Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Чувствуя себя пойманной в ловушку, я наслаждаюсь ощущением его сильного горячего тела, с каждым движением хвоста он все теснее прижимается к моей спине. Быстрое дыхание согревает, выдавая с головой мужское нетерпение!

«Наконец-то!»

Я намеренно шире развожу ноги, собираясь непременно открыть в себе новые глубины, распробовать предложенное удовольствие.

Так трудно… Медленно и тесно… Так мучительно сдержанно и сладостно желанно двигается драг. И я дышу в такт этим движениям, замирая на вдохе с ощущением одиночества и выдыхая с восторгом от очередного толчка.

Мир вокруг исчезает. Ничего не видя и не слыша, я погружаюсь в океан новых острых ощущений, укутанная в плеск ласковых волн. А волны все сильнее и сильнее!

Дрожа и извиваясь от наслаждения в руках Уотерстоуна, я вдруг замираю… На один бесконечно прекрасный миг. Миг нашей абсолютной близости. И тут же чувствую, как в последний раз особенно сильно и глубоко он входит в меня, переполняя блаженством.

«Уотерстоун… Люблю его!» – спустя бесконечность осознаю я. Потом приходит понимание того, что я лежу абсолютно без сил на поверхности воды, поддерживаемая руками Алексея. А он улыбается – загадочно и самодовольно. И глаза светятся счастьем.

– Ты – мой мужчина. – Я искренне признаю такую очевидную правду. В которой раньше не созналась бы никогда.

– Знаю, – шепчет он в ответ, приникая к губам. И увлекает ближе к бортику бассейна. – Идем в спальню. Впереди целая ночь…

После отъезда сестры Алексея мы еще некоторое время приходили в себя. Выходные выдались незабываемыми, но постепенно рутина взяла свое.

На работе проверок больше не было. Ашас, который вел расследование, почти каждый день наведывался к нам, и скоро на него перестали обращать внимание, только Нара ворчала, что две работы – на контроль и на Центр – она долго не выдержит. Но я-то видела взгляды, которые она бросала на следователя, как и его взгляды на нее, и подозревала, что подруга сильно лукавит, проявляя недовольство.

В нашей верной четверке произошли перемены, и их не отменить. Впрочем, и не надо.

Мира, проводящая все больше времени со своим мужчиной, постепенно отдалялась от нашей компании. Ее жизнь полностью захватил роман. Она разделила со своим любимым интимные вкусы, и они полностью сосредоточились друг на друге и на понимании того, что возникло между ними. У обоих были свои причины ценить родную, все знающую и понимающую душу, находящуюся рядом.

Пару раз мы все трое наблюдали, как кавалер Миры забирает ее после нашей очередной дружеской встречи, смотрели и завидовали. Они были словно продолжением друг друга. Спокойные, понимающие друг друга с полуслова, они не разменивались на мелочи, не обращали внимания на стереотипы и просто жили и наслаждались.

У Ары ситуация была совсем другой. Она полностью растворилась в Кире и его жизни. Это принесло счастье ей – потому что она нуждалась в ком-то, кем можно жить, и ему – потому что его кто-то понял и он смог с кем-то разделить свой внутренний мир. Ее мы с трудом вытаскивали на дружеские посиделки, где она только и говорила о том, как у инопланетян все устроено или как у эйфи делают то или это.

Мы же с Нарой молча и с легкой грустью смотрели на двух счастливых подруг и радовались за них. И у меня, и у нее в личной жизни были свои сложности.

Я плыла по течению и была не в силах что-то изменить. Теперь каждый день я ночевала у Леши, и даже Зяпа перебрался к нему. Он не мог все время оставаться один, хотя в отношении лайка мы с Лешей постоянно спорили.

Этим утром у нас с Алексеем снова произошла стычка из-за Зяпы.

Раздраженный драг спустился в гостиную и возмущенно посмотрел на меня.

– Я не могу так больше.

– Что случилось? – вздохнула я.

– А то, что утром я захожу в туалет, а это… эта зверюга уже сидит там, держа в лапах свой хвост. Невозможно! Как я теперь смогу воспользоваться туалетом?

– Ну, ему тоже надо справлять свои нужды. Если бы ты не перекармливал его сладким, он бы сидел там гораздо реже.

– Но тогда его не отцепить от меня.

– Что ты предлагаешь? – улыбнулась я.

– Обговорить распорядок в доме, чтобы мы с ним не пересекались, и пусть перебирается в ванную, которая в гостевой комнате. Я до сих пор в ванне нахожу его шерсть.

– Договорились, я с ним поговорю. Но обещай больше не кормить его пряниками!

Драг лишь покачал головой и сел завтракать.

Вот так и складывались мои будни.

Раньше я старалась анализировать происходящее между нами, а сейчас просто плыла по течению и наслаждалась, боясь спугнуть свое счастье. Теперь моя сексуальная жизнь была очень насыщенна и, можно сказать, занимала важную часть моего существования. Весь вечер мы могли сидеть на диване и просто целоваться, под конец плавно перекочевывая в спальню и переходя к неизбежному продолжению.

На работе я подолгу не задерживалась. Алексей утаскивал меня с собой, и я все чаще ловила себя на мысли, что называю его квартиру домом. Это пугало меня больше всего, омрачая такое безоблачное счастье.

Мы с Алексеем неустанно трудились над решением проблемы с вирусом, постоянно делая анализы взятого у самих себя материала. Результаты были просто потрясающими, поэтому можно сказать точно, что жить рядом с драгом мне оставалось недолго.

Последние выходные зимнего цикла мы провели на работе, заканчивая эксперимент и создавая на основе своих исследований иммуностимулятор. Потом ввели его подопытным зверькам.

– Ну что ж, теперь остается только ждать, – подытожил Алексей, переодеваясь.

Был поздний вечер, в понедельник нам рано на работу, я уже собралась и поджидала только его.

Я радовалась нашим успехам и, с одной стороны, надеялась, что эксперимент окажется удачным, а с другой – мне было страшно и тревожно. Моя жизнь и счастье грозили развалиться в один миг.

– Ну что, домой? – спросил Уотерстоун.

Я замялась. Надо ли тянуть?

– А стоит ли теперь? – нерешительно начала я.

Алексей прищурился.

– Еще как стоит! А если у нас не получилось? К тому же я хочу отметить.

Драг прижал меня к себе, его руки пробрались под кофту, начиная неспешно ласкать. Из головы привычно вылетели все мысли, а встретив горящий желанием взгляд, я совсем поплыла, отдаваясь ощущениям.

Губы прикоснулись к губам, и меня настойчиво повлекли в сторону стола. Определенно, возвращение домой может и подождать.

Глава 20

Утром меня разбудил