Такидзиро - Семён Афанасьев

— Именно нам, именно здесь и сейчас, именно этого воздуха — точно. Дело даже не в том, что цель в виде вашего допотопного геликоптера не недостижима, — похлопал по прикладу. — Вы неправильно ставите вопрос.

— Как правильно?

— Насколько они вообще могут догнать убегающий корабль этого класса. Если мы сейчас идём со скоростью семьдесят узлов…

— Сколько?

— … около ста тридцати километров в час.

— То?

— Ни Z-8, ни Z-9, ни Z-20 не достигают таких скоростей; максимум этих вертолётов — сто-сто двадцать узлов (двести-двести тридцать км в час) в боевом режиме. Но на практике при подъёме, манёврах, с загрузкой и при плохой погоде они летят медленнее. — Видя, что собеседник не врубается, тайбэец пояснил. — Если корабль быстро глотает дистанцию и прочно держит курс, вертолёту потребуются время на взлёт и набор высоты, прямое направление без коэффициента манёвра, запас топлива и возможность поддержать высоту-скорость. Ещё — прямое полётное пространство без запретов, но этот пункт, пожалуй, единственный, который в наличии.

— Кажется, теперь понял.

— Ваш вертолёт, даже если успеет долететь, максимум сможет визуально сопровождать нас, передавать координаты. Но он едва ли будет в состоянии стрелять или физически нас перехватить. Особенно с учётом того, что именно этот корабль будет продолжать уходить во что бы то ни стало: этот экипаж не сдастся никогда.

— Чего вы тогда опасаетесь?

— Вот проблема, которая может быть серьёзней, — южанин мрачно ткнул в третью точку на экране.

Закрытая капсула защищала от ветра, воды и шума, но давала возможность наблюдать за всем происходящим наверху. Демпферы и ремни минимизировали любой дискомфорт при манёврах. Кресло — широкие, дугообразные, обшитые влагостойкой кожей, на газовых амортизаторах и гидравлической подвеске; с боковми валиками, подголовниками — и вовсе создавали ощущение запредельного комфорта.

Покидать такое место не хотелось, но генерал твёрдо решил, что если придётся (тьфу три раза) — отсиживаться не будет.

Хотя и непонятно, как заставить себя стрелять по своим. По своим несмотря ни на что. Опять же, а дадут ли ему оружие?

В динамике ожил отдельный коротковолновой канал. Прозвучало что-то по-японски.

Чень вопросительно поднял подбородок.

— Мы сбросили имитаторы AIS. На короткое время здесь «будет» два судна, одно из них — обычный филиппинский рыбак.

— Это же никого не обманет? Я хоть и сухопутный, но даже я понимаю: сравнить данные спутника, радиолокацию в районе и визуальное наблюдение с тех же вертолётов — и всё! Не вопрос да или нет, вопрос менее чем часа! — Чень вздохнул. — Если погоня началась в территориальных водах КНР, то и двенадцатимильная зона — не панацея и не спасение. На что мы рассчитываем?

— Сама по себе — не панацея, соглашусь, а вот как часть комплекса… — южанин утратил интерес к беседе с условным соотечественником, сменил язык и, продолжая возиться с винтовкой, задал вопрос в гарнитуру на нихонго.

Выслушал ответ в динамике, вернулся в кресло, оставив собранную винтовку на мягком диване.

Глава 13

Unindentified Vessel, this is China Coast Guard 5901. Shut down propulsion immediately and heave to!

— Неопознанное судно, это Сторожевой корабль 5901 Береговой охраны КНР. Немедленно заглушить установку и лечь в дрейф! — перевёл Ченю тайванец, не отрываясь от монитора.

— Благодарю, я понял. Что будем делать?

— Мы с вами — следовать в кильватере персонала нашего уважаемого перевозчика. Иначе говоря, внимательно наблюдать, что делают и повторять за ними. Вам приказывать не могу — ваш собственный выбор. Но лично я поступлю именно как сказал.

Ответ капитана пограничникам КНР не заставил себя долго ждать:

Это японское научное судно MUDO. Нахожусь в международных водах, вне юрисдикции Китая. Имею проблемы с AIS, которые в ближайшее время устраню. Подчиняться пиратскому требованию отказываюсь — следую своим курсом, установку глушить не буду.

— И что дальше? — Чень уже понял, что в гарнитуре собеседника параллельно происходит ещё один информационный обмен.

С места пекинца было неясно, через мостик или автономный, через собственный спутниковый канал.

Опыт любого генерала хорош тем, что с высоты многолетней практики некоторые моменты в оперативной обстановке ясны по умолчанию, без расшифровки. Условно схожий аналитический комплекс существует в медицине — врачи называют его клиническим мышлением.

— Если ещё хотя б пять-семь минут продержимся — можно считать, выскочили. — Южанин неожиданно вспотел и потянулся за винтовкой, не вставая из кресла.

— Нас спасут? — поиронизировал Чень, который банально выдохся на этом этапе от напряжения.

Не физически, эмоционально. Ещё неизвестно, что хуже.

— Нас уже спасают, — веско уронил тайбэец. — Вы просто не видите всего. В отличие от меня и мостика. Извините.

Два канала у него в ухе, напомнил себе генерал. Интересно, с кем второй (первый-то точно с капитаном).

MUDO, вы нарушили территориальные воды Китая! Сообщите флаг, имя судна и намерения надлежащим образом! Подготовьтесь к досмотру! В случае отказа будут применены меры принуждения.

Чень задумчиво потёр затылок.

Ответ перевозчика снова выстрелил без задержки:

Береговая охрана КНР 5901, говорит MUDO. Мы находимся в международных водах. Ваша попытка перехвата иностранного судна вне зоны вашей юрисдикции является актом пиратства. Держитесь на дистанции.

Мы не обязаны и не будем выполнять незаконные приказы. Не приближайтесь.

— Боюсь, в данном случае прав будет тот, у кого больше прав. То есть сил. — Вздохнул пекинец. — Чем-то напоминает сцену с дорожной полицией в давние времена, до систем видеонаблюдения. Водитель нарушил, дорожный полицейский увидел лично — но не может никак подтвердить в суде, видеозаписи ещё не было. Слово против слова.

— И что было в таких случаях у вас? — вежливо поддержал беседу собеседник, до засилия камер на дорогах машину явно не водивший и тех времён банально не заставший по техническим причинам.

— Если прямо на дороге — прав тот, у кого больше прав. Применительно к нашей ситуации — более сильный, — генерал кивнул на экран.

— Лишь бы не начали обстрел прямо сейчас. — Тайванец на мгновение задумался. — По идее, не должны: для ракетно-артиллерийского время не настало, а по остальным пунктам будем дискутировать, — кивок на оружие.

MUDO, это последнее предупреждение. У вас 5 минут для выполнения требований. Если не остановитесь и не предоставите борт для досмотра добровольно, береговая охрана КНР 5901 применит все необходимые меры принуждения.

Капитан (или кто там ведёт диалог) с ответной репликой традиционно не затянул, в этот раз — с намного менее формальной.

Или с намного более формальной, как посмотреть:

This is MUDO.

Tennō Heika Banzai!

— «Приди и возьми», —