Такидзиро - Семён Афанасьев

— Как было в момент происшествия?

— Точно.

— Есть. Идём дальше.

— NIR и ToF-камеры, восемьсот пятьдесят — девятьсот сорок нанометров с ИК-подсветкой. Видят контуры в темноте, трекают лицо: положение рта — носа относительно линии воды.

— ToF помогает оценить высоту головы над гладью?

— Да.

Уэки ошеломлённо таращилась на младшую Хьюгу и, казалось, забыла как дышать.

— В воде — акватический слой. Гидрофоны узкополосные и широкополосные, направленные, самофокусирующиеся. — Хозяйка бассейна дождалась, пока армеец допишет. — Анализ шума плеска, частоты гребков, «тишины» вокруг человека. Паттерны резкого затухания активности плюс отсутствие всплесков — тревожный признак.

— Очень серьёзно. — Капитан даже нижнюю губу закусил.

Глава департамента IT впервые за минуту моргнула, не подобрав, однако, отвисшую челюсть.

— Ультразвуковые и сонарные датчики объёма. Дают 2D и 3D-карту подводной сцены, фиксируют неподвижное тело у дна либо в толще воды, когда камеры уже не видят.

— Есть.

— Напольные датчики давления, весовые ячейки в чаше (в плитах-«умных» модулях). Регистрируют появление — перемещение масс, помогают верифицировать количество людей в воде и на бортике. Являются частью комплекса.

— Оптоволоконный периметр по бровке реагирует на вход-выход из воды, падение, задержку на лестницах?

— Да.

— Ты ещё скажи, что у вас тут трекер идентичности задействован! — Ута наконец вынырнула из сомнамбулического состояния. — Ты никогда не рассказывала! Как ты могла⁈.. — она возмущённо ткнула Хьюгу длинным ногтем в район пупка. — Скрывать от меня⁈

— Теперь рассказываю, — мягко улыбнулась пловчиха. — Даже не стала тебя сейчас просить отойти. Хотя информация не для печати, а ты сотрудницей спорткомплекса не являешься и никогда не будешь.

— Оценила. — Уэки в последнюю секунду что-то для себя решила и вместо очередной тирады захлопнула рот, звонко лязгнув зубами.

— А трекер идентичности действительно есть, — продолжила улыбаться Хину. — Каждый человек — уникальная ID (комбинация UWB, mmWave, визуального трека).

…

— Модель состояний…

…

— Правила эскалации…

— Как вы сказали? Извините, не успел записать.

— Лицо под водой более десяти-пятнадцати секунд без паузы на вдох — жёлтая тревога. Она и сработала.

Контрразведчики дружно сделали стойку и переглянулись.

— Отсутствие дыхательных микродвижений по радару более двадцати-тридцати секунд плюс неподвижность IMU — красная тревога. На этом этапе мы с Решетниковым-сан уже бежали сюда.

— А исполнительные механизмы (автовмешательство) предусмотрены? — капитан в форме между делом продемонстрировал, что в вопросе понимает не хуже профильной топ-менеджера.

— Да, но не в этот раз. Когда наш китайский гость столкнулся с первыми сложностями при прохождении границы в аэропорту, я как менеджер Атлетики решила автовмешательство отключить — китаец пока остановился тут. Всё предписанное из автоматического режима перевела в ручной, замкнула на себя. По вполне понятным причинам.

— Вот это ты параноик, — задумчиво выдал Такидзиро. — А ведь помогло. Как оказалось. Кто бы мог подумать.

Костюмы снова переглянулись с капитаном, их лица заострились:

— Поэтому вы исполнителя и успели застать. Та сторона явно закладывалась на ваш стандарт, с которым откуда-то была ознакомлена…

— Сведения в полном объёме есть как минимум у лицензировавшего бассейн органа — у всех четырёх, если быть профессионально точной, — пожала плечами Хину. — В электронном виде, обусловлено законом. Минимум в четырёх организациях, не считая их подрядчиков-аудиторов.

— … но вы перевели всё в параноидальный ручной режим, — капитан из Центрального полка. — Тип действительно всё рассчитал по секундам и добросовестно полагал, что у него есть несколько минут на эвакуацию. А их не оказалось — вместо авторамешательства появились вы двое.

— Благодарим. Вопросов больше не имеем, — костюмы вежливо попрощались, забрали с собой капитана и были таковы.

Перед этим каждый из них продиктовал личные контакты обеим топ-менеджерам, адвокату Миёси Моэко и самому Решетникову.

* * *

Там же, через некоторое время.

— Наконец-то разошлись, — Ута в итоге сменила мокрый офисный костюм на сухие бикини и хлопковый халат.

С удовольствием развалившись в шезлонге, она пила третий стакан фреша и тоскливо гипнотизировала взглядом неначатую бутылку ликёра — последнюю принесли по её просьбе, но айтишница непоследовательно решила закалять волю и от алкоголя зачем-то воздержалась. — Я думала, это уже никогда не окончится.

Бассейн опустел. Ван с младшей Миёси поддался на уговоры хозяйки и таки исчез в массажном секторе.

— Моэко-тян, а что будет Хасэгаве? — Ута вылила в рот остатки сока и довольно крякнула.

— Тебе возможный спектр или мой точечный прогноз?

— Второе.

— Поскольку её действия легко доказываются и имеют серьёзный характер (нападение на свидетеля во время следственных действий), то наверняка последует увольнение.

— А уголовная перспектива есть?

— Суд может назначить наказание от штрафа до лишения свободы.

— От чего зависит?

— От тяжести повреждений. Как правило, за побои без тяжких последствий назначается штраф или условное наказание.

— Эх. А так хотелось бы, чтобы она села, — шмыгнула носом айтишница.

— Экая ты свирепая, — удивился сидящий чуть дальше Решетников.

— Я не ты. Который готов простить такое красивой тёлке, — парировала Ута.

— … НО публичность и статус фигуранта могут сделать дело показательным, — улыбнулась после паузы якудза. — И за этим делом мы будем старательно наблюдать. Со всеми для неё вытекающими.

— Мы — Эдогава-кай?

— Мхм.

— Прикольно. У вас есть ресурс, — Уэки что-то прикинула про себя и повеселела.

— В итоге: увольнение гарантированно, возбуждение уголовного дела гарантированно на девять десятых, — заключила борёкудан.

— Будем её сажать⁈ — вспыхнула кровожадным энтузиазмом Ута.

— Зачем⁈ — искренне удивилась Моэко. — Будем как можно громче раздувать шум. Томоко-тян в тюрьме — не самоцель. Зачем? — повторила она вопрос. — На данном этапе есть цели приоритетнее.

— Какие, например?

— Вскрытие противодействующей структуры по максимуму, — вздохнул со своего места Такидзиро. — Ван равно миллиарды, это понимают и на его родине, и — теперь уже — здесь. Поверь, Уэки-сан, на наших японских островах именно этап зарождения мега-бизнеса ближайшего будущего является самым опасным. Даже я уже точно вижу, что включение в игру больших акул по принципу каждый за себя — дело времени.

— Короткого. Весьма сжатого, — лаконично кивнула Хьюга. — Те же Мицубиси надавят на рычаги и педали. Мацусита. — Он перечислила ещё нескольких игроков отрасли сопоставимого уровня.

— Думаешь, сейчас начнётся именно каждый за себя? — задумалась не особо ориентирующаяся в политике айтишница.

— Да. К сожалению, центробежные брожения в самых верхах именно в нашей стране не могут не отразиться на всей нации. А когда на кону большие деньги с НОВОЙ темы, — глава регулярного менеджмента развела руками. — Вспомни хоть и Сузуки против Хонды с новым бортовым компьютером год назад.

— Хм. Печально. Думаешь, у нас то же самое? Мы всё-таки не автомобилисты, а чуть более серьёзные люди.

— Люди везде и всегда одинаковые, — Хьюга гибко встала из кресла, сбрасывая халат