Ангел со сковородкой - Галина Дмитриевна Гончарова

побыть здесь и никому не показываться. Эктор, ты закроешься изнутри и будешь открывать только Ангелине, Монике и мне, – принялся командовать Альберто. – До утра продержимся, а там и поедем.

– А что вас-то привело в столицу? – уточнила Ангелина.

Настала очередь Альберто скрипнуть зубами.

– Адмиралтейство! И это завтра…

– То есть?

Альберто пожал плечами.

– Я должен связаться с Альваро. Вот, через кристалл, который установлен в Адмиралтействе, можно держать связь с флагманом эскадры. Сеанс связи каждый день, в полдень. Все согласовано, все расписано, на завтра я договорился…

– Тем более, нужно не спешить, а уезжать втайне и аккуратно. Сначала вы, потом, за вами, мы, – согласилась Ангелина. – Что теперь делать, если так складываются обстоятельства?

– Что угодно. Хотелось бы, чтобы все были живы и здоровы.

Ангелина пожала плечами.

Вот за всех она отвечать не собиралась, только за присутствующих здесь.

* * *

Трава была красной.

И роса была красной.

И песок…

Место преступления было… хорошо, что у полицейских крепкий желудок. И то кое-кого стошнило.

Проклятый ликантроп просто рвал тела в клочья.

Кучер. Гайска. И Анна, ей досталось больше всего. Ее не просто разорвали, но и сожрали часть… радовало одно. Верх остался целым, ликантроп выедал мягкие ткани, так что можно было установить – женщина умерла мгновенно. Не мучилась.

Не то чтобы это сильно утешало, но… лучше, чем вообще ничего.

Конечно, проклятая тварь удрала. Собак пустить по ее следу – бесполезно. Не идут, воют и упираются. А люди… он же бегает с жуткой скоростью. И куда побежит… точно – не к реке, не выносят эти твари текучую воду.

– Бедняга.

Кого уж имел в виду мужчина… мальчишку или его мать?

– Дадим знать дознавателю, пусть пацану скажет. Сиротой остаться, да в таком возрасте…

– Мать его молодец. Папаша сразу видно, зад не поднял, не то что сражаться. И кучер не лучше, одно слово, что мужчины. А мать… у нее в руке до сих пор сучок острый. И кровь на нем. Вот, кстати! Надо сохранить!

– Ранила, что ли, эту сволочь?

– Похоже. Надо собаке дать обнюхать. Если шарахнется, тогда точно.

Мужчины старательно разговаривали о деле, чтобы не упоминать о другом.

Вот как, глядя в глаза отважному мальчишке, сказать, что его мать умерла? Что она до последнего его спасала, вряд ли после раны ликантропу было дело до преследования.

Что она любила своего ребенка больше жизни…

Всем все понятно.

Но – язык не поворачивается.

* * *

– Что за кристаллы?

Моника потерла лоб.

– Прости, я забыла, что ты не в курсе. Сама понимаешь, связь очень нужна, и когда пираты, и когда разные ситуации… Вот, синие драконы как-то так умеют заговаривать драгоценные камни, они берут крупные сапфиры, другие не подходят, делят камень на несколько частей и как-то обрабатывают. Так, что если коснуться золотой иглой каждого из камней, можно разговаривать друг с другом. Стоит это безумных денег, драконы продают их крайне неохотно, но в Адмиралтействе есть несколько штук. Есть и второй вариант, можно заговорить две медяшки, и через них тоже можно переговариваться. Но тут есть ограничение, чтобы так переговариваться, ты сам должен быть магом или драконом. И расстояние должно быть небольшим, даже внутри Янгари такая связь не везде дотянется, город большой. Для армии и флота такое не подходит, мне Альваро объяснил. Это такая местная связь. А через сапфиры – кто угодно, хоть двое крестьян и на любом расстоянии.

Ангелина подумала, что сотовые явно дешевле. Но – тут мир магии, не ей лезть со своими замечаниями. Пока ничего не знаешь, сиди и учись.

– А в частном владении такое есть?

– Что ты! – Моника даже рассмеялась. – Это не только дорого, драконы еще отказываются торговать обработанными сапфирами частным образом, это монополия лишь одного клана, и это сложно… эксклюзив. Они торгуют только с королями.

– Понятно. Что ж, это уже легче.

– Жаль, конечно, мне бы хотелось поговорить с Альваро в любой момент, но не получается. Альберто тоже адмирал, он может получить разрешение на связь. И… камни еще и разряжаются. Пары сапфиров хватает на тысячу сеансов, потом приходится покупать новые, а старые просто рассыпаются в пыль.

Ангелина задумчиво кивнула.

Может, драконы каким-то образом заставляют камни и металлы вступать в резонанс? Звучать в резонанс? И для камней это тоже сложно?

– Хорошо, что можно вот так связаться. Сейчас как раз тот случай, когда НАДО.

– Геля… как ты думаешь, почему тот мальчик похож на Хани?

– Я пока не думаю. Моника, у меня слишком мало данных. У меня есть предположения, но они неприятные и гадкие.

– Очень?

– Отвратительные. Скажи пожалуйста, что ты можешь вспомнить про своего первого мужа? О нем ведь слухи ходили? Какой он был в молодости?

– Не слишком хороший. Гуляка, бабник, игрок, пьяница, любитель заморской травы, да и вообще не слишком порядочный человек. К старости он промотался, но видимо, не окончательно.

Ангелина кивнула.

Косвенно это подтверждало ее версию. И ничего хорошего не сулило ни Монике, ни детям. Но мы еще поборемся.

* * *

Альберто понимал, что может серьезно нарваться на королевский гнев, и осознанно шел на риск.

По-хорошему, сначала надо было получить аудиенцию у короля, все объяснить его величеству, получить разрешение на связь, на отзыв эскадры с патрулирования… это по-хорошему.

Альберто собирался сначала, своей властью адмирала, связаться с другом, а уж потом все объяснить королю. И пусть хоть разжалуют, хоть что с ним делают!

Альваро – его друг.

Случись что с Моникой… да уже что-то происходит, и он обязан знать. Иначе никогда не простит. И узнать обо всем как можно скорее.

Сделав все по своему разумению, Альберто выиграет для друга несколько дней и ему кажется, это надо! Необходимо! Моряков без чутья не бывает, и сейчас чутье поет, кричит, Альваро нужен здесь, происходит что-то очень плохое.

А королю Альберто объяснит, его величество не самодур и не сволочь, конечно, прогневается, может, и накажет, но поймет. Свою семью король любит.

Семью да…

Что же за тайна скрывается в прошлом Моники? Почему так похожи двое детей? Что происходит?

У Альберто не было ответа. А знать надо, ему кажется, что это ответ на многие, очень многие вопросы. Хорошо, что Ангелина обратила внимание, хорошо, что поняла…

Ангелина.

Имя звучало, как песня. Ан-ге-ли-на…

Альберто вспомнил расправленные плечи, красивые формы, вспомнил серые упрямые глаза, жест, которым женщина отбросила назад короткие каштановые волосы… интересно, если она их отрастит? Ей бы пошло!

Она и так красивая, но с