Фантастика 2026-80 - Мария Фир

– Очень познавательно, – засмеялся лучник, который наверняка слышал эту историю уже далеко не в первый раз, да и сам умел поведать её на несколько ладов. – Только мне рассказывали совсем другую версию. Пойдём, покажу тебе башню, оттуда и город видно!

– Я сам покажу, – улыбаясь, сказал Эдвин и протянул мне руку.

Он уже закончил свои дела, и отряд мог двигаться дальше, но раз уж мне пообещали осмотр башни… стражи ведь должны всегда держать своё слово! Лучник нахмурился, но тут мой капитан развёл руками и сказал так, что слышали все вокруг:

– Извини, приятель, но она моя невеста! Ты можешь попытать счастья с кем-нибудь ещё.

Клянусь, Эдвин никоим образом не указывал на Нору, она сама отчего-то решила, что её снова задели. Вскочила на коня и ускакала вперёд по дороге, не дожидаясь, пока отряд соберётся вместе. Поднявшись по маленькой винтовой лестнице, мы с Эдвином увидели, что её догнал Рикард и они о чём-то оживлённо переговариваются.

– Знаешь, какая ещё есть версия падения того самого кирпича? – спросил он, обняв меня за талию.

– Какая же? – обернулась я с улыбкой.

– Говорят, один из стражей как раз уединился внутри арки с эльфийкой, и они так яростно любили друг друга, что сотрясалась вся постройка и старые кирпичи просто не выдержали, – прошептал он мне в ухо.

Наверное, я впервые с момента нашего знакомства засмеялась, и он тут же приник к моим губам, сжимая меня в объятиях.

– Ты такая сладкая, – прошептал он в перерыве между поцелуями.

– Это всё чай с мёдом, – попыталась оправдаться я.

– Вчера я хотел сказать тебе, что готов ждать сколько угодно. – Он прижал меня к себе, и я чувствовала сквозь одежду, как бьются наши сердца. – Месяц, год, сколько скажешь… Но если честно, то я не знаю, как дождаться, чтобы мы остались с тобой вдвоём. Чтобы никто нам не мог помешать.

В его словах было столько огня, что и я невольно задохнулась от волнения.

– На нас все смотрят, – прошептала я, краснея. С земли нам бесцеремонно махали руками стражи из отряда Эдвина.

– Я хочу быть с тобой, – выдохнул он, отпуская меня. – Будущей ночью и каждую ночь после. И так до самого конца. Всегда… Пойдём, нужно возвращаться в город до темноты.

Он не дал мне ответить, но уже теперь, спускаясь по кованой лестнице и держась за его горячую руку, я знала, что не смогу ему противостоять. Мой дар снова откликался на его сердце, на его слова. Моя зима таяла, таяла безвозвратно, и хрупкие эльфийские чары не могли существовать рядом с огнём этого человека.

***

Как странно и многослойно устроена наша память! Стоило нам только въехать в стены города Ольдена, как на меня хлынули прошлогодние воспоминания, временно вытеснив все мысли, что одолевали меня в дороге. Мои отчаянные прогулки вдоль глухих и закрытых улиц, бесконечные и однообразные дни в таверне, росчерки чёрных птиц и белых перистых облаков в прямоугольнике неба над головой. Я со страхом глядела в сторону города и представляла себе, что будет, если мне доведётся случайно встретить на улице бывшего хозяина или красную и злую Кьяру – вряд ли я смогу избежать их гнева или какой-нибудь пакости. И в то же время моя рука была теперь в руке командира Солнечных стражей, и я знала, что он никому не позволит обидеть меня ни здесь, ни в каком-либо другом месте.

Мы отправились сразу в форт, где я прежде никогда не бывала, через поднятые над головой остроконечные решётки, отделявшие воинские части от города. Справа возвышался корпус королевской армии под синими флагами, а слева – ступенчатые здания Солнечной стражи и формально Ордена Инквизиции, поскольку флагов было два – красный и бело-золотой. На деле же представители Инквизиции лишь оборудовали в форте кабинет для надзирателя-инспектора и небольшие помещения, в которых проживали его помощники, чаще всего шныряющие по городу в одежде добропорядочных граждан и выискивающие поводы настрочить донос на «необоснованное применение магии в домашнем хозяйстве». Для этих пронырливых хорьков гордые стражи вырубили отдельную дверь и посыпали песочком отдельную дорожку на газоне, представив это как особые привилегии. На деле же каждый понимал, что у лучших воинов и магов Веллирии к бумагомарателям Ордена Инквизиции отношение может быть только презрительным и никаким более.

Обо всём этом я узнала позднее, сейчас меня больше волновало ближайшее будущее. Если бы я не была невестой Эдвина Сандберга и не ждала появления дочери, то могла бы найти на первое время комнату в приличном жилом квартале, а ближе к лету – отправиться на юг и попытаться пройти испытания в монастыре Сюр-Мао. Гаэлас и Тэрон, вопреки моему сопротивлению, снабдили меня увесистым мешочком с золотыми монетами людей. Можно было сказать, что я была почти богата: столько денег мне никогда не приходилось держать в руках! И вот теперь, когда золото у меня было, оно не имело такого большого значения, как в прошлом…

Я стояла под раскидистым деревом во дворе форта и смотрела сквозь его извилистые голые ветви вверх – по привычке вверх, потому что не любила утыкаться взглядом в мёртвые серые стены. Нора стремительно подошла ко мне, протянула узорчатый длинный ключ.

– Это ключ от комнаты капитана Сандберга, он просил передать, чтобы ты не мёрзла снаружи, – сказала она, опустив тёмные ресницы.

– Ты мне подскажешь, как туда пройти? – робко сказала я.

Значит, у него есть отдельная комната, и будущей ночью…

Нора поджала губы, но долго колебаться она не умела:

– Хорошо, я провожу тебя. Иди за мной.

И мы пошли вдоль коротко остриженных можжевельников, всё ещё укрытых снежными шапками в тени высоких стен, в полукруглую арку с изображением восходящего солнца, а затем – в окованную блестящими пластинами тяжёлую дверь. Нора шла впереди, время от времени оглядываясь на меня и коротко объясняя дорогу. Два раза нам навстречу попадались незнакомые стражи, которые приветствовали Нору и провожали меня заинтересованными взглядами: я была чересчур молода и одета в мантию Хранителей, а потому каждый, видимо, хотел убедиться в отсутствии у меня острых ушей. Жильё Эдвина Сандберга располагалось на верхнем этаже в самом конце коридора, на тихой площадке с окном, выходящим на оружейные склады. Нора кивнула на одну из двух дверей и спрятала руки в карманы, пока я возилась с замком.

– Сония, – сказала она мне в спину, а затем подождала, пока я повернусь. – Я была не права. И прошу у тебя прощения. Больше такого не повторится.

Если раньше