Без страха и упрёка 3 - Андрей Борисович Земляной

Но допуск первой группы — «Совершенно секретно» и звание лейтенанта госбезопасности, продавливали любые связи и знания, так как порой действительно приходилось работать с засекреченными источниками, и отвечать за косяки перед людьми, категорически не желавшими общаться со всякими штатскими.

За лето войска отогнали нацистов от центральных районов, образовав линию: Ораниенбаум, Новогород, Великие Луки, Полоцк до Витебска, взяв Полтаву и Днепропетровск, вплотную подойдя к Минску, Николаеву и начав бои за Крым, где Вермахту уже ничего не светило, так как основные силы армии уже тихо кормили червячков по массовым захоронениям, и в ожидании новых ударов Красной Армии, Германия объявила тотальную мобилизацию сгребая под ружье стариков и подростков, а также весь нестроевой сброд, пока не трогая рабочих на заводах, но это только пока.

Моррис приехал в Москву в середине августа, с полномочиями торгового представителя банкирского дома Ротшильдов, причём не какой-то его ветви, а всего дома, и отдельно имея бумагу от государственного департамента на ведение экономических переговоров с советской стороной.

Но цель его приезда заключалась в другом. Геологи подтвердили наличие объявленных запасов лёгкой нефти в заливе Прудо-Бей, и, хотя места отличались крайним негостеприимством, зато удалось подписать разрешение на добычу за сущие копейки, потому как никто в Геологическом Управлении правительства США, не верил, что там вообще можно что-то найти.

А три миллиарда бочек, это три миллиарда, и на таком солидном фундаменте уже можно строить весьма далеко идущие планы, и господин Моррис, а также сопровождающие его юристы швейцарского дома Ротшильдов, в назначенное время сели за стол переговоров с товарищем Литвиновым, Штурминым, поскольку на его присутствии Ротшильды настояли категорически, и наркомом Среднего машиностроения Степаном Акоповичем Акоповым, ранее работавшим директором Уралмаша.

Список необходимого оборудования уже был подготовлен советской стороной, но швейцарцы сразу сломали всю задумку, предложив комплектный станкоинструментальный завод японской компании Амада, хранившийся на складе в США, в ожидании послевоенного скачка цен, на восстановлении производств. Банкирский дом Ротшильдов брался доставить станки во Владивосток, и приступить к монтажу станков на указанной площадке, но только при условии заливки фундаментов и подведённых коммуникаций согласно проекту.

Это Степан Акопович понимал, как никто другой. В чистом поле станки не поставить, а тем более станки высокоточные. Поэтому он без разговоров принял большую пачку документов со спецификациями на здания и сооружения будущего завода, не видя вообще темы для споров, тогда как заместитель наркома товарищ Литвинов вдруг развёл странный разговор на тему того что господа Ротшильды могли бы взять на себя ещё и стройку, но внезапно был прерван Штурминым.

— Товарищ Литвинов. Договор со стороной банкирского дома был простым. Мы им полезную информацию, они нам завод. Без всяких осложнений и обременений в виде стройки самого завода, общежитий, садиков рядом с ним, и музея трудовой славы династии Ротшильдов. Полагаю, что на этом предварительные игры можно закончить и переходить к подписанию документов.

Лицо замнаркома покраснело так, что об него можно было прикуривать сигареты. Но кое-как справившись с вспышкой злости, он продолжил выторговывать какие-то дополнительные условия, на что Алексей, просто встал, одёрнул китель, и улыбнулся Моррису и его людям.

— Господин Моррис. Я ведь больше не нужен? Договор со своей стороны вы закрыли, и насколько я понимаю даже с определённой форой, так что этот этап я считаю закрытым. Предлагаю собраться вечером в том же кабинете где и в прошлый раз и обсудить наше дальнейшее сотрудничество.

— Останьтесь. — Совершенно ледяным тоном произнёс Литвинов на этот раз побледнев. — Я никого не отпускал.

— Вы мне не начальник, товарищ Литвинов, и ничего мне приказать не можете. — Спокойно ответил Штурмин, с улыбкой. — По всем вопросам обращайтесь в генеральный штаб. Они непременно вас выслушают, и окажут всю возможную помощь. Наверное. — И более не обращая внимания на злобно пыхтящего Литвинова, он пожал руки банкирам, и вышел из комнаты.

Следом вышел Акопов с толстой папкой спецификаций, а оставшемуся в одиночестве Литвинову не оставалось ничего другого как подписать контракт со стороны советского правительства, ибо он отлично понимал, что с ним сделают не поставь он свою подпись. Будешь мечтать о Магадане как о рае на Земле.

Но его аппаратного чутья и понимания «момента» не хватило для осознания всей ситуации и на расширенном Совете Обороны, где в пункте «разное» значилось обсуждение подписания контракта по станкам, и технологиям, он выступил с горячей речью, где, как он считал, смешал с грязью какого-то капитана, не давшего ему выжать из капиталистов дополнительные условия.

— И простите товарищи, но поведение этого молодого человека я считаю вредительским и предательским. Именно его действия привели к тому, что мы получили лишь один завод, вместо всего комплекса сооружений, который бы нам очень пригодился. Безответственное и я не побоюсь этого слова предательское поведение капитана Штурмина, ставит вопрос о привлечении его к ответственности по статье предательство Родины и антисоветская деятельность, о чём мной написано обращение в генеральный штаб и наркомат внутренних дел.

Чрезвычайно гордый собой, Литвинов сел, не замечая знаков, подаваемых ему наркомом индел Молотовым и того как, переглянулись Жуков, Тимошенко, Сталин и Берия.

— Значит говорите безответственный предатель. — Сталин встал и держа в левой руке незажжённую трубку, медленно прошёлся вдоль стола, за которым сидели члены Совета. — Но вы же читали как вообще случилось так, что нам достался этот завод? Первоначальное предложение находилось ещё в стадии обсуждения у профильных наркоматов, и мы были склонны принять его, несмотря на очень немалую цену, когда вдруг возник этот капитан, кстати уже трижды награждённый орденами Ленина, и званием Героя Советского Союза, и продал капиталистам по сути воздух. Месторождение нефти на крайнем севере США, о котором кстати ни мы ни их геологоразведка не подозревали и более того, наши геологи меня уверяли, что там никакой нефти быть не может. Но, изыскания подтвердили его правоту, и