"Фантастика 2025-140". Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

— А вот это только божественным вмешательством и можно объяснить, — развел руками дядя Мадя. — В одном из ответвлений фамилии Брефеда проблема неожиданно сошла на нет, и в роду появился мальчик — Аурелий, отец Ксавьера. Но увы, было слишком поздно, и власть к тому времени закрепилась за другой фамилией.

— М-да, обидно, — сказала Марина.

Профессор Мадиер кивнул и продолжил:

— Семья Брефеда осталась уважаемой — шутка ли, древнейший род правителей — но увы, ненаследной. Они стали просто аристократами высшего света. Прозвание «проклятых» с них, конечно, сняли. В качестве извинения церковь вновь привлекла их к себе и позволила занять высокие должности в Инквизиции. С этого и начался ее расцвет. И расцвет Высшей школы инквизиции прежде всего.

Дядя Мадя приосанился, похоже, испытывая удовольствие от рассказа об Альма матер.

— В роду Брефеда дети всегда получали прекрасное образование, так что наследники рода были хороши в вопросах судопроизводства, — сказал он. — Им доверили предотвращать так называемые «еретические поступки»: деяния, что образованы грешной сутью человека и ведут к страданиям общества или его части.

— Да, вот это настоящая инквизиция, это я понимаю, — покивала Марина. — И что случилось потом?

— А потом Аурелий Брефеда показал всем, что ему это не интересно, — хмыкнул дядя Мадя. — Сколько его помню, он всегда был научником до мозга костей. И, получив под свой контроль Высшую школу инквизиции, он превратил ее в научный институт — центр исследования магии.

— А почему именно магии? — не поняла Марина. — Ну, то есть, я верю, что магия нуждается в изучении. Но ведь и другие законы вселенной надо исследовать наравне с ней. Почему он сосредоточился именно на магии? Почему нельзя было превратить школу инквизиции в универсальный институт изучения тайн вселенной?

— Не поверите: дело было в любви, — дядя Мадя хитро улыбнулся, наклонился поближе к Марине и понизил голос. — Это безумно романтичная история. Сейчас расскажу — если хотите, конечно.

Марина усмехнулась и кивнула. Еще б она не хотела услышать романтическую историю! Промокод

— Инквизиция ведь после войны стала очень милитаризированным местом, — начал рассказывать дядя Мадя. — И иногда ее опытных работников — ну, то есть хороших бойцов — посылали на разные опасные задания. И вот как-то раз отряд инквизиции во главе с Аурелием Брефедой отправился спасать какую-то девицу от дракона.

Марина не сдержалась и хихикнула: и здесь тоже истории про драконов и принцесс.

— Да-да, — улыбнулся дядя Мадя. — Дракон залез в какую-то пещеру и рычал оттуда, что если они подойдут, он откусит девице голову. И, чтобы не раздражать такое опасное существо, побеседовать с ним пошел как раз-таки Аурелий Брефеда. Он так успешно заговаривал дракону зубы, что тот пустил его внутрь. Но до девицы Аурелий так и не дошел.

И дядя Мадя широко ухмыльнулся и принял такую позу, как будто это и был конец «романтической истории». У Марины возникло ощущение, что она чего-то не поняла.

— А что с ней стало-то? — спросила она.

— С девицей? — уточнил дядя Мадя. — Не знаю. Не интересовался никогда. Убежала, наверное.

Он пожал плечами. Марина нахмурилась.

— Странная какая-то история, — сказала она. — Вы точно все рассказали? Что дальше-то было?

— Ну, он на ней женился, сына вот родили, — недоуменно пожал плечами дядя Мадя и махнул в сторону Ксавьера, который расслабленно плыл по реке уже в обратную сторону.

— На той девице, которая убежала? — не поняла Марина.

— Нет, я ж говорю: он до нее не дошел, — повторил дядя Мадя. — Влюбился в дракониху с первого взгляда.

— А-а! — дошло до Марины. — Тьфу ты, блин! А что, драконы разумные?

— А Ксавьер похож на неразумного? — хмыкнул дядя Мадя.

— Ну, так он, вроде, человек, — смутилась Марина.

— Зачатый в чреве дракона человеком быть не может, — возразил ей профессор. — Зародыш просто не выживет. Да, Ксавьер выглядит человеком и, насколько я знаю, никогда не принимал крылатую форму, но это не означает, что он человек. Что-то от матери ему в любом случае передалось.

«Например, чудовищная аура», — подумала Марина.

— В общем, этот славный союз — мудрого, пытливого и справедливого ума Брефеды и горячей, магически одаренной представительницы одного из древнейших родов магиков привел к серии магических открытий, — продолжил дядя Мадя. — Эта пара, по сути, единолично произвела революцию в образовании Инквизиторов, превратив тех из вояк в ученых-богословов. И мне посчастливилось проходить практику в этом чудесном месте во времена его расцвета.

— То есть, Высшая школа инквизиции стала чем-то вроде нашей Академии? — уточнила Марина.

— Да, только куда значительнее, — сказал профессор. — Но увы, со временем этот институт чрезвычайно разросся и разделился на фракции. На самом деле с противостояния этих фракций и началась война. Не знаю, почему, но одна фракция начала гонения на магиков, а вторая принялась защищать их. Да так рьяно, что против них подняли правительственные войска, и к концу войны почти всех защитников уничтожили. В том числе и родителей Ксавьера.

— М-да, печально, — вздохнула Марина. Теперь ей еще яснее стал статус мужчины и причина, по которой его уважали магики.

Будто прочитав ее мысли, дядя Мадя добавил:

— Ксавьер стал для магиков ходячей стелой, перед которой всякий мысленно преклоняется, поминая павших и времена, когда Брефеды спокойно правили большой и богатой страной. Не знаю, что думает по этому поводу сам Ксавьер, но ведет он себя достойно этого образа. Вы правильно сделали, что поставили его старостой.

Марина смутилась. Назначая Ксавьера на эту роль, она думала вовсе не о его благородстве, а о собственном корыстном желании разделить хотя бы часть выходок класса с замом.

— А что, Ксавьер унаследовал что-то от матери-драконицы? — уточнила она. — У него же ни хвоста, ни крыльев, ни хотя бы когтей. И он… скромных размеров. Как-то я себе драконов не так представляла.

— Да, взрослые драконы огромны, — подтвердил дядя Мадя. — Но Ксавьер, во-первых, для дракона слишком молод. А во-вторых, неинициирован. И скорее всего, не будет инициирован. Это сложная процедура. Честно говоря, сам не знаю, в чем она точно заключается.