Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

Адалины Норан, которая… — Кондар бросил напряжённый взгляд на Марка. — Вы знаете, что с ней случилось. Семья барона Норана пострадала от этого, я пожалел юношу и решил дать ему шанс.

— Вы взяли с собой в Сен-Марко сына барона Норана, обиженного на графа де Лорма? — раздражённо переспросил Ликар. — О чём вы думали? Эта семья в опале, а вы нанимаете её члена, фактически включив его в состав нашего посольства?

— Мне очень жаль! — воскликнул Кондар.

— Постойте! — остановил его Марк. — Сын барона Норана мог получить от жрецов орудие Арба?

— Это древний и славный род, — проворчал Ликар. — Они являются жертвователями храма и бывают там при свершении таинств и обрядов. Возможно, мальчишка даже посвящён Арбу, как будущий воин. Где он был вчера вечером, Кондар?

— Я не знаю. Как вам известно, я был с вами во дворце, а его я отпустил прогуляться, предупредив, чтоб он был осторожен, не ввязывался в неприятности и не забывал, что мы пока не пользуемся доверием у местного населения. Сегодня я снова оставил его одного, поскольку сопровождал вас, а вы велели не брать с собой слуг и оруженосцев.

— Где он сейчас?

— Я полагаю, здесь. Нашим оруженосцам предоставлены комнаты в задней части дома.

Марк потянулся к небольшому колокольчику, стоявшему на столе, и позвонил. В гостиную тут же вошёл Модестайн и вопросительно взглянул на хозяина. Тот велел ему разыскать оруженосца лорда Кондара и привести его. Лакей без лишних слов удалился и скоро вернулся с высоким юношей. Марк, взглянув на него, убедился, что он похож на своих сестёр. Он был хорош собой и обладал гладкой белой кожей, синими глазами и красивыми ярко-рыжими локонами. Войдя, он окинул всю компанию быстрым взглядом, на мгновение и без особой приязни задержавшись на Марке, после чего поклонился энферу.

— Где вы были вчера вечером, Норан? — резко спросил Ликар, глядя на него.

— Я… — немного смутился юноша. — Я прогуливался по городу, благородный энфер, — сообщил он. — А потом… я заблудился и долго не мог найти площадь, где стоит дом графа де Лорма.

— А, может, вы вчера вечером последовали за графом, дошли за ним до трактира… как он называется? Какая-то «Куропатка», кажется. Там вы пытались отомстить ему за смерть вашей сестры Адалины, прибегнув к помощи Арба, то есть выстрелили в него отравленными свинцовыми стрелами, полученными от жрецов.

— Нет, — юноша снова бросил неприязненный взгляд на Марка. — Уверяю вас, благородный энфер, у меня и в мыслях не было ничего подобного. Может, мне и не за что любить его сиятельство, но я и не думал причинять ему какой-то вред…

— Давно ли вы были в храме Арба? — перебил его Ликар.

— Я… я ездил туда перед тем, как присоединиться к моему лорду, — пробормотал юноша. — Но, уверяю вас, я лишь получил благословение от своего наставника и принёс дары на алтарь.

— Вам известно о стрелах возмездия?

Адоин бросил смущённый взгляд на Кондара и нехотя кивнул.

— Мне известно об этом ритуале, и мы не так давно говорили о нём с моим лордом.

— И в связи с чем возник этот разговор?

Адоин опустил голову и Ликар обернулся к Кондару.

— Из-за графа де Лорма, — печально подтвердил тот. — Норан посетовал, что его сестра пострадала безвинно, а настоящий преступник ушёл от заслуженного наказания. Я напомнил ему, что граф, вернее, тогда ещё барон де Сегюр был помилован великим альдором и освобождён от наказания, потому у семейства Норанов нет оснований что-то требовать от него. К тому же его сестра была осуждена советом лордов и приговор остаётся в силе, а значит, она виновна, в отличие от барона де Сегюра, высоким повелением освобождённого от вины. И тогда этот молодой человек сказал, что есть высший суд, к которому каждый может прибегнуть в безвыходной ситуации, это суд богов. И после этого он просил меня отпустить его в храм Арба, якобы чтоб поговорить с наставником.

— Я поговорил с ним, и он убедил меня, что я должен оставить всё как есть! — воскликнул оруженосец, — Ибо боги не нуждаются в помощи смертных для свершения своей воли. Моя старшая сестра пыталась взять карающий меч в свои руки, и всё стало только хуже. Потому я и не думал… Я просто хочу стать рыцарем и восстановить положение моей семьи при дворе великого альдора. Поверьте мне, благородный энфер, я не сделал ничего предосудительного и не собирался убивать нашего обидчика!

— Когда вы вернулись сюда прошлым вечером, господин Норан? — спросил Марк.

— Ещё до второго гонга.

— Кто-нибудь может это подтвердить? Вас видели слуги или…

— Ваш оруженосец! — воскликнул юноша. — Господин Аларед. Мы столкнулись в галерее, куда выходят двери наших комнат и… немного повздорили. Он должен был запомнить это.

Марк тут же велел Модестайну разыскать его оруженосца, и спустя несколько минут тот явился в гостиную.

— Я не помню, когда это было, — пожал плечами Эдам, выслушав хозяина. — То, что мы повздорили, это да. Он, не слишком заботясь о том, что я могу его услышать, оскорбил меня, назвав предателем. Но я не счёл возможным требовать у господина Норана удовлетворения, учитывая, что он был ранен, и к тому же слишком молод, чтоб я стал тратить силы на то, чтоб преподать ему урок. Я просто сказал ему, что он находится в Сен-Марко и, если будет вести себя подобным образом, то ещё не раз получит хороших тумаков. Это был совет более опытного оруженосца, который отлично владеет мечом и побывал на войне. Он страшно оскорбился, полез в драку, и я запихал его в предоставленную ему комнату и закрыл за ним дверь. Это всё.

— Ты просто струсил! — обиженно воскликнул Адоин. — Я владею мечом не хуже тебя!

Эдам лишь усмехнулся, не удостоив его ответом.

— Подожди, ты сказал, что он ранен? — уточнил Марк.

— Может, и нет, но его руки были в крови, и он пытался это скрыть, однако, я заметил.

— Я просто упал, — поспешно объяснил Адоин. — На улице, куда я забрёл, было темно. Я споткнулся и упал. И ободрал ладони. Это вовсе не рана…

— Мелочь, — усмехнулся Эдам, — но она чертовски мешает держать в руке меч.

— Покажите руки! — велел Марк и подошёл к Норану.

Тот показал ему ладони, на которых темнели свежие ссадины.

— Ты сказал ему, что заметил кровь на его руках? — Марк обернулся к Эдаму.

— Ну да. Я подумал, может, его побили. В городе… — он осёкся и быстро взглянул на хмурого Ликара. — Алкорцам из свиты благородного энфера лучше не ходить в одиночку по улицам, где нет фонарей.