Такидзиро - Семён Афанасьев

с четвертью. Когда стартовали, обратный отсчёт на лаге начался что ли с двадцати трёх с чем-то. Получается, переход из подводного положения в надводное и пересадка (интересно, куда?) запланированы сразу по достижении этого рубежа. Плюс-минус.

Ситуация не то чтоб хрестоматийная, Родина в данных обстоятельствах может пойти и на непопулярные (с точки зрения международного морского права) шаги. Однако будем надеяться, сказал он себе, эти ребята знают, что делают.

После гонки на kawasaki, после этих часов на подводном буксировщике истощение нарастало, а сил на эмоции было всё меньше.

Если судно стоит дальше двенадцати морских миль, оно уже не находится в территориальных водах КНР и формально выходит из-под оперативной юрисдикции береговой охраны-дробь-полиции КНР на предмет обычного преследовани и обыска. За исключением специальных прав и международных процедур, напомнил себе генерал, но в данном случае о них речь и не идёт.

Теоретически, право на преследование таинственного японского корабля у береговой охраны КНР может возникнуть, если бы японцы были замечены в территориальных водах Китая — до тех пор, пока преследование остаётся непрерывным.

Дальше начинается смежная зона, двадцать четыре мили или сорок пять километров. Прибрежное государство имеет расширенные права по контролю (пограничный, таможенный, санитарный контроль), вряд ли применимо в их случае.

Не стоит обольщаться, остановил себя Чень. Если из Пекина будет команда… лучше не думать в этом направлении. Будем уповать на то, что перевозчик всё просчитал, а в высоких (открытых) водах основное правофункциональное воздействие на судно принадлежит флагу этого судна и государству, под флагом которого оно плавает.

Интересно, кто нас будет ждать? Для полной защиты от прибрежных мер (и перехода в правовую зону флага) в идеале хорошо бы оказаться уже в открытом море. Лишь бы не было погони за встречающим нас кораблём, которая бы началась в территориальных водах.

* * *

— Лично вы можете расслабиться, — доброжелательно предложил пилот, когда они всплыли.

Чень с наслаждением и звонким чпоком отлепил с лица силикон маски и задвинул её на лоб:

— Самое необычное приключение за всю мою жизнь.

— Вы сделали всё, что от вас зависело. Дальше мы.

— Ожидаются какие-то трудности?

— Сейчас увидим. По идее, мы должны быть в радиусе полкилометра, — японец кивнул на панель буксировщика.

DIST TO RV: 0.45 km.

Пилот не расслаблялся, это пассажир видел. Японец включил короткий инфракрасный маяк, невидимый невооружённым глазом:

— На палубе оператор увидит сигнал через ПНВ.

Резиновая надувная лодка вынырнула из темноты и подошла к ним практически бесшумно. Несколько фраз по-японски — и буксировщик был зафиксирован на её корме. До принимающей стороны шли тихим ходом, практически бесшумно. С борта пассажиров и SDV приняли через аппарель.

— Какое интересное судно, — на палубе Чень уважительно присвистнул при виде задви́гавшихся фальш-панелей, на глазах меняющих конфигурацию корабля.

Ему никто ничего не ответил, фигуры в чёрных гидрокостюмах перемещались вокруг как призраки. Беглец не стал говорить вслух, однако про себя отметил: вместо вполне логичного «отпускания» буксировщика на автозатопление его добросовестно оставили в хозяйстве.

Ещё одна говорящая деталь.

— Малый ход, — похоже, пилот был единственным на борту, кто свободно говорил по-китайски. Он закончил общаться с кем-то в надстройке и вернулся к пассажиру. — Пришлось всё же зайти в ваши территориальные воды — ваши успели сориентироваться и сейчас висят на хвосте.

— Если бы мы шли дальше под водой до корабля? Я чуть-чуть разобрался с консолью — запас хода позволял. Воздух в баллонах тоже был плюс у вас наверняка были резервные баллоны.

— Не вариант, — водитель kawasaki и по совместительству любитель необычных способов плавания покачал головой. — Мне кэп тоже пока не говорит всего — суеверный — но есть основания полагать, что со скоростью хода под водой до точки всплытия мы бы с вами банально не добрались. Сейчас будет нужно ускоряться.

— Мне стоит занять какое-нибудь место, чтобы не путаться под ногами?

— Нет. Чувствуйте себя свободно, вы ничем и никак не стеснены. Делать нашу работу не помешаете.

— Если не секрет, каким образом под водой вы получили отсюда команду на всплытие?

— Вы не видели, что на консоли точка встречи была динамичной?

— Нет, — Чень слегка растерялся.

Один из членов экипажа что-то сказал земляку.

— Понеслись, — перевёл тот китайцу. — Последний этап, самый ответственный. Ваши рядом, маски сброшены. Лучше пройти вон туда, вы были правы — сейчас будем двигаться очень быстро.

— Насколько быстро?

— Быстрее сотни километров в час. Нужно успеть выйти на вторую точку, где поддержка. Ваших оказалось не двое, а трое — третий выйдет впереди по курсу наперерез. Нужно успеть.

На памяти генерала пилот впервые за всё это время испытал какие-то эмоции. Ну или прямо их продемонстрировал.

— Кого-то вы здорово зацепили на родине, — констатировал японец через минуту.

— Вы совсем ничего обо мне не знаете? — уточнил Чень, у которого уже просто не осталось сил, чтобы волноваться. — Лично вы?

— Не настолько много, чтоб понимать причины такого преследования. Можно сказать, нет, — спутник снова покачал головой. — Это не мой уровень.

— А команда? — беглец похлопал по переборке.

— Тоже. Каждый делает свою работу, нам эта информация лишняя. Не переживайте, всё будет хорошо.

Глава 12

ИНТЕРЛЮДИЯ

Где-то в северной части Южно-Китайского моря. Неопознанное судно неустановленной классификации, удаляющееся от побережья Гонконга быстрее семидесяти узлов (130+ км/час).

Ему лишь один раз ненавязчиво предложили спуститься вниз — исключительно для его же комфорта, поскольку корабль двигался быстро (или как там это правильно называется по-морскому). На ломаном английском самый обычный человек среди прочих, сновавших мимо; вперемешку с жестами и традиционными японскими поклонами.

Чень отзеркалил поклон, но уходить с палубы вежливо отказался: когда корабль несётся по морю быстрее, чем он сам иной раз едет на машине в окрестностях Пекина по скоростной трассе (!), естество сухопутного человека категорически восстаёт против заточения в трюме.

— Ездил, — пробормотал генерал самому себе, устраиваясь. — В окрестностях Пекина ездил.

Больше вряд ли придётся.

В этот же момент боковым зрением он заметил движение. Повернув голову, Чень с удивлением обнаружил закрытый наблюдательный кокпит в кормовой части палубы: обзорная «капсула» с фотохромным стеклом, мягкими креслами на демпфирующей подвеске, пятиточечные ремни и, предположительно, прямая линия связи с капитаном — судя по футуристическому терминалу.

Одно из кресел было занято. Человек, обозначивший незаметный до сего момента наблюдательный пункт, приветливо помахал рукой.

Не фотохром, электрохромные стёкла, сообразил генерал, присмотревшись и направляясь к разблокировавшемуся входу — швы «двери» (или как там мореманы это называют) были подогнаны так, что до команды изнутри даже стоя рядом