские времена его ценили, как школу мастерства для будущих звёзд и актрис московских и ленинградских театров. Ещё в молодости оценил именно этот театр, после первого своего посещения. Я не большой ценитель и знаток оперетты, но в столичных театрах всегда претили равнодушные лица женщин из кордебалета. Это в кино они улыбаются, а в театре, особенно к концу спектакля пляшут с полным равнодушием