Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

конечно, не специалист, но очевидные вещи, которые у нас знают все, известны и мне. К тому же я люблю детективы. И ещё считаю необходимым разбираться в методах, с помощью которых меня самого можно поймать…

Он замолчал и мрачно воззрился на дверь, которая вскоре отворилась и на пороге возникла Тиён. Она с улыбкой посмотрела на Марка, и от этого у него возникло нехорошее предчувствие.

— К вам пришли, ваша светлость, — сообщила она, оскалив острые белые зубки.

— Кто? — насторожился он.

— Иди и узнай, — проворчал лис и снова взялся за лупу. — А я подумаю, что ещё можно сказать о тех, кто приложил к этому руку.

Марк пожал плечами и, поднявшись, направился вслед за лисичкой. Она проводила его в нижний зал, где его ожидал какой-то человек в синем бархатном плаще. Едва он вошёл, человек обернулся и скинул с головы капюшон. Увидев его лицо, Марк опешил, но не успел и рта раскрыть, как тот возмущённо воскликнул:

— Значит, это правда! Ты тайком от всех ходишь к Лилиане!

— Ваше величество, — начал Марк, собираясь оправдаться, но король рявкнул: «Молчать!» и он покорно смолк.

— Вот, значит, как! — с горечью продолжал Жоан, гневно глядя на него. — Ты уговорил меня отказаться от неё с тем, чтоб самому занять моё место! И кто ты после этого? Я считал тебя своим другом. Едва ли не самым близким из всех! Я доверял тебе, как никому, и что? Выходит, в делах любви друзей не существует? Ты завёл тайную связь с Лилианой, в то время как я страдаю! Ты утешаешь меня, а сам утешаешься в её объятиях! Мало того, что ты обманываешь свою жену, но ты обманываешь и меня. Как я могу тебе доверять после этого? Ты отпросился с пира, чтоб заняться расследованием, а сам отправился на свидание! Ты предал меня, Марк! Я не желаю тебя видеть, слышишь! И не появляйся во дворце! Если тебе больше нравится проводить время с ней, чем со мной, вот с ней и встречайся!

Жоан неожиданно всхлипнул, а потом топнул ногой, словно рассерженный ребёнок.

— Я ухожу, — проговорил он напоследок. — Ты разочаровал меня, Марк! Я не верил, когда мне сказали, что ты ходишь к ней тайком. Я был уверен, что это клевета и интриги, но, выходит, это правда! Ты оказался плохим другом, потому что, презрев мои чувства, ты всё-таки ходишь к Лилиане!

— Это не так! — неожиданно прозвучал от дверей во внутренние покои мягкий баритон Джин Хо.

Старый лис стоял в дверях. Он был в образе Хуана, на нём был изысканный камзол цвета старой бирюзы, который оттенял его золотисто-рыжие волосы, а зелёные глаза таинственно мерцали. Он был хорош, как всегда, когда хотел произвести на кого-то впечатление, и на его алых губах плыла мягкая, немного виноватая улыбка.

— Вас ввели в заблуждение, ваше величество, — учтиво произнёс он, подходя к Марку, — он ходит не к ней, а ко мне. Сестры вообще нет дома. Ну, что стоишь столбом, представь меня королю!

— Мне приказано молчать, — проворчал Марк, немного обиженно взглянув на короля. — Мне не дано права оправдаться перед столь жестокими обвинениями. Я не смею спорить.

— Кто это? — спросил Жоан, удивлённо глядя на лиса, который с нежной улыбкой смотрел на него.

— Давай уже! — лис ткнул Марка локтем под рёбра. — Для тебя же стараюсь.

— Я вижу, — скептически заметил тот и кивнул. — Это господин Хуан, мой король, брат баронессы де Флери.

— И всё? — уточнил Джин Хо. — Это всё, что ты можешь обо мне сказать? Я твой лучший друг! Я спас тебе жизнь, причём не раз. Я спас твою жену и твоего детёныша. И всё, что я заслужил — это брат баронессы? Воистину, твой король прав! Ты неблагодарный! И ты плохой друг!

— Это правда, ваше величество, — согласился Марк. — Он — мой друг и именно ради него я бываю в этом доме, почти не видясь с баронессой. И уверяю вас, при всех её неоспоримых достоинствах, она не в моём вкусе.

Он замолчал, потому что лис снова ткнул его локтем.

— Хуан? — спросил король и подошёл ближе, чтоб внимательнее рассмотреть его. — Вы очень похожи на сестру, — заметил он наконец. — Но я и понятия не имел, что у Лилианы есть брат.

— Я — личность не публичная, — сладко улыбнулся лис, тут же взяв его под руку. — Не желаете ли пройти в покои? Мы как раз ужинали…

— А ты говорил, что собираешься заняться расследованием, — проворчал Жоан, бросив на Марка всё ещё обиженный, но уже не такой гневный взгляд.

— Так он затем и пришёл! — лис рассмеялся серебристым, как колокольчик, смехом. — Но не мог же я отпустить своего дорогого друга без ужина! Идёмте же, я всё вам покажу! — и он увлёк короля в дальние покои.

Марк покачал головой и направился следом. Они снова вошли в ту самую гостиную, и лис тут же указал королю на лежащие на столе отпечатки.

— Вот что он мне принёс, — пояснил он. — Я не знаю, откуда у него это и что это значит. Моё дело только исследовать эти отпечатки и дать по ним заключение, поскольку в нашем племени хранятся тайные знания о рисунках на человеческих руках.

— Что это такое, Марк? — спросил Жоан, рассматривая отпечатки.

— Один из них оставил убийца Альби, который покушался на меня, — пояснил тот.

— Тебя опять пытались убить? — обернулся к нему лис. — Стоило мне снять охрану, понадеявшись на людей прево, как ты снова вляпался в неприятности?

— Что ты выяснил? — вместо ответа спросил его Марк.

— Эти отпечатки оставили разные люди, — сообщил лис. — Это взрослые мужчины, причём, оба — алкорцы.

— Ты выяснил это по запаху?

— Глупое предположение, хотя алкорцы, и правда, пахнут немного иначе. Я сравнил папиллярные линии. Вот эти маленькие морщинки на кончиках пальцев. Если присмотреться, то можно увидеть, что они образуют узоры, разные у всех людей и не изменяющиеся в течение жизни. Но у нас, землян, преобладают узоры с определёнными элементами: дугами, петлями и треугольниками или дельтами, встречаются также круги, у алкорцев чаще в центре находится фигура с замкнутым контуром или спираль, которую обтекают дуги и «змейки», иногда встречаются зигзаги, редко — «дельты». Распространённых у нас петель у них не бывает. Здесь качественными и подходящими для сравнения являются только отпечатки среднего пальца, но они разные. В основе отпечатка на штукатурке — спираль, на бумаге — элипс. Это разные люди. К тому же я полагаю, что тот, кто приложил руку к доске, старше и он воин.