Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

с удовольствием наблюдал за залом с кухни. Местные аристократы, годами привыкавшие к иллюзиям и цветному дыму на тарелках, теперь заново учились жевать. Гости с удивлением открывали для себя текстуру прожаренного мяса, хруст корочки и плотность овощей, словно видели всё это впервые в жизни. Я видел, как люди меняются прямо на глазах, возвращаясь к истокам нормального питания.

Мои размышления прервал подошедший официант. Он виновато переступил с ноги на ногу и осторожно кивнул в сторону углового столика у окна. Там сидел манерный виконт, одетый в бордовый камзол с блестящими золотыми перстнями на пальцах. Этот гость брезгливо ковырял вилкой поданный ему стейк, всем своим видом выражая недовольство, вздыхая и закатывая глаза.

Я сам вышел в зал. Мне не нужны были скандалы, но и терпеть неуважение к еде я не собирался.

— Добрый день, — я вежливо кивнул, подходя к столику гостя. — Возникли какие-то проблемы с прожаркой мяса? Может, оно пересушено или сыровато на ваш вкус?

Виконт недовольно скривил губы, со звоном отложил вилку на край тарелки и посмотрел на меня, как на школьника.

— Понимаете, шеф, ваш стейк выглядит слишком провинциально и как-то приземлённо. Мой личный алхимик обычно добавляет в еду щепотку левитирующего порошка для создания воздушности блюда. А это недоразумение, — он ткнул пальцем в сторону доски с мясом. — Просто кусок плоти. Это скучно, тяжело и обыденно.

Я мысленно вздохнул, подавив желание закатить глаза. Воздушность мяса, левитирующий порошок и прочая ересь. Чего только не придумают шарлатаны из «Альянса», чтобы содрать побольше денег с богачей, продавая им пустоту под видом кухни.

— Видите ли, господин виконт, — я включил на полную мощность своё обаяние, добавив в голос долю самоиронии. — Гравитация, уверяю вас, является лучшим другом повара.

— Гравитация? — он непонимающе заморгал. — При чём здесь это?

— При том, — спокойно ответил я, опираясь рукой о край стола. — Именно благодаря ей мясной сок остаётся на вашей тарелке, а не разлетается пузырями по всему залу, пачкая ваш камзол и лица соседей. Физика работает безотказно и совершенно бесплатно.

Я жестом подозвал проходившего мимо официанта, забрал у него солонку и взял щепотку крупной соли. Подняв руку над столом, я размашисто посыпал стейк. Кристаллы громко застучали по поджаристой корочке мяса, растворяясь в горячем соке.

— Вот вам осадки в виде чистого вкуса без всяких иллюзий, — я с улыбкой поставил солонку на стол перед опешившим гостем. — Ешьте, пока магия физики не остыла. И приятного аппетита.

Я не стал дожидаться ответа и сделал шаг назад, давая ему пространство. Виконт явно опешил от моей наглости, но перечить не стал, неуверенно взяв в руки нож. Он отрезал кусочек мяса, положил его в рот и начал жевать. Его лицо на мгновение застыло, а столичный снобизм моментально улетучился, сменившись удивлением. Он быстро отрезал ещё один кусок, потом ещё один, орудуя приборами всё быстрее. К концу трапезы от его манер не осталось ни следа, он уплетал стейк так, что за ушами трещало. Парень даже отломил ломоть хлеба из корзинки и принялся жадно вымакивать им оставшийся на доске сок. Да, да, тот самый сок, который надёжно удержала гравитация.

Я молча развернулся и пошёл на кухню контролировать отдачу, так как у нас намечалась небольшая запара в горячем цеху. Но не успел я перевести дух и выпить воды, как меня снова позвали в зал. На этот раз отличились три ухоженные графини.

Они сидели за столиком, смущённо перешёптывались между собой и никак не решались сделать заказ у официанта. Я подошёл к ним, привычно убрав руки за спину.

— Дамы, вас что-то смущает в меню? — поинтересовался я, окидывая взглядом стол.

Одна из графинь, одетая в спортивное платье, робко подняла на меня глаза.

— Шеф, понимаете, мы сейчас сидим на строгой диете, — прошептала она так тихо, словно открывала мне тайну. — Нам нужно приготовить что-нибудь без калорий и обязательно с эфиром лёгкости. Чтобы ни в коем случае не нарушать ауру похудения. Мы ведь только недавно вернулись с тренировки и боимся испортить результат.

Я не удержался и тихо хмыкнул. Эфир лёгкости, аура похудения. Снова эти сектантские термины «Альянса» звучат в моей обеденной зоне, сводя людей с ума. Аристократы готовы верить во что угодно, лишь бы не признавать законы природы.

— Милые дамы, — я опёрся руками о спинку соседнего стула. — Давайте я вам открою секрет. Правильный жир, поверьте моему опыту, является источником чистой энергии для уставшего организма. Он не отложится на ваших боках, если вы его заработали.

Графини испуганно переглянулись, словно я предложил им съесть кусок угля. В их мире жир считался абсолютным злом, которое изгоняли зельями и заговорами.

— Более того, — я усмехнулся, глядя на их вытянутые лица. — После плотного ужина можете лично измерить пульс. Обещаю, он будет ровным и спокойным. Никаких сбоев в вашей ауре точно не произойдёт. Я даю вам слово шефа. Вы уйдёте отсюда сытыми и довольными, а ваша талия останется на месте.

Я не стал дожидаться их возражений и вернулся на кухню. Никаких пустых салатов сегодня точно не будет. Этим измождённым женщинам нужна человеческая еда после зала, иначе они прямо здесь упадут в обморок от истощения. Я открыл холодильник и достал лоток с птичьим паштетом, который приготовили сегодня утром. Мы добились шелковистой текстуры, добавили каплю коньяка и хорошее сливочное масло. Никаких усилителей вкуса, только чистый продукт.

Затем взял багет, отрезал несколько кусков и поджарил их на гриле до хруста, щедро натерев чесноком. Густой аппетитный запах сразу разошёлся по кухне, заставляя желудки поваров призывно урчать. Сформировав кнели из холодного паштета, я выложил их на горячий хлеб. Сверху добавил немного лукового мармелада для контраста вкусов. Блюдо получилось простым, приземлённым, но сытным.

Официант послушно подхватил тарелки и отнёс их графиням. Я остался наблюдать за их реакцией из-за стойки кухни, скрестив руки на груди. Я был уверен в своём блюде на сто процентов.

Когда дамы увидели жареный чесночный хлеб и слой паштета, на их лицах отразился ужас. Они смотрели на еду так, словно им принесли яд, переглядываясь и не решаясь притронуться к тарелкам. Но всё же самая смелая графиня обречённо вздохнула и первой взяла брускетту пальцами. Она осторожно откусила кусочек с края и зажмурившись в ожидании беды.

Внезапно её глаза распахнулись от удивления. Она перестала жевать, словно прислушиваясь