Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Хогг подсказал:

— Он возвращается поздно. После службы в банке он едет к любовнице — он у неё с трех до шести. Домой приезжает к семи — как раз к семейному ужину. — он криво улыбнулся и встал: — я же говорил: по нему часы проверять можно. У него расписание!

Грег передернул плечами от такого. Зачем вообще заключать брак таким как Орвуды? Завели себе любовников-любовниц, позаражали и чуть не умертвили собственных детей… Это же не жизнь, а мрак. Он поднялся следом за Хоггом, Брендон величественно — и что делает с людьми белая сутана! — встал и не отряхиваясь от алого песка принялся подниматься по лестнице рядом с Грегом. Тот не удержался:

— Как Андре? Ты виделся с ней?

Хогг пристроился за ними, старательно делая вид, что их не слушает.

— Виделся. Один раз только — дел невпроворот и у неё, и у меня. Анри ей выделил большой дом, переделанный под мастерскую и кучу народу: инженеров, кузнецов, разнорабочих. Из Вернии прислали станки и рунную кузницу. Собирают скелет первого голема. Анри пропадает в Ставке — он старательно избегает Андре, чтобы не порождать ненужные слухи. Говорят, его помолвка под большим вопросом — газетчики постарались.

— А ты? Как ты и Марк?

Брендон нахмурился:

— Потому я сюда и приехал. Такое не сообщишь по телефону.

Хогг, кажется, даже дышать перестал, чтобы ничего не упустить.

— И…? — напомнил о себе Грег.

Брендон решительно сказал:

— Плохо все. Мы раз ночью вылазку за колючку делали — там днем не походишь. Там даже ночью не походишь — только ползком, иначе убьют. Все ж простреливается, а заключать временное перемирие не хотят. Их даже проснувшееся проклятье Ничейной земли не пугает. Тяжело там. Эфир сам по себе стелется, течет над землей, оживляет все, что попадается под руку: камни, кости, мертвую плоть. Ещё чуть-чуть, и снова шагнут с Ничейной земли немертвые. Марк сказал, что он там слышал чуждые души.

— Призраков? — уточнил Грег.

Брендон качнул головой:

— Именно чуждые. Души, которых там не должно быть. Души не погибших солдат и не их призраки. И даже души не местных — некоторые говорили не на вернийком и не на тальмийском. Они просят свободы… Но там даже очищающую пентаграмму не нарисуешь — все под прицелом. Чуть приподнялся и… Марк совсем плох. Я потому и согласился… — он снова дернул за ворот удушающую его сутану. — Ему там нельзя — пришлось вот… Андре — умница: все правильно поняла.

Хогг не сдержался и все же спросил:

— А чем немертвые отличаются от нежити?

Брендон обернулся на него:

— Никто не знает. Говорят, немертвые разумны. Некоторые даже говорят, что немертвые сохранили душу, но это ересь с точки зрения храма. Душа не может жить в мертвом.

Хогг улыбнулся:

— Может, тогда они живые?

— Вот как-то не хочется о таком думать, — скривился Брендон. — Говорят, у вас тут тоже проблемы с нежитью и кладбищами?

Грег качнул головой:

— Проблемы. Нежить прет каждую ночь. Хотя лгу — эта ночь вроде прошла спокойно. Никто ниоткуда не вылез. А еще проблемы с амулетами, с храмом… С адером Уве — так… Помаленьку. — Напоминать о каутельянцах он не стал — Брендон и сам знает.

Он остановился: да быть того не может! У них тут несколько человек с пропавшими душами, а там на Ничейной земле… Там лишние души.

Глава 29

Настоящие люди

Солнце клонилось к горизонту. Тени стали длинными, только прохлады это не принесло. Ветер почти стих, алый песок уже убрали с улиц города, во всяком случае тут. В Приморском парке было пусто — он до сих пор был закрыт для посещений. Эксперты, особенно упертый Фрей, еще искали алтарь и возможных других жертв. Привратник, кстати, так и отрицал, что в Канун запускал в парк кого-либо.

Виктория стояла на погруженном в тень крыльце дома четы Орвуд и откровенно нервничала. Это её первое самостоятельное дело, и надо же такому случиться, что оно связано с ведьмой. Было немножко не по себе — она помнила себя в силовом шторме. Нера Орвуд там, в особняке, и она знает, что за ней пришли. Она со вчерашнего вечера это знает: когда рана, полученная Хоггом в битве на кладбище, перешла на её старшую дочь. Она хладнокровно залечила рану и… Почему не уехала? Почему не сбежала, спасая свою жизнь и детей? Почему осталась в доме? Приняла, как ни в чем не бывало, гостей и… Ждет инквизитора? Ждет прихода полиции? Она не в себе или думает, что её не смогут вычислить? Или надеется на снисхождение. Или… Готова атаковать? Понять бы.

Вик пыталась себя поставить на место неры Орвуд и не могла. Она потерла висок — она так мало знает о нере, урожденной Жуи, об этом доме и роде Жуи, которым принадлежал особняк последние четыре поколения. Дом некроманта должен быть крепостью — их боялись и первыми уничтожали во время бунтов. Побывавший в доме Орвудов Эван говорил, что тот оформлен в дармийском стиле: это значит, что на стенах и полу множество цветочной и геометрической мозаики, среди которой так легко спрятать и пентаграммы, и гексаграммы, и руны. Только в архивах мэрии ни слова о том, что среди Жуи были маги. Они скрывались? Не хотели уходить под крыло храма? Или не были некромантами, а нера Орвуд — первая из рода эфирница? Столько вопросов и ни одного ответа. До сих пор даже неясно, для кого же был проведен пятый ритуал. Нера Орвуд, нериссы Анна, Полли и Бель. Кто пятый? Нер Орвуд?

Щит Фидеса, накинутый на дом, ощутимо вибрировал. Сейчас его удерживали парни из команды Себа — Жюль, Алексис, Свен и Тим. Они сильные маги, но совершенно необученные. Совсем новички. Их будут контролировать Брок и Эван — ведьма непредсказуема. На соседние особняки тоже накинули щиты: попросить леров покинуть дом ради полицейской операции — немыслимое дело.

Полицейское оцепление из констеблей Речного уже не скрывалось. Парни стояли на солнцепеке и медленно прожаривались — только к ночи обещали спад жары и снег. Небеса! Завтра будет снег. Погода в Аквилите сумасшедшая, как и сам город.

Со стороны Морского проспекта показался Кевин Смит — взмыленный, взъерошенный, как воробей, но откровенно счастливый: его любимый серж оправдан и ни в чем не виноват,