Идеальный мир для Химеролога 12 - Олег Сапфир

крыло от самолёта и служат показателем статуса. Вот только лисе сейчас было не до статуса. Зверёк прижимал ушки, тяжело и хрипло дышал. Шерсть местами свалялась, по ней шла мелкая судорожная рябь.

— Сделайте с ней что-нибудь! — попросил папаша и тут же покосился на часы. — Только побыстрее, уважаемый. У нас времени в обрез, ещё одна крайне важная запись через сорок минут. Нам задерживаться категорически нельзя.

Мальчик молча стоял у стола и грыз ногти.

— Постараюсь уложиться в ваш жёсткий тайминг, — ответил я. — Терпение, господа.

Я провёл руками вдоль тела лисицы и пустил сканирующий импульс, моментально получив ясную картину болезни. У зверька началось банальное несварение из-за обилия подкормок на фоне повреждения эфирного канала. Очевидно, владельцы слишком переборщили с витаминами для улучшения шерсти, в результате чего желчный пузырь перестал справляться с нагрузкой.

Лечение отняло у меня от силы минуты три. Я воздействовал на нужный нервный узел вдоль позвоночника, а затем перенаправил немного энергии прямо в пищеварительный тракт. Под моими пальцами лисичка встрепенулась, звонко чихнула и сразу же оживилась. Она бодро встала на лапы, приветливо задрав хвосты — теперь пациентка была абсолютно здорова.

— Готово, можете забирать, — произнёс я, отступая от стола. — Исключите из её рациона любые стимуляторы окраса, тогда проблем больше не возникнет.

— Прекрасно.

Отец небрежно сунул мне купюру, полностью проигнорировав вылеченную питомицу, и дёрнул сына за рукав:

— Тёма, забирай эту шавку и пошли! Сколько можно повторять, мы опаздываем!

Мальчишка покорно потянулся к столу. Вот только возвращаться в тесную переноску лисица отказывалась. Её рыжая шерсть мгновенно поднялась дыбом, энергетический фон выдал сильный всплеск испуга. При этом зверек совершенно не обращал внимания на кричащего мужчину. Взгляд немигающих лисьих глаз оказался намертво прикован к Тёме.

Я нахмурился. Животное полностью исцелено. Ей не больно, не страшно. Что за истерика?

Незаметно коснулся её холки, пуская тонкую нить ментальной связи, и заглянул в этот примитивный лисий разум.

«Ну, что такое? Чего ты трясёшься? — мысленно обратился я к ней. — Я же тебе всё выправил. И желчный разблокировал, и шерсть разгладил. Чего не так?»

В моей голове раздался полный ужаса всплеск эмоций. Мозг лисицы был не способен на сложные речевые конструкции, она транслировала только один настойчивый посыл, бьющий набатом:

«Помощь… мальчик… опасность… помощь… мальчик… опасность…»

Она скулила прямо в мой разум, всем своим химерным существом отчаянно указывая на пацана.

— Доктор, вы уснули? Мы можем уже идти наконец⁈ — рявкнул мужчина, звякнув ключами от машины. — У нас график!

Я медленно убрал руку со спины лисы.

Развернулся всем корпусом и впервые посмотрел на мальчика не как на скучающего сына клиента, а включив истинное эфирное зрение.

— Интересно… Крайне любопытно, — я перевёл взгляд на потного от суеты отца. — А если я сейчас попробую угадать… Что ваша «важная встреча» через полчаса напрямую связана вот с этим ребёнком? Я ведь буду абсолютно прав?

Папаша вздрогнул. Глаза за стёклами очков сузились, рука инстинктивно легла на плечо сына, пытаясь отодвинуть его к двери.

— Это что ещё за балаган? При чём здесь ваши домыслы? Это вообще вас не касается! Тёма, бери уже лису и быстро пошли отсюда!

Он дёрнул парня за воротник.

— Стоять, — я пустил в голос крошечную крупицу силы. Этого хватило.

Воздух в кабинете уплотнился, придавив коммерсанта к полу. Мужчина застыл, не в силах сдвинуться с места, словно его ноги вбили в бетон.

Я шагнул вперёд, взял перепуганного мальчишку под мышки, поднял, как пушинку, и усадил прямо на хромированный операционный стол рядом с лисой. Пацан сжался в комочек, не смея даже пискнуть.

— Что вы себе позволяете⁈ — взвизгнул отец, пытаясь вырваться из невидимых тисков. — Вы знаете, кто я…

— Молчать, — я даже не обернулся, отрезая ему звук одним эфирным толчком.

Положил руку на грудь ребёнка.

— Кто это сделал? — спросил я, глядя в расширенные глаза отца.

— Я не понимаю, о чём вы бредите! Оставьте моего сына в покое! У него просто экзема, мы едем на укол…

— Экзема, говоришь? Ну давай посмотрим.

Я сформировал на кончиках пальцев короткое заклинание распечатывания и провёл им от шеи мальчика до запястья.

Тонкая маскирующая иллюзия, наложенная поверх кожи, рассеялась. Мальчишка вскрикнул. Его гладкая бледная кожа прямо на наших глазах начала бугриться, темнеть и покрываться твёрдыми роговыми чешуйками. Вены под кожей вздулись тёмно-зелёными бороздами. Пацан моргнул, и его зрачки резко вытянулись, превратившись в узкие вертикальные щёлочки змеиного хищника.

Я посмотрел на застывшего в ужасе папашу.

— Повторяю свой вопрос. Кто это с ним сделал?

Мужчина побледнел до синевы. Он смотрел на чешуйчатую руку собственного сына и судорожно хватал ртом воздух.

— Хорошо, можешь не отвечать прямо сейчас, — я убрал ладонь с груди ребёнка. — Ему жить осталось максимум полгода. И это в лучшем случае, если его организм чудом выдержит эту дичь. Повторяю свой вопрос. Кто? Это? Сделал?

Для мужика это оказалось последней каплей. Он тяжело опустился на стоящий рядом стул, стянул дрожащими пальцами очки и расплакался. Жалко всхлипывая, клиент начал размазывать по лицу пот вперемешку со слезами, попутно вываливая на меня все накопившиеся подробности.

Вполне заурядная история незаметно свернула куда-то не туда. У пацана диагностировали редкую врожденную патологию кожи, при которой ткани пересыхали и переставали усваивать влагу. Ребенок покрывался глубокими трещинами, заживо гнил и мучился от сильных болей. Городские лекари лишь бессильно разводили руками. В конце концов отчаявшийся родитель сумел через десятые руки выйти на закрытую частную клинику.

Никаких вывесок или визитных карточек это заведение не держало. Управляли им явно влиятельные фигуры с огромными деньгами, но фамилий отцу так и не назвали. Организационные моменты приходилось обсуждать исключительно с анонимными кураторами.

Пациенту пообещали чудо за соответствующий ценник. Чтобы оплатить курс инновационного лечения, торговец распродал часть складов. Вскоре он заложил свой основной бизнес и подчистую выгреб домашние сбережения.

Доктора предложили внедрить мальчику гены регенерирующей химеры. Кураторы уверяли в полной безопасности процедуры, обещая наделить парня физической неуязвимостью и исключительным здоровьем. При этом клиента заставили завизировать суровый контракт о неразглашении. За длинный язык отцу грозили мгновенным отказом в дальнейшей терапии, а следом обещали пустить семью по миру многомиллионными судами вплоть до конфискации личного имущества. Стоит только проболтаться — и мальчишку просто перестанут колоть препаратами, и он умрёт.

Я слушал этот рассказ, кивал и