Побег - Виктор Викторович Зайцев

на лицах. Видно, что мыслями ждут окончания спектакля, чтобы заняться своими делами. В Свердловске не так, там молодые танцовщицы играют натурально, видно, что им самим приятно и нравится танцевать. Они не отбывают рабочую смену, а с радостью пляшут с улыбками на лицах. Такой театр мне больше нравится.

Всю неделю моего общения с Аней я рьяно ухаживал за ней, даже читал стихи, которые ещё с прошлой жизни помнил достаточно, выучил за годы своего ухаживания за женой. Но не только стихи были сферой нашего общения. Оказалось, что девушка получает диплом по специальности инженера-механика, уже на третьем курсе. Что меня порадовало. Во-первых, это значит, что Аня совершеннолетняя, а во-вторых, я тоже инженер-механик по первому образованию. Причём учился не так и бездумно, хотя и не был зубрилой. Некоторые курсы, вроде деталей машин, сопромата, гидравлики, помнил довольно хорошо. Хотя в ТММ, часто расшифровывающимся как «там моя могила», и научном коммунизме плаваю абсолютно. С трудом сдал экзамены на тройки, как помню.

Так что в перерывах между чтением стихов, мы разговаривали и на темы её учёбы, и я даже не переспрашивал инженерные термины. Пару раз очень удачно мне удалось вставить свои двадцать копеек в её понимание механических дисциплин. Пока Аня не понимала этого, увлечённо общаясь со мной. Думаю, что в ходе обдумывания наших отношений, наверняка удивится знанию точных наук простым медиком, представителем гуманитариев, таких как педагоги, филологи и прочие вольные музыканты. Так вот, в воскресенье, проведённое с девушкой до позднего вечера, я вернулся домой в отличном настроении. Именно этим вечером я решил ускорить провинциально неторопливое ухаживание, и несколько раз поцеловал Аню у подъезда. Причём, мне, старому цинику, было видно, что девушке самой хотелось поцелуев.

Каждый раз после нашего расставания, я ждал на входе в подъезд, пока девушка хлопнет дверью своей квартиры на четвёртом этаже. Так и в этот вечер, только дождавшись знакомого стука дверей, отправился к своему дому, до которого было около десяти минут нормального шага. Не зря же мы встретились на одной остановке троллейбуса. Этим вечером я не спешил домой, медленно шёл по тёмным дворам под хлопьями падающего снега. Размышлял о своих планах на будущее вообще и общих планах вместе с Аней. К своему удивлению, не заметил возле подъезда ставших привычными соглядатаев. Что-то подозрительное ёкнуло в сердце, и я привёл себя в боевое состояние души, проверил укрепление туловища и крепость черепа.

В подъезде всё было в порядке, я поднялся до своего этажа и остановился перед дверью в квартиру. Ощущение опасности просто звенело, заставляло задуматься. То, что кто-то проник в квартиру, меня не пугало, но мелькнуло опасение, что входные двери могли заминировать. Такая вероятность была, на моей памяти в нашем городке была пара взрывов квартир, так и оставшихся нераскрытыми. Но эти взрывы были уже в девяностые годы, после распада Союза, когда весь Кавказ усиленно резал друг друга, откуда и повезли в Россию оружие. Сейчас, во времена СССР, в нашем регионе до минирования квартир ещё не дошло. Остаётся засада боевиков, которая тоже не особо пугала, поэтому я решительно повернул ключ в замке и шагнул в прихожую.

И тут же получил удар кулаком в ухо, отлетев на стену. Маловаты прихожие в типовых квартирах, развернуться негде. Особого вреда этот удар не причинил, но дал мне долю секунды, чтобы сориентироваться в ситуации. Я успел рассмотреть, что в самой прихожей у меня один противник, но громила такой, каких мало. Обычного человека его удар мог и на тот свет отправить, а мой укреплённый череп меня спас. Хотя лёгкое сотрясение мозга всё таки получил, изображения в моих глазах расплывались. Такой футбол нам не нужен! Я машинально парализовал руки и ноги громилы, чему поспособствовал наклон его в мою сторону с явно враждебными намерениями. Продолжая лежать в ожидании второго удара или пинка, я сжался в комок, стараясь рассмотреть остальных присутствующих в квартире.

Не могли уголовники послать ко мне одного человека, не могли. Паханы по определению никому не доверяют, а громилы часто тугодумы. Да и пригляд нужен за подобными ретивыми исполнителями. Пара секунд ожидания прошла, но никакого удара не случилось. Только тяжёлая туша уголовника навалилась на меня. Ура! Мои умения парализации сработали неожиданно быстро, видимо, от испуга. Доли секунды мне хватило, чтобы выбраться из-под упавшего на меня тела, выпученные глаза громилы показывали, что неповиновение ручек-ножек ему не нравится. Я же, вставая на ноги, рассмотрел тех, кто находился в маленьком зале моей съёмной квартиры. Всего два человека, и пока в ступоре от падения ударной силы незваных гостей. Более того, два молодых парня были напуганы и удивлены, что несколько удивило и меня самого.

— Фёдор Васильевич, мы поговорить, — догадался негромко и спокойно сказать один парень, когда оба вскочили со стульев. Видимо, подействовало моё хищное выражение лица.

— Таким способом? — Я кивнул назад, где шевелился громила, безуспешно пытавшийся встать. К его счастью, продолжая молчать.

— Нет, — вступил в разговор второй парень. Судя по обоим, незваные гости были не судимы и не производили впечатления идиотов-гопников. — У нас к Вам предложение. Лёха себя неправильно повёл, такого уговора не было. Видимо, решил показать себя.

— Хорошо, пусть полежит, послушает разговор. А вы присаживайтесь. — Я прошёл в комнату и плюхнулся в кресло, лицом к парням.

Парни осторожно уселись на стулья и стали излагать свою идею, которая сводилась к нехитрой мысли — крышевать многочисленных частников-кооператоров, избегая других преступлений, и обеспечивать настоящую защиту своих клиентов от наезда уголовников и прочих хулиганов. Собственно говоря, хотели создать прообраз будущих ЧОП, пока не разрешённых законодательно. В ближайшие годы, как помню, для создания ЧОП потребуется пройти множество законодательных препонов, недостижимых для обычных граждан. Потому и стали руководителями первых частных охранных предприятий высокопоставленные офицеры МВД или ФСБ, в силу возможности документального оформления необходимых бумаг, а не по умению.

После нескольких уточняющих вопросов мы пришли к обоюдному соглашению. Напрямую участвовать в деятельности парней я не буду, денег мне хватает и без этого. Но обещал помогать им в случае неминуемых разборок с уголовниками и вымогателями. Для чего мы согласовали систему быстрой связи по утрам и вечерам, благо парни оказались моими соседями. Имею в виду не по дому, а по кварталу, с которого они и принялись работать. Учитывая отсутствие судимости, не хулиганистые привычки, их защиту с некоторым сомнением приняли больше половины кооперативов нашего микрорайона, чему неплохо посодействовали физические